Елена Шевцова – Пара для некромантки (страница 4)

Из бонусов такого существования – практически неограниченный источник тёмной магии и ускоренная регенерация тела. Тело, словно находилось в стазисе: оно не разлагалось, как у зомби, разум и личность сохранялись. Правда, всё это временно, и это необходимо осознавать. Из минусов – голод, душевная боль, неутихающая злость и ярость, пожирающий внутренности холод. Нет запахов, вкусовые рецепторы отказали, тактильные ощущения… Всё не то. А память… Память приносила дополнительные муки и метания.

Если честно, Картакар сам не совсем понимал, что с ним происходит, кто он, а точнее, чем он стал. Лич? Да, лич, но… некроманты просто не представляют, что на самом деле из себя представляет лич и насколько он может быть опасен. Или же Картакар всё же был неправильным личем? Он спокойно мог находиться на солнце и чувствовал себя комфортно вне зон гиблых мест, и его сила в обычных условиях не таяла, как пишут в учебниках. Его настоящая слабость – это голод и злость, сопровождающиеся пожирающим внутренним холодом. От голода он слабел магически, и тело начинало невыносимо болеть. А точнее, болели внутренние органы. Порезы, повреждения кожи и мышц Картакар не ощущал, и такие раны моментально… почти моментально затягивались, особенно если сделать хотя бы несколько глотков свежей крови.

Правда, ко всему этому, к этим специфическим знаниям, он пришёл постепенно, опытным путём. Картакар целый год просидел в подземельях замка брата на цепи, в антимагическом ошейнике, изучая себя и свои возможности, осознавая, что произошло. Год… Пока его знания и сила вновь не понадобились братцу. И тогда Норгону пришлось пойти на сделку с Картакаром, дав личу немного свободы и необходимую ему пищу в нужном количестве. Человеческая кровь… это же стало для него ловушкой!

Вспоминать всё это было неприятно, но сегодня воспоминания сыпались на Картакара, словно из рога изобилия.

Лич прижался спиной к двери и закрыл глаза – радужка его глаз уже успела стать кроваво-красной. Трое суток он не пил крови, Клавдия права… Он идиот. Плохо, когда гнев застилает глаза, и мозг отказывается думать рационально.

Первым порывом, когда Картакар пришёл в себя прикованным к каменному алтарю, было разорвать цепи и уничтожить всех, кто там находился и причинил ему боль.

Норгону повезло! Братец предусмотрительно использовал антимагические цепи. Сейчас Картакар щёлкал их звенья как орехи, а тогда не смог!

Саманта… Она тоже была там в тот день, не одна… Именно эта женщина вбила клин между ним и Норгоном, хотя… Была бы крепкая братская любовь, то и клин никто бы не вбил! А это просто поиск оправдания братцу! Да, Картакар продолжал любить брата и неосознанно искал ему оправдание. И от этого тоже было паршиво!

– Стерва! – прошипел Картакар, распахнув веки, и тяжело выдохнул. – Если так пойдет и дальше… придётся запирать себя в собственной темнице.

На самом деле он мог сейчас и не дышать, но упорно продолжал поддерживать в своём теле иллюзию жизни. Даже ел обычную пищу, хоть она ему, по сути, была не нужна.

Саманта Раркита… Красивая, холодная и расчётливая стерва с большими амбициями, ярко-синими глазами, идеальной фигурой и копной длинных рыжих волос.

Маг воды, приехавшая к ним четыре года назад с дипломатической миссией из княжества воды. Сначала она оказалась в его постели, а потом стала метить на роль княжны некромантов. Вот только дама не учла, что не была суженой ни Норгону, ни ему, а значит, на роль жены подходила плохо. По крайней мере, могла играть эту роль только до появления суженой. Маги-стихийники… У них в этом плане всё было проще – главное, чтобы у кандидата в пару был магический дар, и неважно какой: огонь, воздух, вода или земля. Они даже не задумывались о том, что ведьмы и некроманты связывали с ними судьбы только в том случае, если были сужеными. Правда, в этом случае стихийники переходили в клан суженого, и тонкие моменты, нюансы и подробности понятия “суженые” широко не распространялись.

Но Саманте удалось окутать разум Норгона своей паутиной лжи и лести, заставив брата испугаться за своё княжеское кресло. Картакар же не хотел замечать очевидные вещи, хоть и был главой службы безопасности и тайной канцелярии. А точнее, он просто не верил, что брат может причинить… предать!

– Поймаю… Саманту… шею сверну стерве! – прошипел Картакар и, оттолкнувшись спиной от двери, быстро подошёл к своему рабочему столу.

Он начал хаотично перекладывать с места на место и пролистывать старинные книги, рукописи, дневники влиятельных и могущественных магов и свитки, которые он постепенно и незаметно вынес из закрытой тайной библиотеки канцелярии.

Норгон хотел сделать из него послушного зомби для своей личной охраны, но умудрился создать лича, затаившего на него зло и обиду. Что с этим теперь делать не знали оба.

Зря брат думал, что его темницы и цепи могут удержать Картакара надолго. Да, его специально в последнее время не кормили и истощали, но в подземельях крыс всегда было в достатке! Он играл свою роль, учился, готовился, строил планы… Но…

Его последняя надежда на удачное завершение расчётов одного специфического ритуала канула в Лету ровно год назад. И всё это из-за одной маленькой ведьмы!

Всё было так хорошо просчитано: устроить побег, затем петлять от Лисана Мерстина, отводя его подальше от истинной цели – единственного некроманта, способного ему помешать. Хорошо, что верные люди пришли вовремя на помощь и отвлекли главу Южного Клана. А когда цель была так близка… Беспечность! Картакар за время игры в прятки с Лисаном ослаб и посчитал ведьму слабой помехой своим планам. Она даже ему понравилась, и он хотел её обезвредить так, чтобы не убить и не покалечить, но… Айвана оказалась сильной и умной, а ещё… суженой Лисана. Когда злость взяла верх над рассудком, появился Мерстин, да и ведьма впечатлила его, заставив ещё больше её уважать.

Хорошо же она тогда огрела его палкой по голове со спины, а потом натравила на него влюблённых упырей и зомби… Надо же было Айване Родериг использовать в этом деле приворотное зелье…

Картакар нервно рассмеялся, вспоминая этот момент. Лисан тогда смог его поймать, ну а обессиленному личу только и оставалось как расслабиться, прийти в себя и обдумать дальнейшие действия почти в комфортных условиях. Что ни говори, а быть пленником главы Южного Клана куда комфортнее, чем князя.

Норгон окончательно его убивать не хотел, да и не смог бы, а Лисан не подчинился бы князю в этом вопросе. Предпочитая не вмешиваться в разборки братьев. Это делало главу Южного Клана крайне неудобным для князя. Но чужие проблемы сейчас Картакара интересовали меньше всего. Со своими бы разобраться, а тут всё далеко не просто!

Его надеждой на светлое будущее была Дороти Фаркусу. Картакар подхватил чёрную толстую тетрадь, раскрыл её и пролистал пожелтевшие страницы. Когда нашёл нужное место, где были вырваны листы, задумчиво постучал пальцами по формуле.

– Демоны… – выругался лич, проводя пальцем по торчащим обрывкам от страничек, и со злостью стукнул кулаком по столу.

Дороти Фаркусу была талантливой магичкой, не брезговавшей запретными ритуалами, жившей тысячу лет назад. Он случайно наткнулся на её труды в закрытой библиотеке тайной канцелярии, но для понимания всей картины нужного ему ритуала не хватало ряда исходных данных и большего куска магической формулы.

Дороти работала в своё время над интересным проектом. Вначале она была не одна: семь некромантов, в умах которых бродили одинаковые мысли и амбиции. Но именно она была магом высшего уровня. Идея “Х”… Они хотели переиграть саму смерть, научиться запускать процесс вспять – вечная абсолютная молодость и вечная жизнь, правда через боль и… Эти почти безумцы считали, что, пройдя через смерть, тело во время воскрешения может омолодиться и полностью магически восстановиться, даже способно увеличить свой энергетический потенциал. Но, естественно, проводить эксперименты на себе лично никто не хотел.

Что они между собой в итоге не поделили, история умалчивает. "Клуб по интересам" очень быстро перестал существовать, а затем странным образом начал сокращаться в численности. Несчастные случаи… Главное, Дороти незавидная участь бывших коллег обходила стороной, и она продолжила свои научные изыскания. И, судя по её дневникам, добилась некоторых интересных результатов. Правда, временных. Ей удалось оживить один труп, но от времени кончины до так называемого воскрешения прошло всего пятнадцать минут, то есть связь тела и души была ещё достаточно крепкой. Однако результат оказался недолговечным. "Счастливчик" прожил более двух месяцев, а потом просто сгорел, не оставив после себя даже тела. Но это уже что-то! Что-то, на что можно было опираться и дальше адаптировать под себя, ища правильный вариант решения проблемы. Главное, сам факт! Безумие чистой воды оказалось вполне возможным к воплощению в жизнь!

Проблема в том, что в дневниках Дороти не хватало важных страниц, то есть формула была неполной, да и чёткого описания самого обряда тоже не было. Но если Картакар сможет восстановить формулу, он придумает, как адаптировать её под свои условия… По крайней мере, это стимул для дальнейшего существования и цель.