Елена Счастная – Жена дракону не подчиняется, или Крылья для попаданки (страница 6)
Девушка отогнула край одеяльца, в которое был завёрнут ребёнок, и лекарь поднёс к его ручке тончайшую стеклянную трубку. Пара ловких, точных движений, и внутри неё растеклось ровно необходимое количество крови.
Все замерли, вытянули шеи, чтобы лучше видеть и ничего не пропустить. В подземном зале повисла напряжённая тишина, нарушаемая лишь шорохом одежды лекаря, который сразу же присоединился к магистру.
— Поместите её в сосуд, — разрешил тот.
И едва капли упали во мрак колодца, в его глубине раздалось нарастающее шипение. Символы на полу вокруг засветились, сменяя друг друга, словно магия не могла определиться, какой же вердикт ей стоит вынести. Но вот хаотичный свет, перебегающий от одного знака к другому, успокоился и сложился в окончательный узор.
— Ну, что там? — не выдержала императрица-мать. — Не тяните время, магистр!
Признаться, я тоже был на взводе. Наверное моё чутьё дракона всё распознало и так — острый флёр магии коснулся моей ауры раньше, чем прекратилась пляска магических символов.
Но магистр поразмыслил над ними ещё немного, а затем уверенно выдал:
— Родство покойного императора Сенеона и Анелона Далаара подтверждено и несомненно!
На лице Керайи отразилось облегчение. Да, она знала это сразу, но, возможно, ожидала, что я захочу подстроить всё так, будто никакого родства и нет. И честность проверки для неё стала неожиданностью.
Я же искоса взглянул в лицо младенца, спящего на её руках — его сходство с Сенеоном бросалось в глаза. И без проверки можно было легко догадаться, чей он сын. Странно, но отчасти я был рад. Каким бы ни был мой брат, но от него в этом мире осталось хоть что-то кроме скверных воспоминаний. Возможно, его отпрыск вырастет совсем другим.
Но я и не забывал о том, что вся эта ситуация теперь добавит мне проблем. И это буквально накануне коронации…
— Раз так… — немного придя в себя, обратилась ко всем Керайя, — теперь я со всем основанием требую внеочередного созыва Княжеского Собрания!
Глава 3
Я бежала по длинному тёмному коридору, только чудом не спотыкаясь. Одно падение. заминка — и меня поймают. Позади, на расстоянии вытянутой руки я слышала его частое тяжёлое дыхание. Оно почти обжигало мне спину, трогало волосы — вот-вот, и он меня схватит, утащит обратно и заберёт всё.
Всё, даже то, о чём я пока не знаю.
Так он и сказал мне, когда мы вдвоём находились в том ритуальном зале, который я уже видела раньше. Только тогда я не могла встать и даже пошевелиться. Моё тело словно больше не принадлежало мне. Но сегодня я встала и, оттолкнув его со всей своей пробудившейся драконьей силой, побежала прочь — и он не успел меня остановить.
Кто он? И зачем я ему нужна?
Это вопросы поочерёдно бились у меня в голове, заглушая шаги и даже шём крови в висках.
Когда же закончися этот коридор? Тут вообще есть выход?
Но туннель продолжался и продолжался, как кишка гигантского чудовища, и вскоре мне начало казаться, будто он закончится тупиком. Наверное, поэтому преследователь не торопится меня хватать — ему просто нравятся мои мучения. Нравится агония моей надежды.
Движение воздуха навстречу мне внезапно прекратилось. Я осознала это слишком долго и почти со всего размаху, едва успев придержать шаг, впечаталась в холодную каменную стену. Всё моё существо передёрнуло от отвращения: она была покрыта тонким слоем липкой слизи, которая сразу же облепила моё лицо и ладони.
Я отшатнулась — и сзади меня поймали огромные холодные руки.
— И зачем бежала? — шепнул мне на ухо мужчина. — Зачем ты постоянно бежишь?
Весь мой магический контур обожгло ядовитой волной скверны. Он не просто носил её в себе — он был ей. с головы до ног, до кончиков волос и пальцев.
— Отпусти… — проговорила я, не слыша собственного голоса, лишь чувствуя движение собственных губ. — Я не могу тебе ничего дать.
— Можешь! — он прижал меня к себе сильнее. Я дёргалась, глядя в глухую темноту перед собой, и уже не знала, что мне делать. — И ты отдашь. Станешь моей женой — и отдашь всю себя. Внутри и снаружи.
Его тяжёлые, словно каменные плиты, ладони спустились с моих плеч на живот, вдавились в него с такой силой, что я вскрикнула от боли. Затрещала ткань промокшего от слизи платья, и, кажется, захрустели мои кости от силы чужих объятий.
Я зажмурилась, и перед глазами внезапно вспыхнуло золотистая точка, которая, пульсируя сквозь мрак, постепенно превратилась в драконью чешуйку. Я протянула руку и схватила её.
А затем проснулась оттого, что кто-то настойчиво встряхнул меня за плечи.
— Алита! — вонзился в ухо голос Латара. — Любимая, что с тобой?
Я глухо вскрикнула и наконец открыла глаза. Нашу общую с мужем спальню освещали слабые огоньки свечей. Он нависал надо мной, с мягким нажимом гладя моё лицо, оглядывая его по кругу вновь и вновь, а в его глазах плескалась горячая тревога.
— Всё хорошо… — выдохнула я. — Просто кошмар приснился. Всё уже прошло.
— Я так долго не мог тебя разбудить, — покачал головой Латар. — Ты что-то бормотала. Кого ты видела?
— Я не знаю… Я всё ещё не знаю, кто он? — ответила я, едва ворочая языком. — Он словно весь состоит из скверны. Мне кажется, я просто боюсь, что она однажды поглотит тебя полностью, а я ничего не смогу с этим сделать.
Я села на постели, поджав к себе ноги. Латар обнял меня обеими руками и принялся тихонько укачивать, словно младенца. Я прислушалась к биению его сердца, его щедрое тепло пронизало меня всю до костей. Нет, он живой, горячий, страстный — скверне не удастся его поработить! Но Лириан… Ради Латара я готова терпеть её — лишь бы она не лезла дальше той границы, которая очерчена для неё сейчас.
— Ты раньше не говорила мне, как он выглядит… — вдруг задумчиво пробормотал принц. — А сейчас сказала, и я вспомнил. Странно…
— Что? — я повернулась в его руках так, чтобы видеть очерченное резкими тенями лицо.
Сначала принц поджал губы, словно засомневался, стоит ли говорить. А затем как будто решился.
— Это случилось почти сразу после того, как Сенеон занял трон, — принялся рассказывать. — Очередная стычка со звартами. Они случались тогда время от времени у границ, но та была особенно крупной. Сенеон никогда не оставлял мыслей захватить их земли — так же, как и Гэзегэнд. Но тогда ни твоё королевство, ни владения колдунов не поддавались. Он был одержим. Так вот тогда по его приказу случилась очередная вылазка на территорию звартов — мы хотели захватить одну из их крепостей, чтобы утвердиться там и занять выгодное положение для дальнейшего наступления. Нам почти удалось, но мы всё-таки отступили. Увели только одного пленного — жреца, который, защищая своих, утратил бдительность и попался. Не помню, как его звали. Не уверен даже, что я узнавал. Тогда сам Сенеон прилетел посмотреть на него и долго о чём-то с ним говорил, пока тот сидел в клетке.
— И что стало с тем колдуном? — уточнила я, когда Латар смолк.
Зная Сенеона, можно предположить, что пленника просто казнили. Раз уж о нём сейчас вообще ничего не слышно. Никт не разу не упоминал при мне, чтобы где-то в казематах содержался такой необычный заключённый. С его помощью, наверное, можно было бы найти путь к скверне Латара.
— Вот этого мы не знаем. Наутро он просто исчез. Его клетка была всё так же заперта, а он будто растворился, — принц вздохнул, глядя перед собой, словно где-то там, в его памяти, вновь разворачивались те же картины из прошлого. — Так вот он выглядел примерно так же, как тот мужчина из твоего сна. Тёмная, сплошь поражённая скверной кожа. И пылающие глаза.
— Да! — подтвердила я. — Глаза! Он говорил странные вещи. Я не понимаю, как такое возможно.
— Это невозможно. Они не могут влиять на нас на расстоянии — и это хорошо. Но… Может быть, соприкосновение со скверной внутри меня вызывает твои кошмары, — голос Латара потускнел, и меня это насторожило.
Неужели он считает, что всему причиной наша сегодняшняя близость? Только этого ещё не хватало!
— Нет. Тут что-то другое! — возразила я, пытаясь на корню уничтожить его сомнения. — Во-первых, этот сон — единственный за долгое время. А во-вторых, я видела ещё ту чешуйку, которую мне отдал Сайнеш. Может, это он хочет что-то мне сказать?
Латар вновь опустил на меня взгляд.
— Что нас ждёт угроза от звартов? — нахмурился. — Она никуда и не пропадала. Со временем они становятся всё агрессивнее. Но… Допустим. На всякий случай я передам приказ в пограничные гарнизоны быть особенно внимательными и осторожными.
Его рассуждения слегка меня успокоили — пусть лучше думает об охране границ, а не о том, что он может как-то плохо влиять на мои сны. Это будет полезнее.
За окном уже светало. Взглянув в озарённое первыми лучами солнца окно, я некстати вспомнила о том, что на сегодня назначена проверка «истинной» связи Латара и Лириан в храме Предвестников. Кто-то открыто радовался этому, а кто-то ждал подвоха. Дракири оправилась после кризиса, и теперь была готова пройти через ритуал в Крови, чтобы показать свою скрытую суть.
Я лишь надеялась, что всё обойдётся. Что это тогда случилась лишь аномальная вспышка магии — и ничего более.
Но сомнения оставались. Оставался страх, что сегодня всё вдруг обрушится. И сейчас мне особенно сильно захотелось утвердить свою власть над Латаром. Накануне. Возможно, даже назло. И пусть муж полночи доказывал мне, насколько сильно меня желает, я хотела почувствовать это снова.