Елена Равинг – Свет – Тьма. Вечная сага. Часть 2 (страница 2)

А кого я, собственно, ожидала увидеть?

Давида?

Ивана?

Елиазара?

Старец не говорил мне, что нужно будет делать, во снах я ничего не видела, а экскурс в прошлое вообще оказался бесполезным. Я надеялась, что, попав сюда, всё пойму и вспомню, поскольку в прошлых жизнях являлась Воином и прошла через множество Битв, но я не помнила ничего. Лишь разум настойчиво твердил, что я была обычным человеком из обычного мира и должна находиться в обычной, а не в потусторонней реальности.

Похоже, меня снова бросили, позволив долго и мучительно самой искать себе пристанище…

Не имея других вариантов, я пошла в указанном направлении, надеясь найти то, что предполагал для меня Дух. Теперь все глаза были устремлены в мою сторону, однако в них читалась не почтительность и страх, а попытка найти поддержку, родственную душу или, в прямом смысле слова, родственника. И я слишком хорошо понимала подобные взгляды, как и чувства их обладателей. Люди вокруг также ощущали себя одинокими, брошенными и растерянными, также пытались осознать, чего хотел от них тёмный мир, и также искали подсказки и помощь у окружающих.

Однако я ничем не могла им помочь.

Как и они мне.

Время шло, но взгляды и палатки никак не заканчивались. В возможность встретить Ваню или Давида я совсем перестала верить – среди бесчисленного количества людей сделать это будет слишком сложно. А о Елиазаре вообще не задумывалась – по близости не виднелось ни единого светлого пятна одеяний Старцев. Видимо, высшие существа ещё не спустились в Ад, продолжая собирать людские души, и спустятся лишь тогда, когда собирать будет уже некого…

Вдруг что-то кольнуло сознание, заставив остановиться.

Появилось чувство неясной тревоги, словно я могла пропустить нечто важное, только вот что именно – ещё не поняла. А осмотревшись, ничего особенного не обнаружила. Обстановка ничем не отличалась от той, что была и час, и два, и три назад, и лишь одна девушка почему-то притягивала мой взгляд. Словно ребёнок, она сидела на корточках и увлечённо раскладывала на земле какие-то предметы. Девушка выглядела совсем юной, обладала миниатюрной фигурой, казавшейся скорее детской, нежели подростковой, и буквально тонула в складках серой рубахи, делавшей её почти неприметной на фоне такой же серой ткани шатра. И если бы не странное ощущение, я бы легко прошла мимо.

Но я остановилась.

Заметив моё присутствие, девушка вскинула настороженное лицо и быстро юркнула под полог палатки, прихватив с собой все разложенные предметы. Это действие заняло у неё не более секунды. Я даже не успела её как следует рассмотреть, а тем более понять, почему она меня заинтересовала, и запомнила лишь большие, широко распахнутые карие глаза, в которых светилось напряжение…

– Здравствуй, новый Воин!

– Ой!

Я буквально подпрыгнула от внезапного прикосновения, испугавшись сама и испугав светловолосую женщину, неожиданно подошедшую со спины. Сердце бешено заколотилось, но уже через секунду успокоилось, когда пришло осознание, что опасности незнакомка не представляет. А немного отдышавшись, я смогла сосредоточиться на ней и на причине, по которой она со мной заговорила, ведь больше никто не сказал мне ни слова.

На женщине красовалась та же серая рубаха, как и на скрывшейся в палатке девушке, как и на многих других. В уголках глаз и вокруг губ собрались мелкие лучики морщинок, выдавая возраст – около пятидесяти лет. А кожа светилась изнутри здоровьем и имела абсолютно белый цвет. Не серый, а именно белый, словно солнце ни разу в жизни её не касалось, а меланин просто не знал, что ему нужно вырабатываться.

Однако, несмотря на бледность, женщина не была альбиносом. Пшеничного цвета ресницы и брови вместе с бледно-голубыми глазами, которые излучали доброту и мягкость, как у монахини в каком-нибудь монастыре, дополняли её светлый облик. Незнакомка напоминала Ангела, спустившегося с небес, чтобы спасать заблудшие людские души, и тем труднее было представить, что вскоре она начнёт убивать…

– Не бойся, – женщина ласково улыбнулась, озарив своей улыбкой тьму вокруг, а потом нежно коснулась моей руки. – Ты среди светлых, тебе нечего бояться. Я – Эмили.

– Елизавета… Лиза, – запнувшись, представилась я.

Странно, но я её понимала, хотя даже не представляла, на каком языке она могла разговаривать. Судя по имени, русской женщина не являлась.

А на каком языке ответила я?

На русском?

Почему-то мне казалось, что нет.

– Там была девушка… – произнесла я, пытаясь уловить, какие издавала звуки. – Я её напугала.

– Это Мелания, – Эмили грустно вздохнула. – Будь с ней помягче, ей очень страшно… Пойдём.

И она потянула меня к шатру, в котором только что скрылась Мелания.

– Это ваша палатка? – я отстранилась, ощутив небольшую неловкость.

– И твоя тоже, – улыбнулась Эмили, снова завладев моей рукой. – Пойдём!

Ничего не понимая, я решила смириться и подчиниться, поскольку всё равно не представляла, куда мне дальше идти. Осторожно пригнувшись под низким пологом, вошла вслед за женщиной и в очередной раз удивилась, поскольку внутри шатёр оказался довольно просторным. Здесь могли с комфортом разместиться человек шесть, хотя я думала, что он рассчитан максимум на двоих. И стояли мы в полный рост – свод возвышался высоко над нашими головами, а снаружи я могла легко заглянуть на другую сторону, даже не вставая на носочки.

Внутреннее пространство заливал мягкий, тёплый свет, сильно рознившийся с липкой тьмой снаружи, вот только нигде не было видно ни свечей, ни ламп, ни фонарей, словно светился сам воздух. А оглядев себя, я не обнаружила тёмных пятен ни в складках одежды, ни в сжатой ладони, ни под ногами. Не отбрасывали тени и предметы интерьера, которых оказалось немного: на светло-золотистом, гладком полу в ряд лежали три тонких матраса с такими же тонкими серыми одеялами, а в стороне стоял большой металлический таз и высокий сосуд.

На крайней лежанке, под слегка провисшей матерчатой стенкой, сидела Мелания. Она забилась в дальний угол, обхватила колени руками и невидящим взглядом уставилась в точку перед собой, не замечая или не желая замечать никого и ничего вокруг. Девушка не собиралась убегать, потому теперь я могла нормально её рассмотреть. А заодно и попытаться понять, почему она привлекла моё внимание, фактически приведя в этот шатёр.

Мелания оказалась младше, чем я подумала вначале (наверное, даже не достигла совершеннолетия), и её миниатюрность вполне соответствовала столь юному возрасту. А ещё девушка была красива. Очень красива. Заплетённые в тугую косу чёрные волосы спускались до талии, округлое лицо обрамляли выбившиеся пряди, создававшие немного небрежный и романтичный образ, а над большими карими глазами изгибались густые брови. Девушка их не выщипывала, и это придавало ей какое-то естественное очарование. Скорее всего, Мелания являлась жительницей одной из восточных стран, уж очень бы ей подошло сари или наряд для танца живота. Однако представлять хрупкую красавицу с головы до ног скрытой от чужих глаз не хотелось…

– Мелания, это Лиза, – Эмили коснулась рукой моего плеча, словно кроме нас троих в палатке присутствовал кто-то ещё.

– Привет, – девочка бросила мимолётный взгляд и снова зарылась лицом в худенькие коленки.

Её голос оказался таким же тонким и юным, как и она сама. Но, вопреки ожиданиям, Мелания произнесла это просто тихо, а не угрюмо или враждебно – она больше боялась нас, нежели злилась или избегала.

– Привет, – мягко подхватила я, а затем добавила фразу, которую обычно люди произносят при знакомстве: – Рада познакомиться…

Но, даже не договорив, сама ощутила, насколько глупо и неуместно это прозвучало.

– Ага, – Мелания криво усмехнулась и уставилась перед собой, больше не обращая на нас внимания.

– Всё хорошо, – услышала я подбадривающий голос Эмили у себя за спиной. – Дай ей время привыкнуть, а пока подойди сюда…

Я послушно развернулась.

И враз позабыла про сжавшуюся в углу девочку, поскольку обнаружила Эмили возле подставок с металлическими латами, удивительно напоминавшими средневековые доспехи из моего сна. Они чарующе блестели и переливались, вот только выглядели слишком ненастоящими, словно в течение нескольких часов их усиленно полировали для съёмок псевдоисторического фильма. Некоторые щитки были абсолютно гладкими, а на некоторых ажурно переплетались сложные узоры, будто бы кельтские, и выдавленные наружу непонятным мне способом.

Заинтригованная, я подошла ближе, несмело тронула один из нагрудников… И поняла, что не могу понять, из какого металла он изготовлен. Да, он блестел и жёстко держал форму, но почему-то создавал впечатление гибкой и мягкой резины. Не чувствовалась и отполированная гладкость, хотя я могла видеть в блестящей поверхности своё отражение. Внешняя физическая форма доспехов совершенно не соответствовала тактильным ощущениям, словно я ела мороженое, которое издавало хруст сочного яблока, или гладила котёнка, шерсть которого напоминала наждачную бумагу…

Рядом с подставками лежали круглые щиты, по краям оформленные такими же замысловатыми орнаментами, и длинные мечи с украшенными рукоятями. Проведя пальцем по их узору, я испытала всё те же непонятные ощущения, а затем коснулась одного из мечей, желая убедиться, что хотя бы он являлся настоящим. И мои ожидания оправдались. Лезвие легко погрузилось в верхние слои кожи, разрезав их, как горячий нож масло, а на месте пореза тут же выступила небольшая алая капля…