Елена Сергеева – Развод. Шах и мат от королевы (страница 8)

Поднимаюсь, ощущая легкое волнение, и вышагиваю к двери.

Направляясь сюда, я представляла себе, что офис частного детектива выглядит как старинный кабинет, что-то вроде того, который показан в фильме про Шерлока Холмса. Но вместо полумрака и раритетной мебели – светлое помещение с мебелью в стиле хай-тек.

Стою, разочарованно глядя по сторонам и ощущая желание развернуться и уйти.

— Альбина? — зовет меня приятный мужской голос.

Оборачиваюсь и смотрю в глаза вполне себе хорошо сохранившемуся, приятному мужчине с явно скрывающимися бицепсами под рубашкой.

Да, не так я себе представляла и сыщика.

Этому в пору идти собирать в трусы банкноты. Притормаживаю себя. Последние дни показывают, что я совсем разучилась разбираться в людях. Не зря же столько восторженных отзывов. Надо дать ему шанс.

— Мы знакомы? — спрашиваю, совершенно не представляя, откуда этот человек знает меня.

— Крокодил, — произносит он, слегка усмехнувшись.

Таращусь на мужчину, не веря своим глазам.

— Гена?! Не может быть.

Гена по прозвищу Крокодил учился со мной в последних классах школы. Он был приятным, но молчаливым парнем, а всем девочкам нравились языкатые хулиганы.

— Рад тебя видеть, — произносит он уже с улыбкой на губах.

— Я тоже, — бормочу я и сажусь на кресло, указанное мне.

— Рассказывай, что привело тебя ко мне.

Закусываю губу и думаю, что сказать. Постороннему человеку это было бы сделать гораздо проще.

Считав мои сомнения, он произносит:

— Частный детектив как врач. Если честно расскажешь о своих проблемах, он сможет поставить правильный диагноз и помочь. Если нет, результат будет соответствующий.

Вот правда. Что я, как девочка-припевочка, застеснялась.

Набираю в легкие воздуха и начинаю рассказывать все по порядку.

9 глава

9 глава

— Н-да, запутанная история, — тянет Гена. — Но тем только для меня более привлекательна.

С удивлением смотрю на него.

— В деньгах я не нуждаюсь. Работа для меня как глоток свежего воздуха, и круто, когда история не очевидна. Значит, придется пошевелить мозгами, чтобы докопаться до истины.

— Главное, чтобы копаться долго не пришлось, — выдыхаю я. — Вдруг муж вспомнит все раньше времени. Вдруг документ с подделанной подписью есть не в одном экземпляре.

— Я сегодня же установлю слежку и сам займусь твоим делом.

Улыбаюсь. Как все-таки круто, что я ткнула пальцем в небо, а попала в солнце. Все-таки как ни крути – знакомство и личные связи всегда дают более хорошие варианты.

Обращаю внимание на свой телефон, который все время мешал мне разговаривать, жужжа в сумке, и вытаскиваю, смотря, как по экрану проплывают незнакомые цифры.

Поворачиваю мобильный к Гене, и он кивает, произнося:

— Отвечай.

Принимаю вызов.

Мое «да» звучит немного раздраженно, и в ответ получаю фразу, сказанную тоже весьма нелюбезным тоном.

— Альбина Алексеевна, хочу поставить вас в известность, что ваш муж написал расписку и собирается покинуть больницу.

Ошарашенно поднимаю глаза на Гену, одновременно радуясь, что еще не ушла из его кабинета, и включаю громкую связь.

— Разве он мог так быстро поправиться?

— Разве я могу заставить взрослого человека насильно оставаться в больнице, если он считает иначе.

Понимаю, что спросила глупость, и задаю другой вопрос:

— Он еще в палате?

— Пятнадцать минут назад был.

— Поняла. Спасибо за информацию, — произношу и разъединяюсь.

Потом поднимаю глаза на Гену и спрашиваю:

— И что мне теперь делать?

— Забирать мужа из больницы, — отвечает он ровно. — Поскольку у него амнезия – делать вид, что всё в порядке, а я подумаю, как использовать эту ситуацию с выгодой для нас.

Не нравится мне эта идея, но, похоже, мне реально придется подчиниться обстоятельствам.

Замечаю, как мой телефон снова начинает вибрировать, на экране появляется имя – Родион.

Опять не выходя из кабинета, отвечаю на звонок:

— Слушаю тебя.

— Ты за мной приедешь или мне вызывать такси? — звучит с претензией.

Не выдавая врача, уточняю:

— Куда ты собрался?

— Как куда? Домой, конечно, — бросает Родион с недовольством.

— Но кто тебя будет лечить?

— Лечить? Принимать лекарства я могу и в доме, а не в казенных стенах. Я целый день лежу и смотрю в потолок.

— Но кто тебе будет обрабатывать рану, снимать швы?

— Снять швы я съезжу к платному хирургу, обрабатывать и ты сможешь.

Рукалицо. Он вообще спросил бы, буду ли я это делать, или он считает, что это само собой разумеющееся?

Возразить мне нечего, и я отвечаю:

— Я сейчас приеду за тобой.

Разъединяю вызов и поворачиваюсь к Гене.

— Ты веришь в его амнезию?