Елена Шевченко – Медвежатник (страница 3)

– Зачем ты при Димке говоришь про Осиновскую?

– Да что там! Мы ведь обсуждали его отношения со Светкой. Теперь никаких секретов. Все поровну, все по–честному, по–братски.

– Ладно, – согласился Коля, – Подпункт к платью невесты – костюм жениха.

Егорыч к прошлому дню рождения Михеича попросил своего папу прислать подарок. Папа Егорыча прислал белый джинсовый костюм. Натаныч хотел быть в доле, потому как у него не было своей идеи. Он пришел к Егорычу, увидел костюм, решил примерить его на себя. Джинсы сели, практически. А вот пиджак… Как Натаныч ни крутился, нижняя пуговка да и средняя на пиджачке не сходились.

– Пиджак можно носить расстегнутым, – заявил Натанч, забыв, что подарок Михеичу, а не ему

– И что это будет? Люди в белых халатах? – нагло заявил Егорыч, – Ты, Жорик, как тебя ни наряди, ничего из себя не представляешь. Стыдись! Тебе люди жизни доверяют, сердца, а ты брюшко отрастил. Ты великий человек, когда пациент под наркозом. Но когда больной очнется, он же захочет увидеть прекрасное. И этот белый пиджак должен пробуждать силы, обтягивать хищные, как у акулы, ребра, являть напор, азарт, человеческую мощь. А на тебе он просто безыдейная тряпка!

Натаныч обиделся тогда не на шутку.

– Ты считаешь, что бездельники украшают жизнь? А люди труда?! Как я?! Мавр сделал свое дело, мавр может уходить! Или как тенор?! «Тем и сладок, что исчезает навек в кулисах»?! А на большой сцене ты в белом джинсовом костюме?!

Натаныч хлопнул дверью. Вышло нехорошо. И костюм от них обоих уже невозможно было подарить Михеичу. Так он и остался в шкафу Егорыча. А тут бац! Свадьба. И костюм Михеичу в самый раз. В смысле к случаю.

Мишка поглаживал свой пакетик.

– Если честно, мне понравилась зеленоглазая ЛаРе. Может, она в душе поэт и есть. Как она все почувствовала сразу. Проникла в мою сущность, поняла, что я вождь.

Коля опешил, а Димка хмыкнул. Он присутствовал, когда Егорыч передал Дедушке слова ЛаРе. Она сказала: «Мальчики, вы все еще пребываете в детстве, вами по–прежнему управляет кто–то всесильный и неведомый из Страны плюшевых медведей». Мишка принял все это на свой счет. Всесильный и неведомый. Вождь!

– Все, – сказал Коля, – Больше про наряды и прочую белиберду писать не буду. Споры из–за пиджаков выглядят мелко.

– Старик, ты Чехова уважаешь?

Коля вздрогнул от вопроса Димки. Он не был близко знаком с этим писателем.

– «Остров Сахалин», «Палата номер шесть», «Чайка», масштабный писатель, – продолжал Димка. Он картинно расположился в дверях, выставив вперед ногу в новом замшевом ботиночке, – Так вот этот самый Чехов утверждал, что в человеке все должно быть прекрасно. И то, и се.

– И одежда? – с надеждой спросил Мишка.

– И одежда, – кивнул Димка.

Коля посмотрел на новые Димкины ботинки и задвинул свои ноги в нечищеных кроссовках.

– Быть можно дельным человеком и думать о красе ногтей, – Димка повертел своими холеными руками математика перед носами Коли и Мишки, те поджали лапы.

«Ну, ну», – подумал Мишка, – «Я не спущу обиды этому поэту. Тоже мне Пушкин нашелся». Словом, затаил Мишка плюшевую обиду.

Глава 3

– Следующий пункт, – сказал Дедушка суровым тоном и для солидности надел очки, почему–то солнечные, потому что обычные не носит. – Подружки невесты.

Все наклонились к листку с Дедушкиной формулой и признали, что без подружек нельзя.

– Но у Оли нет подружек! – сказал Михеич. – Откуда им взяться в собесе? Коллеги друг друга не видят, они всегда на задании, а подопечные …

– Выздоравливают, как мухи. Ищи, свищи, У них своя судьба, – вставил слово Натаныч.

Все затихли. Что же делать?

– И черт с ними, подружками! – вставил слово Егорыч. – Я могу быть дружком невесты.

Михеич запылал от ярости, но слов не нашел. А Натаныч ринулся на Егорыча.

– Ты, Леша, ходячая двусмысленность. Но сейчас твои колкости и шутки неуместны. Какой из тебя друг? Даже маленький?! Ты весь состоишь из сослагательного наклонения. Ты из той категории … Категории английских времен. Будущее в прошедшем. А по–настоящему, в реальности – будущий герой, который не сбылся.

Егорыч прыгнул на Натаныча, удар перехватил Михеич. Возникла бы потасовка, но Дедушка стукнул солнечными очками по столу.

– Стоп! – сказал он спокойно. – Драка совершенно не к месту. Я согласен по правилам – какая свадьба без драки?! Но в системе нашей теоремы она в конце доказательств. Сначала праздник, потом драка и возникновение участкового Опасюка с сумкой на тележке.

Все успокоились и признали правоту Дедушки, только Мишка спросил:

– В кино я видел участковых на мотоцикле с прицепом, в фуражке и с кобурой. Что же это за участковый с сумкой на колесиках?

Димка тут же объяснил, что Опасюку выдали такую форму. В нашем дачном поселке ничего не происходит. К чему пистолет? Что с ним делать? Разве что потерять. Свистка достаточно. С мотоциклом только позориться. Какой мотоцикл сравнится с мотоциклами дедушкиной компании. А вот прицеп участковому нужен. Сумка с колесиками годится. Опасюк появляется в конце праздника и собирает в эту сумку гостинцы домой.

– Хоть свисток по форме, как в кино, – успокоился Мишка.

– А как же быть с подружками для Оли? – нервничал Михеич.

– Сделаем из подручного материала, – кивнул Натаныч в сторону детей.

– Ой, – подумал Мишка, – Если он про Ссся, то это, конечно, резонно, тетя Оля с ней подружилась. Но как ее выпустить на мороз? И вдруг она в толпе потеряется…

– Ой, – хором подумали Коля и Димка. – Только не это. Они не будут переодеваться в девчонок.

Их страхи оказались пустыми. Натаныч открыл перед ними двери веранды и отправил на мороз. Им было велено лепить снежных баб.

Валять снеговиков умеет каждый дурак. Я бы не стал тратить время, чтобы описывать эти дела. Но МишМиш сказал:

– Напиши. Людям пригодится.

Думаете, подружками невесты стали уродливые снеговики с метлами и ведрами на головах? Нет. Никакой метлы не было. Никаких намеков. Что это за стихи «Ведьму замуж выдают»?! И про ведра забыть немедленно. Откуда столько ведер на даче!

Сначала мы быстро наваяли снежных баб. А потом стали делать, как обычно у Дедушки на даче, матрешек, ледяных дев. Мы разводили гуашь в горячей воде и поливали снеговиков. Вода застывала узорами. Дедушка с друзьями покуривали на веранде и мучили нас советами:

– Лей размашисто, чтобы был свободный фигуратив.

– Либер фигурасьон, – поправлял Натаныч, поправляя тех, кто поправлял нас.

– Про колористику не забывай.

– Мороз все спишет, – мудро заключил Михеич. – Как пойдет завтра снег … Хорош, ребята.

Мы разом повернулись. Друзья бросили сигареты в снег. Никому не хотелось, чтобы застукали.

– А что ты стоишь без дела? – нарушил тишину Егорыч, – Ты жених или не жених?! Дуй в гараж, готовь мальчишник.

– Безалкогольный, – съязвил Натаныч, намекая на кришнаитские убеждения Михеича, – Я поеду с ним. – Он стал надевать мотоциклетный шлем.

– Нет, – крикнул Дедушка, костыли разлетелись в разные стороны, – Ребята, давайте хоть раз в жизни не будем рисковать. Давайте приложим все усилия, чтобы не провалить это дело.

– Ну …, – протянул Натаныч, – Без мальчишника твоя теорема не сойдется. Ты сам говорил, нет ничего хуже незавершенной формулы. Смыслы теряются.

– От перемены мест слагаемых смыслы не меняются. Сначала сыграем свадьбу, а потом проведем мальчишник. Мне на днях гипс снимут.

– Опа! – хлопнул в ладоши Егорыч. – Это тоже повод – снятие гипса. Грандиозное событие. Так что, Жора, угомонись. Нельзя все мешать в одну кучу.

Мы отринули мысли о неге и взяли из рук Егорыча секретное оружие – лейку. Поверх узоров поливаешь простой водой, тогда все кафтаны снеговиков покрываются каплями стекляруса и сверкают так, что глаз не оторвать. Вместо ведер мы натыкали в головы снежных баб еловые ветки и сформировали короны, и тут опять пошла в ход лейка Егорыча, все заблестело. А над глазами–шишками приделали зеленые еловые ресницы. Теперь подружки невесты были что надо. Своими фигурами выгодно оттеняли тетю Олю. Мы еще не видели платье невесты, но понимали, что на их фоне тетя Оля точно не проиграет.

Когда мы закончили, нам захотелось чаю с чем–нибудь – конфетами, сушками, халвой, чем–нибудь.

Дедушка с компанией бодро ринулись на веранду сверяться с планом.

– На повестке дня – свадебный генерал, – объявил Дедушка.

– Положитесь на меня, – заявил Егорыч, – Я такого генерала достану, какого ни у кого не было.

Мишка заерзал. Неужели это плюшевое существо думало, что его выберут свадебным генералом. Это при живом академике, лауреате всего на свете, при величайшем кардиохирурге (подсказал Натаныч).

Однако с Егорычем, пострадавшим в этой истории, никто не стал спорить. Понятно, что он, как игрок, из любого положения найдет способ выйти победителем, требуя себе дополнительных поблажек и преференций (Мишка попросил написать это слово, ему нравятся такие слова, Коле тоже).

Егорыч в своей жизни играл всегда только белыми. Димка и Коля скисли. Понятно, что Егорыч позвонит своему папе, и тот пришлет на свадьбу генерала–генерала, шпиона–прешпиона, со свитой в штатском, которая вытопчет все дорожки до полного уничтожения и будет разнюхивать так, что все запахи исчезнут, будто у всего поселка насморк случился. А потом прозондируют все и вся.

Но Коля и Димка ошибались. Егорыч сделал такое! Не буду забегать вперед. Вы сами потом узнаете. И скажете, вы такое скажете!