Елена Синякова – Первый Зверь (страница 19)
Хотелось всхлипнуть и обнять этого единственного Человека, который слышал меня душой, не пытаясь ни в чем обвинять, подобно всем этим людям, но я едва сдержалась, помня от папы, что стоит только показать толпе свою слабину, как все тут же набросятся, чтобы добить тебя.
…монстр был прав. Люди были именно такими, как говорил он…
— Она сама сказала, что дочь убитого князя! — загудели недовольно люди, не пытаясь прислушаться к словам доброго охотника и кажется начиная злиться оттого, что он встал на мою сторону лишь еще сильнее.
— Да разве есть разница кто она и как ее называть? Девушка в беде! И вырвалась из лап зверя, чтобы просить у нас помощи! Ей нужна то всего лишь лошадь и немного еды!
— Вот и отдавай свою кобылу, раз такой благородный!
Нет, я зря пришла сюда.
Зря надеялась на чудо и человеческое единство перед лицом общей опасности. И как бы обидно и больно не было сейчас, я с огромной благодарностью чуть улыбнулась измученно охотнику, понимая, что он отдаст мне свою лошадь и сам останется без средств к существованию, ибо не сможет без нее ездить в лес на свой промысел, который скорей всего был единственным источником жизни всей его семьи, но покачала отрицательно головой.
— А в замен-то ты что можешь дать? У нас каждая лошадь на счету! А с нее пользы больше, чем от тебя! — прокряхтела снова злобная старуха в черном платке и с гнилыми жуткими зубами, вдруг потянувшись ко мне костлявыми пальцами, грязь на которых въелась настолько, что цвет кожи казался просто серым, и хватая за ворот моего платья. — Может его отдашь? Сроду такой роскоши никто и не видел!
Я дернулась, пытаясь вырваться, отчего послышался треск и какое-то невообразимое шипение старухи, с которым она отшатнулась от меня, принявшись отчаянно креститься и завопив:
— МЕТКА ЗВЕРЯ!!
Те люди, что стояли ближе всего ко мне, замыкая плотный круг, шарахнулись назад настолько поспешно и яростно, что несколько человек просто упали в грязь и слякоть дороги, пока я сама не понимала что мне делать и куда бежать теперь, совершенно не представляя как и что именно узрела старуха, чье лицо сначала сделалось мертвецки серым, а затем налилось багровой яростью, с которой она закричала, брызгая ядовитой слюной:
— ВЕДЬМА! Проклятая!!! Она только беду принесет на наши головы!!!
Я судорожно закрыла руками ворот платья, лишь сейчас понимая, что старуха увидела след на моей шее, до этого момента и не подозревая, что это и была та самая метка Зверя, о которой, впрочем, он сказал сразу же, как всегда, не пытаясь ничего скрыть от меня, или тем более как-то обмануть.
И если сначала вокруг меня воцарилась гнетущая тишина, в которой все только смотрели недоверчиво, шокировано, но злобно, то после криков полоумной старухи, что становились с каждой секундой все яростнее и громче, люди загудели, принявшись выкрикивать что-то. И явно не поддерживая меня…
— Решила обманом к нам попасть!
— Думала, что за красивым лицом мы правды не заметим!!!
— Никого Рада не пыталась обмануть! — рявкнул охотник, который все это время не уходил совсем и оставался поблизости, словно заранее предполагал, что все пойдет вовсе не так, как я мечтала и надеялась. — Она еще в лесу рассказала мне про Зверя! И я предупредил воинов наших доблестных, чтобы эту ночь они были на чеку!
Я была благодарна этому мужчине за его смелость и правду, с которой он стоял рядом со мной, даже если его слова разозлили толпу еще сильнее и скоро за криками разбушевавшихся людей стало и вовсе не слышно что именно он пытался сказать.
А я уже и не пыталась говорить.
Только с ужасом понимала, что нет единства в людях, даже если во мне текла такая же кровь, как и в них самих, и плоть была схожа, и не найти мне здесь ни помощи, ни надежды.
Я никогда не думала, что стоять вот так перед толпой — это настолько страшно! Больше не было рядом страшного всесильного монстра, и меня окружали мне подобные, вот только на душе было тревожно и тяжело.
— Ну-ка замолкните все! — рявкнул вдруг сын барина, который все это время молчал, прислушиваясь к тому, что выкрикивали люди, не сводя при этом с меня наглых глаз, в которых я не видела ничего хорошего. Только вожделение и хитрость, не сулящие добра. — Хочу ее услышать!
— Что там слушать?! И так все ясно! — снова завопила неугомонная старуха, которую уже в буквальном смысле трясло от ненависти и явной жажды расправы, замолкая и опуская поспешно глаза, стоило только мужчине окинуть ее уничтожающим взглядом:
— Ты мне перечить вздумала, старая?
— Что ты, светлый наш! Разве я могу? За тебя ведь переживаю! За нас за всех! Ты же молодой еще, жизни не знаешь, сказок старых не слышал, а я своими глазами видела в далеком детстве, как в полях и на окраинах Черного леса находили изуродованные тела девушек! Сколько лет уже живу, чего только не видела, а страшнее все равно ничего не было…
Сын барина только клацнул зубами, явно не собираясь прислушиваться к словам старухи, чего я не могла сказать про людей, которые в буквальном смысле потянулись на эти слова, словно были каким-то паразитирующим единым организмом, пускающим своим щупальца в мою сторону.
- Брехня все это! — мрачно и недовольно отозвался мужчина, чьи помыслы явно не отличались благородством, но теперь из-за старухи добраться до меня кажется становилось все сложнее, как и мне выбраться из этого места, куда я так отчаянно и глупо старалась попасть всеми своими силёнками.
— Если бы только! — старуха не собиралась успокаиваться и теперь вздохнула тяжело и протяжно, отчего в какой-то момент мне даже показалось, что в ее маленьких глазах показались слезы. — Эта беда моей семьи коснулась, когда пропала моя старшая сестра. Ее долго пытались отыскать родители. После клича вся деревня кинулась на поиски. А нашли только части тела…смогли узнать лишь по одежде. И ведь сколько десятков лет про зверей этих не было ни слуху ни духу!
Теперь глаза старухи снова метнулись ко мне, полыхнув злобой и яростью, с которой она прошипела, опять кидаясь вперед, ближе ко мне, чтобы начать тыкать своими грязными скрюченными пальцами:
— А это все она! ОНА! Проклятая!!! Соблазнила его! Приманила собой!!!
— Ничего я не делала! — рявкнула я так, что старуха юркнула в сторону людей, которые снова загудели и принялись шипеть на меня, тыкая пальцами, крестясь и проклиная, даже не пытаясь меня понять или хотя бы просто услышать, пока я старалась не показывать настолько больно, обидно и страшно мне было сейчас, — Он пришел неожиданно и разрушил всю мою жизнь! Убил всех, кого я любила!..
— Он и сюда придет! — завопила старуха, словно лишилась разума. — Он за ней придет, потому что она его уже!!! И конец всем нам и нашей деревне конец!! СЖЕЧЬ ЕЁ!!! ВЕДЬМА ОНА!!!
И если до этой минуты мне было хоть и не по себе, но не было мысли о том, что мне могут еще и навредить, то сейчас бросило в холодный пот, стоило только увидеть перед собой эти озлобленные, мутные глаза сотни людей, каждый из которых видел меня впервые, но уже ненавидел люто и всей душой!
— …не сходите с ума, я не… — мой голос осип и задрожал, когда я судорожно и затравленно оглянулась, пытаясь отыскать в кольце людей хоть какой-то спасительный просвет, чтобы кинуться и сбежать, уже не важно куда и не думая о том, что ждет меня дальше, и люди тут же уловили мой замысел, кинувшись вперед.
— Не трогайте меня!!! Я не ведьма!!! Господи, что же вы делаете?!
Я кричала до хрипоты, пытаясь отбиваться от десятков ненавистных грязных, но невообразимо сильных рук себе подобных, кто не пытался меня больше слушать, ведомый только криками проклятой бабки, чье слово оказалось весомее и выше даже слов сына барина!
Господи! Неужели сожгут?!
Неужели они правда считали меня причиной всех бед?!
В суматохе, давке, запахе пота и грязи, я кричала и умоляла о помощи, сквозь слезы видя, как добрый охотник пытался спасти меня, кидаясь на своих обезумевших от ярости и страха перед Зверем сельчан, но не мог даже добраться до меня.
Пытался это сделать и сын барина, только тоже безуспешно, потому что больше никто не боялся ни его силы, ни его власти, запуганные одной лишь мыслью о том, что Зверь придет за мной.
А я пыталась сказать им, что его не будет до рассвета.
Пыталась что-то прокричать, чем-то вразумить, но понимала, что все бесполезно.
Эти люди уже вынесли свой безумный вердикт и искренне верили в то, что поступают верно.
Из Ада Зверя я попала в еще худший ад, где люди не встали на мою защиту, а собирались убить, чтобы ярость монстра не коснулась их самих.
Безжалостные грубые руки волокли меня за волосы по грязной дороге, пока я сжималась и пыталась защитить собственную голову от груды ударов, шлепков и камней, которые теперь летели в меня со всех сторон.
Я не чувствовала боли на теле или лице, даже когда снова ощутила аромат крови и ее вкус на собственных губах оттого, что кто-то ударил меня наотмашь, уже не пытаясь кричать и воззвать к этому коллективному разуму, которым правила единственная ополоумевшая старуха. Я только пыталась собраться и понять, как смогу выбраться из этого кошмара, с холодным ужасом осознавая, что сбежать от толпы так просто, как от монстра у меня уже не получится. А время уходило слишком быстро, грозя мне только жуткой расправой и ничем больше.