Елена Райдос – Охота на дракона (страница 36)

– Хватит тебе на парня наезжать,– приструнил гнома Антон,– ему действительно здорово досталось. Вер, тебе нечего опасаться за свою психику, хотя, конечно, определённая деформация произошла. Но ты как-то с этим справился.

– Психика, ишь ты,– присвистнул гномик,– да кто другой за такую дефимацию ещё бы и приплатил. Вер, ты что ж, так и не дотумкал, что случилось? Тебе ж теперь ничего не страшно, ну прям совсем. Раз! И перестал бояться хоть бога, хоть чёрта, хоть самого Создателя. Чего ж ещё желать-то?

Вертер переводил недоумённый взгляд с одного тёзки на другого, не понимая шутят они или всерьёз.

– Это правда,– подтвердил Антон,– ты разучился бояться. Думаю, это должно быть очень комфортное состояние. Живи и радуйся. Но всё-таки опасность имеется. У тебя совершенно атрофировался инстинкт самосохранения. Поэтому ты будешь склонен рисковать в любой ситуации, вместо того, чтобы подыскивать более безопасное решение. Тебе придётся постоянно помнить об этом, чтобы не наделать ошибок.

– И всё? – Вертер был шокирован. – Просто помнить?

– А чего ж ты ждал, вояка,– гном похлопал его по руке,– пилюлю какую для страха, аль микстуру? Не придумали ещё таких лукарств. Не тушуйся, парень, Создатель за тобой присмотрит.

– Антоша, перестань издеваться над человеком,– Алиса строго посмотрела на гнома.

Она подошла к Вертеру и поцеловала его в макушку, как бы защищая от нападок вредного любителя ватрушек. Несчастный объект гномьих насмешек благодарно взял её ладошку и приложил к своей щеке.

– Тоша,– встревожилась Алиса,– у твоего друга жизненная сила на очень низком уровне.

– Это ты его не видела, когда мы только встретились,– беспечно отозвался Творец. – Я думал, он вообще в обморок грохнется от слабости. Ты позаботься о нём, любимая, после чая, хорошо? Это мой братец его доконал.

– И как только таких ублюдков земля носит,– зло буркнул Вертер. – Ты извини, Тоха, что я так про твоего брата, но слова другого не нашлось.

– Плохо, видать, тебя учили, дитятко несмышлёное,– покачал головой гном. – Ну какой же из Сабина злодей? От него ж, акромя пользы, ничего не происходит, правда, Создатель?

У Вертера просто отпала челюсть от такого заявления. Этот урод своими манипуляциями чуть не заставил его убить своего единственного друга. Кого ж тогда называть злодеем?

– Гном прав,– подтвердил Антон,– ты, наверное, невнимательно слушал, что тебе говорил Сабин. Не бывает плохих и хороших явлений, это наши оценки делают их таковыми. И зря ты считаешь моего братца инфернальным злом. Может быть, его мотивация и не была безупречной, но по факту он не принёс тебе ничего, кроме пользы.

– То есть, как это? – возмутился Вертер. – А то, что он меня тупо использовал как оружие против тебя, а потом собирался прикончить – это было для моей пользы, что ли?

– Нет, ну точно нужно прибавить ему годков, Лексеич,– прокомментировал гном,– а то наш Вертер сделался уж больно горяч. Ты ж жив вроде, паря, и практически здоров. Чего зря жаловаться. Зато сколько подарков получил от злодея-то.

Вертер хлопал глазами, пытаясь понять, в чём тут подвох.

– Не гони волну, Антоша,– остановил гнома Антон. – А если серьёзно, то давай считать. Первое: он сделал из тебя уникального бойца. Ты где-нибудь слышал, чтобы кто-то в одиночку завалил дракона с одним мечом?

– Ага, а ещё Сабин нам тут новую породу человеков вывел,– снова вклинился гном. – Называется «Вертер бесстрашный». Правда, пока неясно, как у ней, у породы то есть, с нервами дела обстоят.

– Сабин был для тебя учителем и, смею думать, неплохим,– продолжал Антон, не обращая внимания на реплики гнома. – Ты вполне можешь положиться на истинность знаний, которые от него получил, так как Сабин не был заинтересован тебе врать. Но главное, он преподал тебе урок манипуляции сознанием на самом высшем уровне. А это дорогого стоит, если, конечно, ты сумеешь воспользоваться полученными знаниями. Очень надеюсь, что больше ты в подобную ловушку не попадёшься.

– А ещё он дал Вертеру любимую,– добавила Алиса.

– Ну с этим я бы поспорил,– возразил Антон.

– Вы о чём, вообще, тут говорите,– взорвался наконец Вертер,– может быть, мне ему ещё спасибо сказать.

– Я бы сказал,– подвёл итог Антон, наливая себе ещё одну чашку чая.

– Ты ж ещё про самое главное ему не сказал, Лексеич,– не унимался гном. – Про кармический подарочек.

– Что за подарочек? – удивился Вертер.

– Ну как же,– гном отхлебнул чай из блюдечка,– ты, мил человек, кем был-то в прошлой, значитца, жизни? Воякой. Так?

Вертер уже начал понимать, куда клонит гном, но тот всё равно решил довести логическую цепочку до конца.

– Спецназ аль разведка? – задал он свой следующий вопрос.

– Всего понемногу,– пробурчал Вертер.

– Вот-вот,– обрадовался Антоша,– и сколько ты народу извёл на своей службе? Небось, сам не знаешь?

– Кто ж в бою считает? – огрызнулся вояка.

– А апосля, в Охотниках? Тоже, что ли, не считал? – гном уже откровенно наезжал на Вертера.

– Антоша, перестань,– осадил его Антон. – Вер уже понял, что ты хочешь сказать.

– Точно понял? – съязвил гном. – Так должен быть благодарен злодею-то, что дал шанс разом за всё расплатиться. Енто ж сколько раз тебе пришлось бы рождаться и помирать от ножа али пули, чтобы всю карму-то отработать. А тут, раз, и нету кармы.

– Как же странно всё устроено в жизни,– Вертер глубоко задумался. – Беспринципный манипулятор, преследуя исключительно свои корыстные цели, объективно приносит своими действиями пользу тому, кого хотел бы уничтожить. Это ли не высшая справедливость? Интересно, а сам Сабин осознаёт, что помог мне стереть кармические отпечатки прошлой жизни? Или ему такие побочные эффекты до лампочки?

Они ещё долго сидели у самовара и беседовали обо всём. Какой бы странной ни была манера гнома лечить душевные недуги, но она сработала. К концу вечера от нервозности Вертера ни осталось и следа. Пережитый кошмар последних месяцев постепенно отступил, давая место радости от встречи с близкими людьми и спокойной уверенности в завтрашнем дне.

***

За окном было ещё темно. Алиса мирно посапывала во сне, раскинув золото волос по подушке. Антон полюбовался на любимую и потихоньку выскользнул из-под одеяла. За сорок лет совместной жизни он так и не сумел привыкнуть к своему счастью и каждое утро не забывал благодарить Создателя за это золотоволосое чудо. До восхода солнца оставалось ещё минут двадцать, но Антон любил заранее приходить на обрыв, чтобы полюбоваться красочным спектаклем с самого начала. Волк и гном частенько присоединялись к своему Создателю, но пока их не было видно.

Зато на фоне бледнеющего неба контрастно вырисовывалась фигура Вертера. Тот стоял, расставив ноги, на самом краю обрыва и, похоже, был совершенно голый. Антон удивился, в прошлой жизни его друг не отличался любовью к ранним подъёмам и уж тем более к нудизму. Вертер вытянулся в струнку и прыгнул с обрыва головой вниз. В первый момент у Антона перехватило дух. Ему пришла в голову шальная мысль, что парень решил покончить с собой от неразделённой любви или ещё какой подобной глупости, но он тут же с облегчением вспомнил, что Вертер и раньше развлекался прыжками с этого обрыва. Так что волноваться не стоило.

Антон уселся на краю, свесив ноги вниз, и увидел, как его друг уверенно плывёт от берега к светлеющему горизонту. В неясном свете зари его фигура то и дело мелькала среди чёрных волн, увенчанных серебристыми гребешками. Через какое-то время Антон отвлёкся и потерял Вертера из виду. Одна за другой на небе гасли звёзды. Небо из пурпурно-фиолетового уже сделалось бордовым с оранжевыми прослойками облаков, когда он увидел, как Вертер возвращается.

– Видимо, неплохо его подлечила Алиса, если парню неймётся позаниматься физическими упражнениями с утра пораньше,– подумал Антон.

Через несколько минут голова Вертера показалась из-за края обрыва, он быстро натянул свою одежду прямо на мокрое тело и уселся рядом с другом. Они молча любовались, как оранжевый диск солнца выныривает из воды, как алая солнечная дорожка протягивается прямо к их ногам, как успокаивается ветер, и длинные стебли травы перестают изгибаться под его порывами и превращаются в шёлковый ковёр. Им было так спокойно, так хорошо вдвоём, словно и не было той трагической смерти и долгой разлуки.

– Знаешь, Тоха,– прервал молчание Вертер,– а раньше я не понимал этой твоей маньячной тяги к подъёмам спозаранку.

– Проникся? – с усмешкой спросил Антон.

– Ага, здесь классно! – Вертер с удовольствием вдохнул свежий морской воздух. – Выходит, и от смерти бывает какая-то польза. Вот так бы жил дальше и не узнал бы никогда, какими здесь бывают рассветы.

– Твоя смерть тут абсолютно ни при чём. Просто ты всегда был лентяем. Ну что, завтракать? – Антон хлопнул друга по плечу.

– Постой,– попросил Вертер,– у меня тут один вопрос нарисовался.

Антон улёгся на мягкую травку, позволяя утреннему солнцу просвечивать сквозь ресницы, а Вертер уселся рядом в позе лотоса.

– Сабин в последний месяц постоянно тянул из меня энергию,– начал объяснять он,– и делал он это двумя способами: либо заставлял меня терпеть очень сильную боль, либо вгонял сознание в транс этими полу-тантрическими практиками. Неужели действительно других способов не существует?