Елена Ронина – За зашторенными окнами (страница 35)

– Думаешь, это конец?

– Если ты о ваших отношениях, то да, Катька, конец. И, пожалуйста, не сомневайся. Я постараюсь ему внушить то же самое. Сама знаешь, придется припугнуть, иначе не поймет. Ну не повезло тебе, Катюх. Только ты не отчаивайся: все у тебя в жизни еще случится, зуб даю!

Молодая женщина улыбнулась:

– Не жалко зубов-то?

– Так у меня свои все, они мне ничего не стоили. И потом, ради тебя мне вообще ничего не жалко.

Эпилог

Катя наблюдала из окна своего кабинета, как Андрей грузил вещи в «Land Rover». Она уже знала: он уволился – его пригласила на работу известная питерская клиника. Главный отпускал Смолякова с неохотой, хотя работа в отделении была хорошо налажена. Смоляков поставил дело на надежные рельсы, запустил процесс. Ну, что делать: человек ищет, где лучше. Такова жизнь. Значит, справимся своими силами.

Зря боялся Заяц – Андрей ни разу не позвонил, даже не зашел к Кате в кабинет. И на этажах они не пересекались. Издалека женщина видела Андрея пару раз на конференциях. Он сухо кивал и отводил взгляд. Может, повлиял разговор с Зайцем? Они встретились в тот же день. Как рассказал Леша, поговорили по-мужски. И на этом была поставлена жирная точка.

Честно говоря, страх прошел достаточно быстро, и Катя даже испытывала легкое разочарование: она так тщательно готовилась к разговору с Андреем, продумывала слова. И вот никому они не понадобились. Смоляков закрылся в своей раковине, и иногда Катерине казалось, что весь этот служебный роман ей привиделся во сне. Хорошем таком современном сне, где разом присутствовали все жанры – немного любви, немного ужаса, немного детектива, обязательно с легкими штрихами гламура и с претензией на интеллектуальность. И главное – с хорошим концом.

Через полгода, на сорокалетие, Катя получила из Петербурга красивый букет белых роз. Букет сопровождала открытка с одним только словом – «Прости».

Ну что ж, значит – работаем дальше, значит, лечим людей и благодарим Бога за то, что предупредил, за то, что не дал случиться плохому. И потом, Лешка же обещал, что все в ее жизни еще случится. Зуб же дал!

Роковой узел

1

Лето выдалось на редкость жарким. Ничто не спасало: ни мощные кондиционеры, ни плотные льняные шторы, закрывающие окна. Во двор можно было выйти только после пяти часов вечера. На порыжевший газон больно было смотреть. Но что делать, с погодой не поспоришь. После того как солнце пряталось за горизонт, включалась система полива. Растения оживали. А к утру – все по новой. Казалось, даже росы на листьях за ночь не набиралось, и птицы перестали щебетать.

Поселок Марьино в ближнем Подмосковье погрузился в вязкую жару. Хорошо, что все-таки Подмосковье. И спасали огромные сосны и раскидистые клены. Поселку исполнилось двенадцать лет, и за это время успели вымахать деревья. На каждом участке – свои, здесь все зависело от фантазии хозяев. Но, как правило, японских садов никто не разводил. Каждый купил по несколько серебристых елей, а дальше на выбор: кленов, туй, сосен, лип. Березы и рябины для зелени и количества накопали в ближайшем лесу. И через каких-то пять-шесть лет поселок было не узнать.

Жители между собой сразу договорились: никаких заборов, никаких сеток, этих страшных рабиц. Это еще хуже, живешь как за колючей проволокой. Только низкие кустарники. И все равно, хоть кустарники и посадили повыше, каждый хотел иметь закрытую территорию. И тогда сбросились на туи. Мороки было много. Особенно в первый год – в феврале все туи нужно было укрыть от яркого солнца, потом постоянно удобрять. Наняли правильного дендролога, но, увы, не все деревья прижились.

Зато теперь плотная стена красивой зелени отделяла один участок от другого хотя бы с одной стороны. По весне в туях вили гнезда синички. И среди веток вдруг можно было заметить внимательно смотрящего на тебя птенца. Вот ведь удивительно. А птицы-родители, крохотные пташки, сновали туда-сюда со своим нехитрым кормом, червяками и гусеницами в клювах, и ругались на соседних ветках, кто сколько добыл для детенышей еды. Кто больше, кто меньше. Все, как у людей.

И все-таки в Марьино природа. Хоть и жарко, и душно, и куда-то делись друзья-синички. И непривычная гнетущая тишина, без птичьего гомона, давила на уши. А что творится в Москве, в этих бетонных джунглях? Как люди могут в такую погоду работать? Когда мозг плавится и ничего не хочется. И не хотелось не только работать, но даже отдыхать.

Даже день рождения, любимый праздник, когда за столом есть повод собраться всей компанией, и тот не мог принести должной радости. Нужно еще доехать, дойти. Естественно, никаких костюмов, пиджаков и галстуков. Хотя среди друзей это было принято. У женщин – минимум макияжа. Все равно расплавится по дороге. Простые легкие свободные сарафаны или брюки из натуральных тканей с маленькими топами. И никаких причесок. Сегодня без протокола.

2

За большим круглым столом сидели восемь человек. Принимали Сидельниковы. Огромная гостиная-столовая, с любовью обустроенная хозяйкой, опять слегка преобразилась. Ирина удивительно чувствовала веяние времени. Или читала модные журналы? Видимо, и то и другое. Но умела она изменить интерьер мелочами. Не крася стен и не меняя мебели.

Сегодня обстановку полностью изменил затейливый итальянский торшер на гнутой ножке, который навис над столом широким льняным некрашеным абажуром. На журнальном столе возвышалась настольная лампа в таком же стиле.

На привычном коричневом диване, который у Сидельниковых уже давно, разместились яркие диванные подушки фиолетового оттенка и с рисунком модного в нынешнем сезоне цвета мяты. Цвета, словно взятые из цветущего сада. И комната сразу заиграла, добавилось настроения.

В прошлый раз все подушки были серыми. И это было стильно и интеллигентно. Сочетание цвета горького шоколада и холодного серого выглядело неожиданно и элегантно. Темно-коричневый цвет очень богат.

Вся компания помнила, сколько сил и нервов было потрачено Сидельниковыми на мягкую мебель. Диван из Италии ждали, он пришел с неправильным углом. Грузили мебель обратно, Илья чертыхался, жаловался друзьям, что он устал и от жены, и от неустроенности, и ему надоело сидеть на стульях, и хочется наконец прилечь перед телевизором.

Но когда Ирина расставила в гостиной мебель, стало очевидным: у нее идеальный вкус. Именно цвет дивана сделал интерьер дома удивительно теплым и доброжелательным. И как-то сразу сумел отгородить жилище от шума и гама повседневной жизни.

А вот сегодня стало празднично. Фиолетовые подушки с водянисто-зеленым рисунком. Как лучше? Как раньше или сегодня? Сложно сказать. По-новому. Добавилось настроения. Счастливая Ирина. Она умела сама его создавать. Вот такими мелочами. Ценили ли это ее домочадцы? Муж Илья, дочка? Вряд ли. Привыкли и воспринимали как должное. Ирина не работала. А что ей еще делать? Не хватало еще, чтобы в доме что-то было не так. Не для того Илья работает, как вол. День и ночь напролет. Создал такую структуру. Талантище. Ирина умеет его оттенить. Расставить правильные акценты.

Создать правильный дом – это важно. Это не мелочь. Дом Ирины и Ильи всегда был немножко сухим, не то чтобы музеем, но немного стерильным. Эти новые подушки цвета садовой свежести, мягкий рассеянный свет от новых абажуров – действительно добавили яркости, тепла.

Но в воздухе висела тревога. Почему? Напряжение шло от хозяев. Даже не так. Илья был спокоен. И рад гостям. Ирина. Чуть подрагивали руки, почти не улыбалась. Говорила резкими отрывистыми фразами, или так только казалось?

Ирина на правах хозяйки раскладывала салат, Илья подливал дамам вино. Как всегда, все красиво и изысканно. Фиолетовая скатерть, белые столовые приборы и опять же водянисто-зеленые салфетки. И где только Ирина все это находит? Это же день и ночь нужно над таким интерьером трудиться! А в семье, между прочим, недавно родился ребенок. Понятное дело, есть помощница. И готовит Ирина не сама. Но вот так накрыть стол ее Кристина точно не сумеет, это уж только под четким руководством хозяйки.

И сколько лет не меняется состав гостей? Страшно сказать! Вот можно произнести вслух и даже поверить. Да, нам уже за сорок. Но то, что мы знаем друг друга уже двадцать лет? И вот так, больше пятнадцати лет, собираемся за одним столом? Нет, такие цифры в голове не укладываются!

А тем не менее это именно так. Илье и Ирине за столом улыбались три пары. Друзья, партнеры по бизнесу и их жены, которые за долгие годы тоже перекочевали в ранг родных и близких. Добрынины, Борис и Римма, Колмановичи, Семен и Ольга, и Волгины, Феликс и Лариса.

– Ну что, Илюш, за тебя! – Борис, прокашлявшись, встал с бокалом вина.

– Спасибо, дружище!

Илья с Борисом обнялись – двое высоких, красивых, еще совсем молодых мужчин. Борис, может, уже чуть полноват, и появились залысины. А Илья внешне мог дать фору любому двадцатилетнему. Спортивное телосложение, хорошая осанка, нет и намека на пивной животик.

Ирина с напряжением смотрела на мужчин. Ольга и Лариса быстро переглянулись.

– Илюша, за тебя, здоровья! – Все дружно потянулись рюмками к имениннику. Ирина пришла в себя и наклеила улыбку.

– За тебя, милый. – Она тоже прикоснулась щекой к лицу мужа. – Кому еще «мимозу»?