Елена Рай – Жизнь после развода (страница 7)

— Я у него спросила о чём вы говорили, представившись твоей сестрой, — хмыкает. — Болтливый он очень. А в тебе он не нашёл должного слушателя.

— А как тебе врач? — переключаю её внимание на неё же саму. — Он тебе и телефончик оставил. Смотри, — показываю на листочек с размашистым почерком.

— О, да! Я почти дослушала, как вырезать у человека аппендицит в полевых условиях! Кто такое вообще девушкам при первом знакомстве рассказывает?! — возмущённо топает ножкой Лёля.

— И школьный учитель тебе не понравился? — с издёвкой в голосе спрашиваю у неё я.

— Боже упаси! Спит и видит свою таблицу Менделеева. Моё имя у вызвало ассоциацию с каким-то там элементом! — срывается на смех она.

— А-а-а, слесарь? Я помню его! Он такой спортивный, вроде, — показываю невидимые бицепсы на своей руке, чем вызываю повторные эпизоды смеха у Лёли.

— Пожалуй, его номерок я оставлю. Рукастые мужики сейчас на вес золота. Как раз у мамы нужно ламинат постелить.

— Лёля! — восклицаю.

— Ты лучше скажи, что тебе тот компьютерщик показывал? Вы телефонами обменялись, да? — заинтересованно заглядывает мне в глаза.

— Что ты, — фыркаю. — Он мне обновил приложения в телефоне и показал прикольные фильтры для камеры.

— Во-о даёте, — смахивает слезинки в уголках глаз она. — А говоришь, что с тобой скучно. От смеха до слёз меня довела.

— Ну, что, Лёль, домой? — вопросительно смотрю на неё.

— Пойдём шоколадку купим. Жуть как хочу.

— На ночь же вредно кушать сладкое, — говорю такую уже для себя привычную фразу.

— Ага, это ты Ульяше говори, — передразнивает меня. — Со мной такое не прокатит.

Купив две плитки шоколада с солёным арахисом и разговаривая обо всём на свете, мы медленно бредём к своему дому. Темы самые разнообразные: о её подругах, родителях, общих знакомых, даже о волнистом попугайчике, что они завели всего два месяца тому назад.

— Чего припёрся?! — шипит кошкой Лёля на Сергея, увидев его около нашего подъезда.

— Юль, нам нужно поговорить, — в руках Серёжи красивая подарочная коробка с куклой.

— Езжай-ка ты к своей «подЛизуне», — всё не унимается сестра, да и у меня в душе настоящий хаос поднимается от уничижительных эмоций, направленных на него.

— Лёль, иди, — мягкой интонацией обращаюсь к сестре, старательно сдерживая себя. — Я скоро приду.

— Ну-ну, — недовольно цокает она языком.

Расположившись на лавочке напротив детской площадки, я внимательно смотрю на своего бывшего мужа.

Он стыдится?..

По крайней мере выглядит пристыженным.

— Мне очень стыдно перед дочерью, Юль, — шумно выдыхает он. — А ещё перед тобой, ведь я совершенно себя не контролировал.

— Вижу, — киваю на куклу. — Только сейчас она спит. Ты же не будешь её будить, чтобы подарить ей свой подарок?

— Конечно, нет. Я приехал поговорить с тобой, но тебя дома не было, — усмехается Сергей.

— Мама… — со смешком произношу я.

— Мама… — с такими же весёлыми нотками в голосе произносит Сергей. — Чуть ли не с лестницы меня спустила в этот раз.

— Ты заслужил это, — с обидой произношу.

— Я не хочу, чтобы Ульяна разрывалась между нами, — протягивает мне мизинец. Мы всегда так мирились раньше, когда были ещё вместе. — Мир?

— Больше так не делай, — отрицательно веду головой.

— Мир? — повторяя, он смотрит мне в глаза.

Если раньше в такие моменты он смотрел на меня с немой мольбой о прощении, то сейчас взгляд Сергея не имеет ничего похожего с раскаянием. Появился этот странный блеск в глазах. И он не хмельной. Колючий, предостерегающий, цепкий. Абсолютно холодный.

Глава 7

— Что ему было нужно? — нетерпеливо интересуется мама, стоит мне только переступить порог квартиры.

— Он извинился, — бесшумно прикрываю за собой входную дверь.

— Вижу, — недовольно фыркает она. — С подачками заявился… Хоть мозгов хватило не звонить в дверь, когда Ульяша спит.

— А как ты поняла, что он пришёл? Или ты его видела из окна?

— Я ждала вас, а тут он нарисовался, — качает головой мама. — И до чего вы договорились?

— Завтра утром он придёт поиграть с Ульяной. Нам нужно держаться сообща, если не хотим травмировать нашу малышку, — терпеливо объясняю ей.

— А он думал об этом, когда закатил свой спектакль в торговом центре? Довёл нашу девочку до истерики! — всплёскивает она руками.

— Он был не прав, — произношу на выдохе. — Мам, я пойду спать. Утро вечера мудренее.

— Дочка-дочка, не наступи ты на эти грабли во второй раз, — тяжёлой поступью мама направляется в свою комнату.

Как же я люблю утро, когда не нужно никуда идти и можно ещё немного понежиться в тёплой постели.

Правда это длится недолго, всего лишь пятнадцать минут.

Дверь распахивается, и в мою комнату с разбега влетает милая девчушка, сразу забираясь ко мне под одеяло.

— Вот, егоза! — шипит на неё мама. — Удрала от меня! А кто кашу есть будет?

— Не я! Не я! Маша! Маша! — весело щебечет мой темноволосый ангел, пряча своё перепачканное овсяной кашей личико.

— Балуем тебя, Ульяна. Ох, как балуем, — с осуждающими нотками произносит мама для всех нас. — Печеньками и конфетами сыт не будешь, а только зубы испортятся.

— Мам, — смеюсь в голос. — Она же маленькая и не понимает всё то, что ты наговорила.

— Ох, ладно, — прыскает она от смеха. — Когда отец Ульяны приедет?

— Теперь ты его и по имени не будешь называть? — добродушно ухмыльнувшись, отвожу взгляд в сторону.

— Для начала нужно снова заслужить моё доверие, дочка. А пока я не увидела ни малейшего поползновения к этому располагающему к себе чувству.

Дождавшись прихода Сергея, я не стала в этот раз дистанцироваться от него, а с охотой вместе играли с дочкой.

Кажется про такое взаимодействие между бывшими называется «взрослым и мудрым», а ещё «гармоничным», если хотим сохранить крохи здравого понимания, как нам дальше действовать сообща в том или ином вопросе, касающегося нашей девочки.

— Ульяша! — вовремя уворачиваюсь от пролетевшего мимо резинового мячика. — Целься в папу!

— Ага, двое на одного? Где справедливость? — произносит Сергей с хрипящими нотками в своём голосе, когда он смотрит на меня.

Я так и застываю со вторым мячиком, глядя на него.

Боже… Словно и не было этого развода. Словно ничего не было, что между нами произошло.

Всю грудь разрывают такие эмоции, что пальцы начинают подрагивать, и мячик падает из моих рук.

Дыхание сбивается от такого зрительного контакта. Закусив нижнюю губу зубами и потупив взгляд в пол, вихрем уношусь на кухню.

— Юль, дважды в одну реку не войдёшь, — хмуро сведя брови к переносице, произносит мама. — В какие бы он гляделки с тобой не играл.

— Ты опять о своём, — тяжело вздохнув, присаживаюсь на стул. — Мы стараемся сохранить иллюзию семьи для Ульяны, пока она ещё маленькая, а потом уже как-нибудь разберёмся.

— Юль, ты для себя сначала разберись, что ты хочешь от этих милых домашних и уютных посиделок с бывшим мужем. Второй шанс на иллюзорное счастье или освобождение из больных отношений, — присаживается со мной рядом и сразу заключает мою ладонь в тепло своих рук.