Елена Самойлова – Ключи наследия (страница 4)

– Кстати, Кселька, я тебе не рассказывала про то, как я однажды урок вела, когда при себе барахло с полигона было?

– Нет. – Я моментально заинтересовалась и на всякий случай подальше отставила чашку с чаем – когда Ирка-баян начинает рассказывать, то рыдают все!

– Ну, дело было так: я еду с полигона и сразу на урок в школу. Прихожу – дети, как всегда, орут… Ну, я сажусь за учительский стол и бросаю на него свой рюкзак. А в рюкзаке у меня наручи, две латные перчатки, кастет и еще какая-то фигня. Детки удивленно притихли, а я недолго думая вытаскиваю железную перчатку, которая побольше и потяжелее была, и ка-а-а-а-ак врежу ей по столу. Ученички затыкаются моментально, а я спокойно веду урок до конца.

– Кошмар…Н-да, тяжела доля препода в средних классах…

– Аминь, – подытожила подруга. – За это надо будет выпить.

– По поводу окончания твоей практики? А когда? Ир, у нас вообще-то на следующих выходных своя ролевка, когда отмечать собралась? На тренировке, что ли?

– А почему бы нет? Не знаю.

Можно подумать, я знаю. У меня своих проблем до лешего…

Ирку удалось выпроводить, а вернее, отпустить домой только ближе к полуночи. Анастасия, весьма заинтересовавшись байками из учительской деятельности моей подруги, с удовольствием выслушала все ее постебушки на тему «Что такое «мерзкие дети» и что с ними можно сделать, чтобы они были не такими мерзкими и учились хоть чему-нибудь полезному». Невольно вспомнился разговор на одном из сборов в Зенькиной квартире, когда мы с Зеней и Рийкой обсуждали, влезет ли Ирка в наволочку. Поняли, что нет, потому предложили зашить наше будущее светило исторического факультета в пододеяльник, засунуть в стиральную машинку и там выполоскать все ненужное из головы. Ирка же почему-то возмущенно заявила: если в пододеяльник она каким-то чудом и влезет, то в машинку не поместится ни при каких условиях. Поэтому она предложила поименовать Савиной Ириной Сергеевной Зенькину кошку, зашить ее в наволочку и постирать в машине. Предложение было отклонено: вытаскивать кошачью шерсть из барабана дорогущего «Аристона» никому не хотелось, да и Гринпис возмущался бы по самое «не балуйся». Вдобавок еще и кошка офигело провыла свое коронное «МЯУ!!», после чего смылась в открытую форточку. Зенька равнодушно проводила взглядом улетевшую в предпоследний путь домашнюю живность и пояснила, что хоть этаж и восьмой, но подоконник с той стороны широкий, поэтому кошка не суицидница, а профессиональная акробатка и ничего плохого с ней не случится.

Мне бы такую невозмутимость.

– Ну-с, девочка наша, как день провела? – раздался за спиной вкрадчивый голос Анастасии. Я страдальчески вздохнула и обернулась на лучшую мамину подругу, которая многозначительно тасовала в руках колоду старинных карт Таро, тех, что, насколько я знаю, перешли ей по наследству. Гадают по слухам на них нечасто, Анастасия видит по ним даже такое, о чем никому никогда не рассказывала, а уж ближайшее будущее эти карты рисуют, как историю какую пишут. И вот «нарисованное» на этих картах всегда сбывается, к моему глубокому сожалению. – Хочешь, расклад кину?

– Не хочу-у-у-у, – проныла я, но тетя Настя уже цепко ухватила меня за руку и потащила на кухню, где мама уже заинтересованно косилась в нашу сторону.

Анастасия усадила меня на стул, а сама с видом бывалой гадалки приземлилась напротив, протягивая мне колоду.

– Сдвигай, Максимилиана.

Эх, а куда деваться… Я вздохнула, в очередной раз напомнив себе, что чем равнодушнее относишься к гаданию, тем точнее результат. Аккуратная стопочка распалась на две части, и Анастасия начала раскидывать карты на шута. Прошлое меня особо не смущало – всякие мелкие бытовые неурядицы, не больше. Ну, если совсем честно – всплыла-таки недавно найденная любовь, ну точнее как «любовь» – невнятный романтический интерес, который вроде как есть, но и вроде как ничего особенного там пока что нет и не факт, что будет. Анастасия многозначительно подняла на меня глаза и улыбнулась, но ничего, к счастью, не сказала. Мама у меня карты читать не умеет, и хорошо – а то столько бы всего прочитала… Шут лег на стол – дальше уже шло будущее.

Шестерка мечей – дальняя дорога. Старший аркан – звезда: значит, путешествие грозит неприятностями. Анастасия чуть нахмурилась, но промолчала. Не то чтобы я уж очень верила в гадания, но старинные Таро почти всегда говорили правду. Интересно, куда и как меня на сей раз занесет? Следующая карта, которая легла на стол – Башня. К счастью, перевернутая – проблемы грядут большие, но разрешимые.

М-да, если на этот раз карты не врут, то мне, наверное, не стоит ехать на ролевку. Дорога, похоже, будет неприятной и почти наверняка приведет к чему-то нехорошему. Может и авария случиться, и травма на полигоне.

Перевернутая сивилла мечей. Так-так, какой же девице я настолько насолила, что та непременно хочет мне отомстить? Вроде бы Рейн упоминал о как-то девушке, которая то ли бывшая, то ли просто подруга, то ли подруга, которая у себя в голове успела побыть и нынешней, и бывшей, вот только рассказать об этом самому Рейну позабыла. Девушка то ли в него влюблена была, то ли просто хотела его при себе постоянно держать – точно не помню, мутная какая-то история с легким флером неадекватности случилась.

Только Рейну все это было по барабану, по моим ощущениям, эмоции у него были как у табуретки, зато та особа почему-то решила, что он воспылал ко мне нежными чувствами, и теперь «неровно дышит». Про чувства она загнула: их как таковых у него не то чтобы совсем нет – с социопатом я не связалась бы при всей своей отбитости и склонности к приключениям – но вот проблемы с выражением этих самых чувств у Рейна отсюда и до горизонта. Именно поэтому этот человек общается со всеми дамами примерно одинаково дружелюбно и вежливо, даже когда на него пытаются повеситься с обнимашками и фейерверком эмоций – и эту вежливую дружелюбность иногда ошибочно принимают за ответный романтический интерес.

В этот раз карты подтвердили: соперница и до действий дозрела. Анастасия помедлила, но следующая карта ее слегка успокоила – девятка жезлов. Значит, конкурентка не сумеет мне как-то навредить. Правда, сама по себе перевернутая девятка жезлов предвещает неприятности и вообще тормоза во всех делах, но замедление – не тупик, переживем. Хотя какая она мне или я ей конкурентка, если на Рейна я не то чтобы претендую, да и сам он не сказать, что стремится позвать меня на свидание и вообще как-то ухаживать.

В руках у маминой подруги осталось только три карты.

– Гадаем дальше? – Я только пожала плечами. А куда деваться с подводной лодки, а? Торпедный отсек временно заблокирован, так что идем до конца.

Всадник кубков, отшельник и перевернутое солнце.

Молодой человек, на которого можно положиться, друг или возлюбленный. Затаившееся зло, его можно избежать или победить. И счастье, что, вероятнее всего, наступит только после всех испытаний.

– Бурная же тебе жизнь предстоит, – заключила тетя Настя, разглядывая получившийся ряд красочных, не выцветших за десятилетия карт. – Правда, ты сильная, ты справишься. – И, понизив голос так, чтобы мама, отошедшая снять истошно надрывающуюся телефонную трубку, не услышала, добавила: – И держись за своего всадника кубков, без него так хорошо все не закончится, понимаешь?

Как тут не понять… Бедный Рейн, он и не знает, что ему теперь со мной возиться придется. Впрочем, может и не придется – в общении с ним вообще непонятно, чего ожидать пока что. Я для него, кажется, тот же «невнятный романтический интерес», с которым непонятно, что положено делать, и потому мне сложно было назвать себя даже «его девушкой». Так, встретились несколько раз вне компании общих друзей, интересно пообщались. Даже за ручку подержались недолго, но это все сложно было назвать «явной симпатией». Сложная он зверушка, в общем. Хоть и симпатичная, даже в моем вкусе.

– Кселечька, ты даже сейчас не хочешь попробовать? Может, еще не поздно свой дар пробудить, а? Вовремя сорвавшийся на голову недруга кирпич иногда может сильно помочь, я думаю.

– Тетя Настя, добрая же вы… – мрачно пробормотала я. – Чуть что – так кирпич на голову. Справляются же люди как-то без ведьмовства, и я справлюсь.

– Справишься, конечно, куда денешься. Но ведь с парой шепотков, десятком заговоров и умением подтасовать случайности в свою пользу жизнь становится существенно проще.

– Угу, а потом к тебе явится представитель избранной стороны, даст миссию под расписку на всю оставшуюся – и крутись как хочешь. Нет уж, спасибо, мне и так хорошо, – буркнула я, вставая из-за стола. – Спасибо, что погадали, но я и так уже устала – только-только с полигона, спать дико хочу.

– А как же предназначение? Оно есть у каждого, так или иначе.

– Есть, но большинство людей об этом не знают и, я думаю, знать не хотят. До свидания, тетя Настя, очень рада была вас увидеть, но я правда спать хочу.

С этими словами я вышла с кухни, прикрыв за собой стеклянную дверь, и столкнулась в коридоре с мамой.

– Мам, я спать, устала по самое «не могу». А завтра вставать рано.

Та только пожала плечами и направилась на кухню, где загадочно улыбающаяся Анастасия вновь тасовала в руках старинную колоду…