Елена Райдос – Охота на дракона (страница 65)

Дэвика стояла над спящим Учителем. Она подняла меч обеими руками и на секунду зажмурилась. Всё-таки она не была убийцей, и ей не просто было решиться. Сабин открыл глаза, когда острое лезвие уже коснулось его груди. Он дёрнулся, но ничего поделать уже не успел. Меч с лёгкостью проткнул его почти насквозь. Дэвика стояла над ним, всё ещё сжимая рукоятку и предвкушая как убийца ангела сам сейчас умрёт. Но только вышло всё не так. Может быть, Сабин и не был уже Творцом, только все прочие свои способности он отнюдь не растерял. Раненый издал жуткий рык, в его глазах на миг полыхнула боль, но тут же погасла. Не обращая внимание на торчащий их груди клинок, он сделал резкий жест ладонью, и Дэвика отлетела к противоположной стене, словно пушинка. Её тело буквально впечаталось в деревянную обшивку, безвольно стекло на пол и осталось лежать без движения.

Такого откровенного бунта от своей куклы Сабин никак не ожидал. Он сразу оценил серьёзность ситуации. Хорошо ещё, что он выкачал всю жизненную силу из ангелочка, иначе его шансы были бы близки к нулю. Теперь у него должно было хватить энергии, чтобы восстановить своё тело. Главное было не потерять сознание от боли или кровопотери. Это было равноценно смерти. Неизбежно придётся потратить немного энергии, чтобы заглушить боль. Собравшись с силами, Сабин взялся рукой за лезвие, но тут же порезался. Пришлось ещё искать, чем бы обернуть острый клинок. Когда ему наконец удалось вытащить меч из раны, он весь уже покрылся холодным потом от напряжения, а впереди ещё была самая неприятная процедура. Совсем заглушить боль от перестройки тела не представлялось возможным. Это было бы слишком расточительно, так и на саму процедуру энергии могло не хватить. Сабин бросил злой взгляд на лежащую без движения Дэвику и, сжав зубы, приступил к починке своего тела.

Он давно уже закончил и мог бы встать, но продолжал лежать, тяжело дыша. Перед глазами плавали разноцветные круги. Наконец Сабин набрал полную грудь воздуха и поднялся на ноги. И чуть было не свалился обратно в залитую его собственной кровью постель. Голова закружилась, и в глазах потемнело.

– Это как же я умудрился потратить столько сил,– удивился он. – Неужели всё ушло на то, чтобы заглушить боль? Ну ничего. Главное, добраться до этой наглой девчонки. Видимо, придётся ей сейчас присоединиться к своему ангелочку.

Со второй попытки он всё-таки встал на ноги и шатаясь побрёл к Дэвике. Перевернув её всё ещё бесчувственное тело, Сабин уже занёс руку над её грудной клеткой и тут заметил, что шея женщины была как-то неестественно вывернута. Он приставил пальцы к горлу своей жертвы и замер, пытаясь нащупать пульс. Пульса не было. Его силовой удар был слишком силён, он сломал шею его потенциальной батарейке. Дэвика, похоже, даже не успела почувствовать, как жизнь покинула её тело. А вместе с жизнью ушла и энергия. От слабости Сабин прислонился к стене и захохотал во всё горло.

Глава 22

Чёрная сосущая пустота поселилась в его груди и не давала дышать. Антон знал, что это значит. После ухода Дэлвига он каждую минуту ожидал, что это случится. И всё же смерть ангела застала его врасплох. Творец сбежал от внимательных и умоляющих глаз Алисы на обрыв, но оставаться сейчас одному у него тоже не было сил. Вертер в последнее время совершенно выпал из реальности, он был влюблён и буквально летал над землёй, словно тоже записался в ангелы, как и его любимая Лика. Омрачать счастье друга горестным известием совсем не хотелось. И Антон отправился к Атан-кею, просто чтобы поговорить и излить свою боль.

Он стоял на широком крыльце и с удивлением взирал на метаморфозы, произошедшие с этим миром с его прошлого визита. Обычно Творцы не заморачивались сменой времён года в своих мирах, однако мир Атан-кея был исключением. Ранней весной здесь уже и не пахло, сейчас это было похоже на середину лета. Луг перед крыльцом, где в прошлый раз едва проклёвывались несколько островков зелёной травки и бледных крокусов, теперь было не узнать. Он буквально превратился в цветной ковёр из высоких трав и пышных соцветий, аромат которых витал над землёй и кружил голову. Вместо маленьких белых цветочков, покрывавших кусты по краю кедровника, на веточках появились блестящие бордовые ягодки. Широкая лента реки у подножья сопки сверкала и переливалась под яркими солнечными лучами. Было жарко, но не душно. Лёгкий ветерок гнал по небу полупрозрачные облачка и приятно холодил лицо.

Тёплая мягкая рука легла на плечо Антона, и прямо перед его лицом появилась кружка с квасом. Антон кивком поблагодарил хозяина и отхлебнул из кружки. Квас был вкусный и холодный. То что нужно в такую жару. Они уселись в тенёчке прямо на ступеньки крыльца. Оба молчали. Атан-кей, уловив настрой гостя, не спешил с расспросами, давая тому время, чтобы решиться на откровенный разговор.

– Вот скажи мне, Высший,– с горечью проговорил Антон,– отчего именно брат стал моим злым гением? Даже из тюрьмы он продолжает мне мстить, убивая моих близких.

– Кто на этот раз? – только и спросил Атан-кей.

Антон вздохнул и поведал бывшему наставнику о Дэлвиге.

– Я же говорил тебе, что твоих ангелов будут проверять на прочность,– спокойно отозвался Высший. – Похоже, один из них выдержал испытание.

– Неужели для этого нужно было его убить? – возразил Антон.

– Увы, над Игрой никто не властен,– Атан-кей помолчал. – А ты никогда не смотрел на ваши с братом постоянные разборки с точки зрения Создателя. В смысле, нашего Создателя.

– Хочешь сказать, во всех этих смертях есть какой-то смысл? – Антон поднялся и подставил лицо солнечным лучам.

– Разве не странно,– отозвался Высший,– два брата, оба Высших Творца, оба члены Совета, искренне любили друг друга. И одна женщина, как приз, как награда. За что?

Антон с удивлением воззрился на собеседника, но решил не встревать со своими комментариями.

– Один из братьев выбрал развитие интеллекта, он довёл свой самоконтроль до абсолюта. В этом отношении он, как никто, приблизился к Создателю. Но в своём стремлении к совершенству он перешёл очень важную черту. Вместо контроля за чувствами он совсем от них отказался. Наверное, так было проще. Возможно, свою роль сыграло то, что Анара выбрала младшего брата, а может быть, это было просто логическим, как ему казалось, шагом в развитии сознания. Но потеряв способность чувствовать, он потерял всё, что нарабатывал всю жизнь. Творец не может существовать без любви, это его мастерок и цемент для творчества. Утратив способность любить, старший брат начал деградировать как Творец. Но его совершенный отточенный ум требовал выхода. Его нельзя было просто положить на полку и забыть. Сабин не совершал кармических ошибок, все пути были ему открыты. И он сам выбрал свой путь.

– Путь разрушения,– горько согласился Антон.

– Можно и так сказать,– Атан-кей усмехнулся,– но это лишь ярлык, который мы сами навесили на его выбор. Попробуй понять его логику. Он ведь делал всё правильно и достиг совершенства в том, к чему стремился. А потом это совершенство обернулось деградацией. Получается, что совершенство – это зло.

– Логичная цепочка,– опять согласился Антон,– значит, поэтому он решил остановить развитие мира? Законсервировать его в некой приемлемой стадии и не доводить до совершенства.

– Не думаю, что он рассуждал именно так,– Атан-кей с сомнением покачал головой,– но интуитивно стал действовать именно в этом ключе. Только ведь Игра – это не стоячее болото, это скорее река. Она всё время течёт, меняется. Если нет прогресса, то идёт деградация.

– И всё это только потому, что братец совершил одну единственную ошибку,– с болью в голосе заметил Антон,– запретил себе чувствовать? Сурово, однако.

– Согласись, существенная ошибка,– прокомментировал Высший. – Тут ещё очень важно, что эту ошибку совершил Высший Творец. Чем выше уровень развития сознания, тем выше цена ошибки.

– И никто не застрахован,– Антон грустно вздохнул.

– Никто,– согласился Высший. – За ошибку Высшего пятьсот лет расплачивался целый мир.

– Это я за неё расплачивался вместе с Алисой,– с досадой заметил младший брат,– и продолжаю платить. И причём тут, спрашивается, я?

– Старший брат выбрал интеллект и отказался от чувств, а младший выбрал любовь, но ни от чего не отказывался,– улыбнулся Атан-кей. – И стал Создателем. А в качестве приза ему досталась Анара.

– И в чём же смысл этой притчи? – спросил Создатель.

– Ну как же,– Высший усмехнулся,– борьба ипостасей. Разве не интересно было узнать которая победит? Пятьсот лет интеллект правил бал и довёл наш мир до серьёзной деградации. Но любовь в конце концов одержала победу.

– А тебе не кажется, что я переиграл Сабина как раз интеллектуально? – обиделся Антон.

– В том-то и дело,– Атан-кей хлопнул себя по колену,– ты переиграл брата на его же поле. Переиграл не столько изощрёнными расчетами и хитроумными комбинациями, сколько персональным риском. Ты ведь по каким-то причинам отказался от нашей помощи.

– Просто и так всё складывалось,– пояснил Антон,– незачем было ещё и вам рисковать.

– Это не так уж важно,– отмахнулся Высший. – Ты лучше подумай, а смог бы твой брат переиграть тебя на твоём поле? По-моему, без шансов. Хотя он и пытался несколько раз.