Елена Рай – Фиктивная жена для старшего сына олигарха (страница 15)

— Ром, ты сделал-то, о чем я тебя просил? — спросил Звонарёв у него.

— Перекину. Пять сек, — лениво произнес Роман, наблюдая за девушкой, что стоит у стойки бара. Сегодня у него выходной. А он – мужчина. Почему бы и «да»?.. Она сама уже не раз стреляла взглядами в их сторону.

— Давай уже, — Роберт, словно мысли его прочитал. — И иди уже, а то другие уведут.

— У меня красивой невесты нет, чтобы страдать по ней на расстоянии, сидя здесь, — уколол его в ответ, рассчитывая… Нет, он не обладал экстрасенсорными навыками. Чувствовал, что между ними есть притяжение, но эти два упертых барана придумывают хитровыдуманные приемы, чтобы избежать по-настоящему серьезное столкновение.

— Да пошел ты, — безобидно отозвался Роберт перед тем, как первому покинуть стол.

В неформальной обстановке они – друзья. Изображать из себя снобов никто в их компании не имел дурной привычки. Что касается женщин, то их не делили. А теперь «минус один» из-за Звонарёва. Он даже не помышлял о ком-то, с кем можно скоротать ночку перед тем, как наденет на палец обручальное кольцо. По его убеждению этот ободок ничего не значит, если нет чувств. Измена и любовь – не соседки. Одной либо не было, либо умерла в зачатке, так и не раскрывшись.

На фотографиях он увидел Агриппину – она смотрела на небо. Такая ранимая и… Каждый раз он мысленно спотыкается об этот чертов договор со своим отцом. Еще огонька в его котел сомнений подкинули бывшего парня, с которым она то ли целовалась, то ли так неудачно был сделан кадр.

Его женщину трогал другой, а она не стала искать помощи у того, за кого собралась замуж. Значит… А что это собственно значит?..

В центре внимания оказался сам жених, когда Виктор Виноградов пригласил всех в уединенное место. Там был пилон и три девушки, которые раскованно танцевали для них. Одна из них неожиданно села на колени Роберта и поцеловала его в щеку.

Сергей Третьяк в этой компании отличился. Сделал компрометирующее фото и залил его в сеть. Звонарёв о нем узнал. Слишком поздно, чтобы остановить последствия своей вылазки.

Об этом будет потом, а сейчас мужчины отдыхали.

Нет, Роберт не изменил Агриппине. Девицу он вежливо пересадил на колени хозяина заведения.

Пробыв в компании еще немного времени, он отправился домой. А рано утром его разбудил звонок от матери.

— Да, мам, — сонно и немного с похмелья ответил он.

— Почему я узнаю о женитьбе своего сына через мейл? — женщина произнесла совершенно спокойно, хоть и старалась добавить в тон укоризненных ноток.

— Ты же прочитала, — Роб улыбнулся, предвкушая ее встречу с отцом. У того голова задымится, а может что-то еще.

— Не знаю, что ты задумал, но мне уже не нравится. Семейный ужин в логове змея. Пф-ф-ф.

— Как бы вы оба потрудились, чтобы я обрадовал вас своим появлением на этот свет, — он специально кинул в родную мать шпильку, немного приглушив ее вздорный нрав. — Так теперь вдвоем порадуйтесь еще раз, что ваш сын женится.

— Ладно, — женщина поджала губы на несколько секунд. — Сколько мне еще ждать водителя? Может быть мне своим ходом?

— А ты уже?! Почему не сообщила накануне?!

— Хочу познакомиться с девочкой. Она же войдет в семью, — Звонарёв не видел, но Маргарита была уже на взводе. Видеть его отца для нее непосильная мука. Но, что не сделаешь ради единственного сына, которого с кровью от себя отрывала и рыдала в подушку по ночам. Многое он видел под другим углом, потому что был ребенком. — Так, я еду к тебе. Адрес тот же?

— Да, мам, — болезненно вздохнул он.

— Я быстро и вам не помешаю. Только поздороваюсь, — к Маргарите подъехало пустое такси. Она не раздумывая, нырнула в салон. Летать налегке – одно из условий ее поездок. Все необходимое можно купить в любой точке мира.

— … Один, — связь где-то оборвалась, и женщина не услышала начало фразы.

— Что?

— Я один.

— А вот это уже очень интересно, — задумчиво произнесла она. — Ладно, обо всем поговорим при встрече. Уже еду.

Маргарита ожидала, чего угодно, но только не тех подробностей, которые настигли ее врасплох. Все-таки Звонарёв-старший, по ее убеждению, никого не любит, кроме себя. Он своими руками рушит все, к чему притрагивается.

Как было и с ними. Как было…

Глава 19

Глава 19

— Не волнуйся, — произнесла Валентина, когда увидела свою дочь в свадебном платье. — Ты выглядишь просто великолепно, как настоящая принцесса.

Агриппина слегка кивнула, не пытаясь как-то скрыть своего волнения.

Женщина подошла к ней. Поправила платье и нежно пробежалась подушечками пальцев по шелковой ткани. Она знала, как много значило это событие и как важно, чтобы дочь чувствовала себя уверенно.

— Помни, что это ваш день, и ты должна наслаждаться каждым его мгновением, — ее глаза заблестели от слез. — За Робертом ты будешь, как за каменной стеной… Мне врач сказал, что мое лечение проплачено им. Через полгода снова на профилактику лягу. Лекарства, опять же, очень дорогие. С нашей поликлиникой не сравнить. А отношение. Как к королеве.

— Мам… — девушка всхлипнула, прикрыв глаза.

— Он тебя любит. Ты даже не думай об обратном, — голос Валентины дрогнул от эмоций. — Скоро Роберт приедет, а мы тут сопли развели. Давай я быстренько все подправлю. Тушь немного потекла.

В квартире Роберта тоже было неспокойно. Мать жениха ходила из угла в угол. Встреча с Марком ее волновала так, что она не сразу заметила появление сына в гостиной.

— Умопомрачительно красив, как… — Маргарита тяжело вздохнула. — Не пожалеешь о своем решении?

— Нет, — дернул уголком губ Роберт. — Наоборот, думаю, что это мое самое верное решение.

— Не понимаю, как в политике семейный статус может служить проводником. Что за устаревшее мышление? Жена, дети, любовница… А то может и не одна, — скривилась женщина, представляя возможную семейную жизнь сына.

— У меня будет только Агриппина, — сказал он уверенно.

— Этой девочке повезло, — Маргарита испытывала гамму эмоций, и не все они были связаны с бракосочетанием сына. Роберт понимал ее опасения и никак не комментировал. — Паспорт не забудь.

— Не забуду, мам, — обнял он мать просто так, потому что ему надоела «холодная война». Он хочет начать новую жизнь с той, с которой бы никогда не встретился в обычной жизни, в окружении самых близких ему людей.

Перед тем как покинуть квартиру, куда он вскоре уже вернется со своей женой, Звонарёв позвонил Саульскому. Он уже был на месте. Есть парочка репортеров. Никому достоверно не известно – женится ли будущий губернатор или нет. Они записаны под другими фамилиями, чтобы не создавать лишней шумихи уже внутри здания.

— Здравствуй, Роберт, — Валентина светилась от счастья, приобнимая его, как своего сына.

— А где?.. — прошел в квартиру он.

— Она там, — женщина кивнула на дверь.

Роберт не мог оторвать от нее глаз. Агриппина не изменила себе в выборе платья, косметики или парфюма. Только сейчас он понял, какой же он болван.

Нет, хуже.

— Я готова, — прошептала она. — А ты?..

Они прибыли в загс. Первым их встретил Роман. Потом присоединился Марк Романович.

— Валентина, — представилась женщина, обращаясь к родителям Роберта. — А вы, мама Роберта?

— Мама… Роберта… Да, — Маргарита ощутила болезненный укол в груди, когда она посмотрела в глаза Марка.

— А вы, Марк Романович?

— Да… Тот самый… — Звонарёв-старший пожирал взглядом хрупкую фигурку своей бывшей возлюбленной.

А бывшей ли?..

Мужчина стоял и не замечал никого вокруг. Время остановилось. Он видел ее, и снова та дыра, что сосала из него энергетические ресурсы, обнажила свои края. Надрываются старые раны. Выходят на поверхность застарелые обиды. Он, он… Те чувства, что кружили его голову. Он ничего не забыл.

— Ты?.. Как ты?.. — Марк почувствовал, как земля уходит из-под ног. — Почему ты?..

— Я его мать, Марк, — женщина первая взяла себя в руки. — Имею право, знаешь ли.

Маргарита подхватила под руку Валентину, и обе женщины пошли прочь от свирепого взгляда мужчины.

— Отец, ты чем-то встревожен? — подколол его Роберт, а после полностью растворился в своей невесте.

Агриппина смотрела только перед собой. Любое движение давалось ей через силу. Еще никогда она так не волновалась. Горячая ладонь Роберта была единственной, на чем она старалась сфокусироваться. В ней говорила сама неизвестность.

— Для меня все по-настоящему, — проговорил ей в губы Роберт перед поцелуем.

Новоиспеченная Звонарёва прикрыла глаза. Она потянулась за лаской. Не обыгрывая для матери или для кого-то еще. Ее чувства тоже были… настоящими.