Елена Сергеева – Бесценная помощница для орка (страница 4)

А я стояла перед ним смущенная, растерянная, не в силах вымолвить ни слова, чувствуя, как жар заливает мои щеки, а кончики ушей начинают пылать раскаленными углями и медленно обугливаться. Мне хотелось провалиться сквозь землю.

Потерять дом и снимать угол в бедном квартале — неприятно. Бродить в поисках любой работы и слышать везде отказ — унизительно. Но быть пойманной в таком жалком, голодном и потрепанном виде тем, кем ты тайно восхищалась последние годы… это был совершенно новый, изощренный уровень позора.

Он протянул мне мои вещи. Его пальцы, большие и сильные, едва коснулись моей ладони, но меня словно молнией ударило. Ветвистые острые разряды побежали под кожей.

— Тмаш Агак, к вашим услугам, — представился он с легким, почти аристократическим наклоном головы. — И снова приношу свои глубочайшие извинения.

— Ларрин… Ларрин Дор, — прошептала я, едва шевеля губами, глотая комок стыда в горле. Моя фамилия, некогда гордая, теперь звучала как насмешка. — Это я виновата, я не смотрела…

— Ларрин Дор? — его брови, густые и темные, слегка поползли вверх.

Показалось, имя что-то говорит ему. Сомнительно, что он слышал о моем отце-консерваторе. Скорее всего ему было знакомо имя моего брата. Я никогда не принимала заказы от «Транспортной корпорации Агака».

На него и так работали лучшие специалисты. Я слышала, увор Агак приглашал сотрудников даже без опыта работы. Брат рассказывал, что его агенты внимательно следили за студентами, особенно выпускных курсов. Самым успешным поступали предложения о работе.

Он даже тогда злился, что ему такого предложения так и не сделали.

Так откуда увор Агак был знаком с моей фамилией? Слышал о «блестящем» Рике? Да, за последний год имя брата широко разошлось в узких кругах, благодаря мне.

— Что вы, айна Дор. Не может быть никакой вашей вины. Виноват исключительно я, со своей рассеянностью. И, если позволите, я настаиваю на компенсации, — неожиданно заявил Тмаш Агак смущенной мне.

— Вам явно необходимо немного отдохнуть, — он кивнул в сторону «Серебряного неба». — Позвольте предложить вам чашку кофе и, возможно, что-нибудь на десерт. В качестве искупления моей вины.

От его предложения, произнесенного с такой простой и искренней вежливостью, у меня перехватило дыхание. Мой желудок, словно предательский жалобщик, снова громко и требовательно заурчал.

На этот раз Тмаш Агак точно услышал. Он тактично сделал вид, что не заметил, но уголок его рта дрогнул в едва уловимой, мягкой усмешке.

Борьба между гордостью и голодом, смешанная с ошеломляющим смущением, длилась считанные секунды. Голод, а самое главное, давнее, юношеское восхищение победили.

— Я… я не хочу вас обременять, увор Агак, — пробормотала я, опуская глаза.

— Обременение — это мои невыполненные обязательства перед приличиями, — мягко, но твердо парировал он. — Прошу вас. Мне будет так спокойнее.

И, повинуясь какому-то неведомому импульсу, я кивнула. Он галантно предложил мне руку, и через мгновение я, Ларрин Дор, без гроша в кармане и без будущего, переступала порог фешенебельного кафе под руку с одним из самых богатых и влиятельных персон города.

Мир внезапно перестал быть размытым и снова заиграл красками, пугающими и ослепительными.

6. Возможности

Ощущение было сюрреалистичным. Шепот за соседними столиками, быстрые, любопытные взгляды, устремленные на нас — знаменитого орка-магната и меня, в чистом, но поношенном платье не по моде.

За последнее время у меня не было возможностей обновить свой гардероб. Я все откладывала, стремясь быстрее достичь поставленной цели

Официант, почтительно склонившись, провел нас к лучшему столику у окна.

Тмаш Агак отодвинул для меня стул с такой естественной вежливостью, что у меня снова закружилась голова. Это было так непохоже на снисходительное покровительство моего брата или грубоватую галантность других мужчин.

Это не может быть наяву! Я точно сплю!

Но даже если и так, то я ни за что на свете не хочу, чтобы мой сон сейчас прервался.

— Я вас узнал, Ларрин Дор, — произнес он, когда официант принял заказ.

Орк уверенно сделал его сам, бросив лишь один вопросительный взгляд в мою сторону.

— Видел вас несколько раз, когда вы приносили расчеты и чертежи вашего брата в контору «Магистронг и К°». Вы всегда казались мне очень собранной и… целеустремленной. В отличие от большинства… ммм… помощников, — его голос был спокоен и без тени насмешки.

Мое сердце екнуло. Он видел меня. И запомнил. Но запомнил лишь, как посыльную, тень своего брата. Горькая ирония сжала горло.

Я ведь было подумала, что вот он шанс как-то разузнать о возможных вакансиях на его предприятиях. Но нет. Ни за что не стану так унижаться.

Будь это кто другой, я может быть и смогла задавить в себе гордость. Но не перед Тмашем Агаком. Да и не та ситуация. Не после того, как он так участливо себя повел со мной.

Навязываться, пользуясь чьей-то добротой, всегда мне претило.

— Рик… мой брат очень занят, — выдавила я, глядя на узор на скатерти. — Новые проекты, переговоры… Он редко находит время для таких мелочей, как доставка и переговоры с заказчиками.

— Понимаю, — кивнул Агак, и в его глазах мелькнуло что-то похожее на легкую насмешку, но направленную не на меня. — Ваш брат, должно быть, гениален. Его работы по оптимизации магических контуров для паровых сервоприводов… Это высший пилотаж. Я даже хотел сделать ему предложение о сотрудничестве. Странно что мои агенты пропустили его когда подбирали перспективных выпускников. Я был удивлен просматривая потом его характеристику и выводы по ней. Скорее всего какая-то ошибка. Но слышал, он уехал в столицу, покорять новые высоты. Или пока только собирается это сделать?

Он произнес это с неподдельным интересом, и мне стало физически больно. Каждая фраза была ударом по моему самолюбию, по моему украденному труду.

— Да… он… планирует. Скоро, — прошептала я, чувствуя, как предательский румянец заливает щеки.

Ненавидела себя в этот момент за эту ложь, за необходимость поддерживать миф, созданный мной.

Я знала, что Агак уже год как перевел весь свой головной офис в наш город. Здесь у него было производство и верфи. Необычный ход. Остальные старались держаться поближе к столице. В узких инженерных кругах шептались, что тому была масса причин.

Начиная с того, что кампания Агака получила высочайший проект лично от императора, что накладывало серьезную ответственность. Заканчивая тем, что у него было множество серьезных конкурентов, а в газетах не стихали скандалы на тему разоблачения очередного шпиона на производстве какого-нибудь магната.

Финансовые войны в наше время перешли в активную фазу. Я наблюдала за Тмашем из под полуопущенных ресниц и все это прокручивала у себя в голове. Орк не походил на того, кого могли запугать конкуренты. Скорее всего он просто сделал так, как удобно именно ему.

И в этот момент я испытывала какую-то отчаянную радость от того, что он принял подобное решение и наша случайная встреча состоялась. Как бы еще она могла произойти?

В это время подали заказ: ароматный кофе, изысканное пирожное для меня, а еще скромный, но плотный сэндвич, который он заказал, видимо, понимая, что мне нужно что-то более основательное для перекуса.

Его внимательность была поразительной. И от того еще острее ощущался контраст. Я не привыкла к подобной заботе. Давно никто не проявлял ее в отношении меня.

— А вы? — вдруг спросил он, отхлебывая из своей чашки.

Себе он заказал только кофе.

Его взгляд в какой-то момент стал очень пристальным, изучающим.

— Просто курьер и сестра гения? Что интересует лично вас, айна Дор? Какое занятие вам по душе? Или у аристократических семейств все еще в моде считать, что высшее предназначение женщины — выйти замуж?

Вопрос прозвучал не как допрос, а с искренним, неподдельным любопытством предпринимателя, который сам проложил себе путь вопреки всем условностям. В его тоне не было ни капли снисхождения или пренебрежения.

Простой искренний интерес.

Я отложила вилку, чувствуя, как дрогнули пальцы. Что я могла ответить? Что мое высшее предназначение — тайком выполнять работу своего брата, а теперь бегать по городу в поисках места гувернантки?

— Я… я ищу возможности, увор Агак, — сказала я, выбирая слова с осторожностью. — Ситуация в семье изменилась, и мне необходимо себя обеспечивать. К сожалению, рекомендаций… у меня нет.

Я не смотрела на него, ожидая вежливого кивка и смены темы. Так всегда реагировали на подобные намеки.

Но он молчал несколько секунд, а затем я почувствовала на себе тяжесть его взгляда.

— Рекомендации, — произнес он наконец, вот теперь в его голосе прозвучала легкая, но твердая нота пренебрежения к этому понятию. — Бумажки, которые чаще всего говорят не об умении, а о связях. У меня на предприятиях ценят навыки, айна Дор. А не происхождение и наличие покровителей.

Он отпил еще глоток кофе, а затем его взгляд упал на мои руки, лежавшие на столе. Я инстинктивно сжала кулаки, пытаясь скрыть чернильное пятно на указательном пальце и легкие шрамы от паяльной иглы — следы одного необычного, но очень дорогого заказа. Там заказчик потребовал помимо чертежей еще и опытный образец разработанной схемы.

— У вас руки не простой ухоженной барышни, — проницательно заметил орк, и его голос стал глубже, заинтересованнее. — Я многое могу прочитать по рукам. Это следы… вычислений? Или, может, работы с тонкими механизмами?