Елена Рай – Снегурочка для злого волка (страница 3)
— Подруге, — грустно улыбаюсь, чувствуя, как ком подступает к горлу.
— Звони, а я пойду покурю.
Через окно вижу, как Паша прикуривает сигарету, пряча огонёк в кулаке. Мерцающий свет на доли секунды выхватывает из темноты его лицо. Скулы заострились, взгляд напряжённый, глубокая складочка между бровей.
Погода окончательно испортилась. Дорога в сторону Москвы встала намертво. А мне нужно туда
С трудом вспоминаю Дашкин номер. Первый звонок обрывается, второй такой же провал. На третьем Паша возвращается в салон, стряхивая снежинки с головы и с джемпера в крупную вязку.
— Да не нужен мне матрас! — вспыхиваю я, услышав в трубке навязчивый голос какого-то менеджера, какого-то сетевого магазина. — Водный, тем более До свидания!
— Номер не помнишь? — вздыхает мужчина.
— Ещё одна попытка, — шепчу я, мысленно умоляя судьбу о милости. — О! Даша!.. Наконец-то!
— Привет, — отвечает она тихо. — Я тут немного занята.
— Чем? — настороженно, уже предчувствуя ответ.
— Я пригласила Валеру на ночь, — радуется очень «тихо», чтобы не спугнуть. — Мне так хочется хоть немного сладости в жизни, а без секса Ну ты понимаешь, —
Даша давно мечтала пригласить тренера Валеру к себе домой с продолжением. Всё не складывалось, а тут вдруг — сложилось.
— Всё хорошо, — прикрываю глаза, проглатывая горькую обиду на саму себя в первую очередь. Никто же не виноват, что у
Несколько секунд тишины, затем уловимый вздох.
— Обратно в город никак. Там пробка из-за аварии. Я сам стоял около часа. Погода только хуже становится — сама видишь. Гостиниц поблизости нет Ты уверена, что не хочешь вернуться? Я могу поговорить с твоим — он делает паузу, намекая, что я должна сама добавить недостающий пазл.
— Отец, — поджимаю губы.
— Я могу поговорить с твоим отцом, — бросает телефон на панель. — Дуня, твой план уже провален, — в его глазах нет упрёка, скорее забота. — Ни денег, ни телефона, ни нормальной одежды. На дорогах полно разных людей. Не все такие любезные, как я. У некоторых фантазия улетит при виде тебя, — резким движением шеи похрустывает позвонками. — Достаточно напугал, чтобы ты вернулась домой?..
Глава 4. Павел
Неужели все женщины методично испытывают нас, мужчин, на прочность?
Может быть, у каждой обладательницы второй «Х» хромосомы есть своя уникальная «программа пыток», тщательно подобранная для мужской «У»?
Сегодняшний день начинался не так уж плохо — я был трезв, собран на переговорах, купил цветы девушке и приехал к ней домой. Так выглядела самая «лучшая» часть, и с этого момента начался хардкор, к которому я был обречённо не готов.
Улыбался, как придурок, стоя на пороге с цветами, предвкушая сладенькое. Вот только Ольга не оценила — резкий толчок в грудь, веник, хлестнувший по лицу, и слуходробительное: «Мы расстаёмся, Суворов! Ра-сста-ём-ся!».
Ничего не понял. Скрёбся в дверь, как побитая дворняга, и свалил.
И какая её муха укусила?! Очередная забытая совместная дата?! Да у меня такая усталость накопилась, что я обо всём забыл, в том числе, когда нормально ел домашней еды. Я ведь не изменял, не грубил, любил до хрипоты в постели — где я так накосячил?
Чтобы выплеснуть адреналин, отправился в спортзал. Там, под грохот железа, встретил Адаева Яниса. Мы провели пару часов изнуряющих тренировок (в основном я, а он нагружал верхний пояс из-за травмы ноги), попутно обсудив рабочие вопросы по новому ЖК — новый микрорайон в черте нашего города со своими школой и детским садом.
По дороге домой мечтал лишь о двух вещах: открыть коллекционную бутылку отцовского коньяка и переговорить с братом. Этот малахольный снова влип куда-то, и я не дослушал, — я старательно окучивал клумбу Оленьки, да меня послали.
Как-то я проглядел момент, когда лобовое пошло трещинами, а вот Снегурку я заметил и оценил девичьи формы. Про таких говорят: «Аппетитная». Я тоже как-то об кости биться не люблю, в моей постели разные девушки побывали — вкус сформировался, и формы всё-таки предпочтительнее выпирающих позвонков и грудей-треугольников.
«Ну в чём я провинился перед женским полом?» — мысленно застонал я, уперевшись взглядом в острый каблук сапога.
Что-то я подвис на девушке Я слушал, но мысли прыгали где-то между её потухшим взглядом и пухлыми розовыми губами.
«Да-а-а, Суворов, да ты поплыл, — внутренний голос подкалывает чисто за мужское, — бабы давно не было, а ты всё в работе. Тренируй правую руку, чтобы матрас не изнасиловать во сне».
Из гипноза выводят слова девушки, включая инстинкт защитника:
— Я не хочу туда, где меня не любят. Туда, где я заложница чьих-то не хочу туда.
Ситуация, чтоб её, через колено Не на трезвую голову такую вертлявую головоломку решать.
— Когда-то мой отец спас одну девушку, — начинаю я, и голос мой сам теплеет. — Она сбежала от озабоченного ублюдка, который видел в ней лишь игрушку. Он подобрал её у обочины. Грязную, замёрзшую, напуганную до икоты. Отогрел, накормил — эту часть истории моих родителей я особенно ценю. — Видимо, с меня теперь должок, — смотрю в её красивые, чуть раскосые глаза, — в виде тебя.
— Что ты мне предлагаешь, Паша? — в её голосе отчётливо слышится нерв. Малышка впервые что-то такое провернула, а возвращаться страшнее. На свежую голову узнаю, что там случилось, и переговорю с мужиком. Какой-то либо степенью адекватности должен обладать. Девушка ухоженная, не затравленная. Авантюристка, да.
— Предложу, если тебе есть восемнадцать лет, — подмигиваю ей, уже зная ответ на свой вопрос.
— Есть, — сжимает кулачки, доказывая себе, в первую очередь, что взрослая. — И я не понимаю, как в современном мире женщина может быть бесправной!
Оу А девочка то с восточными корнями? В моём представлении они — другие.
— Ладно, сама взрослость, — закатываю глаза. — В отцовском доме четыре спальни. Две из них свободны. Мой брат не будет угрозой — он тебя не тронет. Вообще Он весёлый, твой ровесник, примерно. А завтра — вздыхаю, — завтра мы придумаем, как переубедить твоего отца в том, в чём он так убеждён.
Девушка кусает губы, вздыхает, нервничает и всё-таки:
— Обещаешь, что не обидишь? — вопросом этим своим пробирает до нутра, и там всё звенит колебаниями от её голоса.
Как можно обидеть женщину?.. Может у её «папаши» совсем чердак улетел, и она вынуждена ехать со мной, чтобы выжить. Что-то очень часто у меня проскальзывают ассоциации с матерью.
— Никто тебя не тронет, — припечатываю интонацией, чтобы не смела во мне сомневаться, — познакомлю тебя с Чарли. Отец эту собаку натаскал на защиту семьи.
— Ладно, — Дуня пристегнулась, — я тебе верю, — зевнула, — до утра всё равно нет ни одной здравой идеи.
Плавно тронулся с места, задницей чувствуя, что ввязываюсь в авантюру кареглазки. Предчувствие долбит по всем болевым точкам, что огребу по полной, если ввяжусь в эту историю. Собственно, я уже впрягся в это «повествование». В солнечное, будто приложили раскалённое докрасна железо. Но я упрямо топлю, отшвыривая от себя все кричащие противоречия.
С мыслью о том, что нужно вернуть девушку домой, крайне была не согласна упрямая мышца в груди. Вспомнил родителей Папа когда-то поступил точно так же (почти) — вышло же офигенно. Уж точно ничего плохого в этом не было.
Р-р-р, меня точно сглазили сегодня!
Бешенство Ольги, сбежавшая из дома Снегурка, пробитое колесо и моё настроение, как у чёрта в самый мрачный период его существования.
Хватило мозгов не рычать на Дуню — иначе она бы точно рванула в лес без оглядки. А так лишь сжалась в комочек на сиденье, что-то беззвучно бормоча себе под нос. Не удивлюсь, если молится.
Приехали! Ну надо же. Не верю своим глазам.
С пульта открываю ворота, плавно заезжаю во двор. Там Егор увлечённо гоняет мяч с Чарли. Увидев машину, оба меняют направление в нашу сторону. Алабай настороженно принюхивается, уши подняты, обрубок хвоста чуть подрагивает.
— Посиди минутку, — обращаюсь к девушке, глуша двигатель. — С братом надо переговорить.
— Конечно, — и вдруг спохватывается: — Ой! — торопливо снимает с себя мою куртку.
— Ладно уже, — киваю на дом. — Скоро зайдём.
Выхожу из машины, но не успеваю и рта открывать, как этот долбоящер выдаёт следующее:
— Оу — с мужским интересом рассматривает Дуню через лобовое. Картинка, конечно, залипательная. — Я был «хорошим мальчиком» Неси, брат, эту Снегурочку не под ёлку, а в мою
Резко вскидываю кулак, затыкая его на полуслове. Теперь даже страшно смотреть Кретин, напугал девушку!
Глава 5. Евдокия
— Оу — смутно знакомый голос «ощупывает» меня через лобовое. Наверное, я сошла с ума, если своим хладнокровным педагогическим образованием подобрала именно такой синоним в своей натруженной знаниями голове. — Я был «хорошим мальчиком» Неси, брат, эту Снегурочку не под ёлку, а в мою
Та-а-а-ак, кажется, я попала в логово волка — да не одного.
Думай теперь, Евдокия Рамилевна, и как можно продуктивнее, дорогуша. Заварила я кашу на целую роту солдат, а кушать придётся в Двери никто не блокировал — бежать в подобной ситуации полнейшая глупость, но и ворота нараспашку, что играет мне на руку (или нет).