Елена Саринова – Попаданка. Хроники Буйных лугов (страница 26)
Если честно, пейзажи у господина Кува выходили лучше, чем портреты. Что-то похожее на моего любимого Моне с его широкими мазками и яркими красками, только с какой-то странной перспективой. Опять же повторюсь, я – не художник. Но, теорией владею. И это владение вполне позволяет мне критиковать. Так вот, у Апполинария Кува и тут была проблема.
Тесные городские улочки в рамках и солнце над спокойным океаном висели между плотными книжными рядами в лавке дяди. Я за журналами мод туда по лестнице с придыханием поднялась. Сто лет не бывала в книжном магазине, а тут… такой знакомый запах книг, названия разделов на картонках, коврик вдоль прилавка у двери. И интимная приглушенность звуков, голосов… Это волшебно. В общем, именно с таким настроем я вошла туда. А тут пейзажи. И ведь человек старался!
Через минут пятнадцать мы с молодым художником сидели в «Блаженстве» за столом. И следует отметить, что наши соседи (две девушки и молодая пара) купили к чаю сырные конфеты. Это приятно так!
- Донья Дюран, вы что-то хотели предложить?
По выражению лица лопоухого старателя искусств было сложно догадаться, чего он конкретно ждет. Возможно, потащился вслед за мною от тоски. И тот факт, что он сейчас косится за окно, вдоль которого прохаживается Рок при всем параде…
- Господин художник?
- А? Пр-ростите. А ваша личная охрана… я читал в газете про начало следствия над господином Геновером.
- Вы рисовали и его? – как можно безразличнее уточнила я.
Мужчина явно растерялся:
- Я?! Нет. И он же… а я…фр-р.
- Отлично. У меня к вам деловое предложение.
Суть моего предложения была проста. При сохранении основного вида деятельности господин Кув, все же меняет профиль. Качество его работ при этом уходит на второстепенный план. Как все это возможно? Мозаика. Ну или пазлы. Ведь в них первостепенен сам процесс.
- Что здесь необходимо? Зависит от уровня сложности сборки мозаики. Исходник отпечатывается в типографии, затем приклеивается на картон, а дальше режется простыми ножницами или специальным прессом. Есть еще вариант с деревянными кубиками для детей. Сколько у кубика граней? Шесть. Значит, на нем поместится шесть простеньких картин. Но, на упаковке обязательна картина в целом. Иначе как ее собрать без образца? Господин художник?
- А?
- Вы меня слышали?
Такого Апполинария Кува я еще не лицезрела. Я вообще не знала, что человек может одними лишь ушами своими покраснеть.
- Я вас… слышал, - выдохнул он, наконец. – Это так странно. И восхитительно по простоте. Я в Варкнасе в храме Всех Пресветлых видел витраж «Св. Манулика в алых розах». Потом его и остальные из того же места даже рисовал. Но, мне и в голову бы не пришло, что на их основе можно подобное создать. А вам пришло, прекраснейшая донья… Я-я обязательно попробую. Но, скажите, вам это зачем?
- О, не из меценатства, уважаемый господин художник, - с прямотою швабры тут же уведомила я. – Деньги.
- Деньги? – рассеянно скривился тот.
- На моем попечении, как вы знаете, целая усадьба, которую необходимо поднимать. Но, не за счет поднятия налогов в двух подопечных деревнях. И с вами мы при положительном исходе подпишем договор, в котором я обозначу свой процент материального участия, а позже прибыли. Так вы согласны?
- Я… согласен.
Глава 34
Т. Тьяди-Дюран «Хроники Буйных лугов»
-
После данных слов, выданных с предвкушающим энтузиазмом, меня не то, чтобы встряхнуло… насторожило. Да. Я явственно насторожилась:
- Что, господин капитан, вы имеете в виду?
Каюсь, попытки сохранить нашу обоюдную субординацию в большинстве случаев терпели крах. Да и удачная их часть получалась лишь когда господину капитану элементарно было некогда - он без предварительной раскачки, сразу по приезде в «Буйные луга» развернул внутригарнизонные армейские реформы.
Во-первых, в рамках «Устава королевской службы» повысил до звания капрала двух самых толковых своих и грамотных солдат. Мой замковый бюджет это нововведение коснулось вскользь (добавка к жалованию военных – привилегия монарха). От нас понадобились стандартные нашивки к капральской форме. Да и те лишь выкупить в Управе. Зато теперь бойцы поделены на пару взводов под руководством двух капралов, и их муштра заметно возросла.
Я до недавнего времени понятия не имела, что по тому же самому уставу владелец замка в мирное время имеет право располагать целой третью гарнизона. Это ж шестнадцать человек на каждый день! И всё моё! Помнится прежний капитан мне отказал два раза в использовании своих солдат. Причем, для их же гарнизонной пользы. Сначала в рубке дров для солдатской кухни, потом во внутреннем ремонте их же мыльни (так робко баня здесь зовется). А как он покушался на мою стратегическую ёлку? А как добивался переезда со своего второго казарменного этажа в апартаменты замка?.. Да хоть сейчас езжай в Федил, ломись в краевой арестантский корпус и зонтиком по кумполу этому Койту! Зонтиком со свинцовыми спицами!.. Пожалуй, я немного увлеклась.
Вторым пунктом реформы в стенах замка стали обязательные спортивные разминки и борьба. Точнее армейский рукопашный бой. И если бегали и отжимались солдаты под руководством бдительных капралов, то драться их учил сам новый капитан… Не знаю, по совпадению или следствием через три дня в «Буйных лугах» появился седой и бородатый как Дед Мороз гарнизонный лекарь. Он, кстати, тоже полагался по уставу. И вот ему мы форму, халат, да много чего еще должны. Но, лекарь в замке при любом раскладе это - хорошо. И надо бы к нему внимательнее приглядеться, ну и в идеале подружиться. Когда он освободится от примочек и повязок для бойцов.
А вот по третьему пункту мы с господином капитаном так тихонечко сегодня и сидим. Пока тихонечко. Однако после подобных поворотов на скаку:
- Ну что, какая у нас стратегия? – любое может быть.
- Что, господин капитан, вы имеете в виду?
Рок, торчащий в кресле с другой стороны моего заваленного бумагами стола, вдруг резко встал и так же резко отошел к окну:
- Ну… Аннушка, ты ведь понимаешь, что…
- Донья Тимьяна, - следя за мимикой мужчины, досадливо поправила я.
Он, с неожиданной улыбкой, вдруг кивнул:
- Донья Тимьяна. И вы ведь понимаете, что мы с нашими запасами знаний при уровне развития этого мира прорыв немалый можем совершить?
- Да, - настороженно подтвердила я. – Понимаю.
- Вот и я… - и ненадолго замолчал. – Помнится, вы спрашивали: есть ли равноценная замена кольям в рве. У меня сейчас в голове несколько идей. От самой простой, приближенной к стандартам здешней реальности и до изобретения пороха. Вот я и спрашиваю: какова наша дальнейшая стратегия существования? Чего вы хотите в этой жизни, прекрасная донья Тимьяна?
- Я-я… - голос мой неожиданно дал петуха. – Я не хочу.
- Чего? – пристально глядя на меня, спросил мужчина.
- Прорывов, научных и техногенных революций. Рок, я этого всего не хочу. Я просто жить хочу.
- И быть счастливой? – как-то сокровенно тихо уточнили у меня.
- Да, и быть счастливой. А ты? А вы? – спохватилась я. - Чего от этой жизни хотите вы?
- Того же самого, - улыбнулся Рок. – Но…
- Что «но»? Все-таки порох, да? Или понтоны через Вертичуй? Или банальный велосипед? Рок, что «но»?
- Вы ругаться будете, донья Тимьяна.
- Господин капитан?!
- Того же самого... но только лишь с тобою.
- У-уф… Опять…
- А что это такое у тебя? – мужчина, сощуренно приглядываясь, в момент вернулся ко столу. – Это, как их… «модельные эскизы» ведь лежат?
Я, подскочила из кресла и всеми откормленными телесами рухнула поверх бумаг:
- А, ну-ка, отвали!
- Нет, правда! – оскалился этот, далекий от всего прекрасного мужлан. – Это ведь они. Ну, погодь, я рассмотрю! Блин, как в старые добрые времена!
- Отвали! Это для дела!
- Для какого? И кто их рисовал? Не ты ведь!
- Нет, Видаль, - внезапно вылетело из меня. Я не хотела, а оно само сорвалось с губ!
- Зачем? – откровенно растерялся Рок.
- Я же сказала, что для дела!
- Но, Аннушка?
- Егор, и еще я сказала, отвали!
- Ох, мы, кажется… невовремя, - в распахнутых дверях кабинета двумя тощими статуями застыли Оливер и Фия...