Елена Щербакова
Не зная последнего боя
© Е. Щербакова, текст, 2026
© Издательство «Четыре», 2026
Поэзия
Ночь войны
Костяшек звон.
Мешками люди.
Платить победу бьёт погон.
Зверьё моё – такие судьи.
Под рёв машин не плещет ливень.
Копейка смыта на века.
И лики стёр звериный бивень.
Костяк людей сложил меха
Палить в жару у баяниста.
Он выдыхает смрад войны.
И прётся вой неголосистый.
Отцы и деды не годны.
И червоточины на картах,
Как будто болт, свернули сны.
Был прежде День всегда на старте,
Но Ночь объявлена войны.
Родина зовёт
Это был такой коллапс.
От нелепых, видно, клякс
Вечно бегали на вышку,
Где сигналили лишь вспышки.
Где ж историй поворот?
Мать одна тебя зовёт.
Но от частых заварушек
Подъедали не ватрушки.
В этой адской жуткой кухне
От обиды сильно пухли.
И исчез как будто праздник.
Пальцем ли мартышка дразнит?
Временем нарушен свод?
Иль бесплодным был весь год?
Иль от тучи свет промок?
Мать достанет ли платок?
Поднимайтесь-ка, сынки!
Разорвали, что ль, пупки?!
Всех вас Родина родила!
И на фронте не забыла.
«С той стороны и залпы реже…»
С той стороны и залпы реже,
Ничто уже не манит, не зовёт.
Сигнал тревог не ищет, как и прежде,
Ярмо чрезмерное забот.
Дома в тумане будто спят.
Как занавес, неявные надежды.
Нетщетные желания хотят.
Их забывая, вдыхаю воздух свежий.
Всё также лес, переступив квартал,
Гремит петардами, но реже.
И, сотрясая горки тут и там,
Докуривал в сомнениях надежду.
Но глуше на морозе гром.
И лес, как молчаливый воин,
Опять утопит чей-то стон,
Всё ждёт чего-то, терпит стоя.
Гнилушки, что расстрелянных наряд,
Пугают призраком из ночи.
Но на рассвете дни теперь летят,
Торопятся за солнцем очень.
Легендарная Доля
Было дело, с Долей жили 
