Елена Рассыхаева – «Скелет в моём шкафу: инструкция по применению» (страница 2)

Мне всю ночь казалось, что кто-то ходит по комнате. Тихо так, шаркает. И вздыхает. И шкаф скрипит, хотя я его закрыла.

Но утром я решила, что это были просто нервы.

До того самого момента, когда я открыла глаза и увидела, что дверцы шкафа распахнуты настежь.

А на нижней полке, свесив костяные ноги наружу, сидит самый настоящий скелет и с интересом рассматривает мои разбросанные по комнате носки.

– Слушай, хозяйка, – скрипуче сказал скелет, поднимая череп и глядя на меня пустыми глазницами. – А почему у тебя все носки левые? Ты правые вообще покупаешь, или как?

Я завизжала.

Скелет вздрогнул, стукнулся черепом о верхнюю полку и обиженно добавил:

– Ну и крик у тебя. Прямо как у моей бабушки, когда она в бане пар потеряла. А ничего, что я тут вообще-сть триста лет живу? Между прочим, безобразие, людей будят ни свет ни заря.

Я перестала визжать. Села на кровати. Уставилась на него.

Скелет сидел на полке и тер ушибленный череп костяной рукой. Картинка была настолько абсурдной, что мозг отказался в это верить.

– Ты… ты кто? – выдавила я наконец.

– А сам не знаю, – честно признался скелет. – Память отшибло напрочь. Помню только, что звали меня, кажись, Эдмунд. И что убили меня подло. Триста лет назад. А тут ты со своим шкафом приперлась. Будить людей нехорошо, между прочим.

Я закрыла глаза. Открыла. Скелет никуда не делся. Более того, он взял мой носок (левый, конечно) и надел его себе на ступню.

– Тепло, – довольно сказал он. – У тебя ещё есть?

– Это… это мой носок! – возмутилась я.

– А это мой шкаф, – парировал скелет.

Я тяжело вздохнула и откинулась на подушку.

Ну вот. Дожилась. Ведьма-бытовик, специалист по перхоти, а теперь ещё и владелица шкафа с мертвым квартирантом.

Комендантша обещала подселить некромантку со змеями.

Ха!

Змеи – это фигня.

Попробовала бы она пожить со скелетом, который ворует носки и чихает по ночам.

Глава 1 Новоселье или Нахал в шкафу

– Значит, так, – я села на кровати, натянула одеяло до подбородка и уставилась на непрошеного гостя. – Давай по порядку. Ты – скелет.

– Обижаешь, – скелет (Эдмунд, кажется?) поправил надетый на костяную ступню носок. – Я не просто скелет. Я, между прочим, личность.

– Мертвая личность, – уточнила я.

– Ну да, есть небольшой недостаток, – он задумчиво почесал ребро. – Но в остальном я вполне себе ничего. Раньше, говорят, даже красавцем считался. Правда, не помню, кто говорил. И когда.

– А память, значит, отшибло?

– Напрочь, – скелет развел руками. – Помню только имя. Эдмунд. И что убили. Подло. Со спины. Или спереди. Не помню. Но подло – это точно.

Я потерла виски. Голова раскалывалась. Вчерашнее зелье с челюстью, видимо, давало о себе знать. Или просто реальность сошла с ума.

– Ладно, Эдмунд, – сказала я. – Допустим, ты существуешь. Допустим, ты триста лет живешь в этом шкафу. Вопрос: что ты собираешься делать дальше?

Скелет задумался. Склонил череп набок, отчего тот издал подозрительный скрип.

– А ты меня не выгонишь? – с надеждой спросил он.

– Вообще-то это моя комната. И шкаф теперь мой. Я за него заплатила.

– Но я в нём жил! – возмутился скелет. – Триста лет! У меня там всё обустроено. Полочки. Вешалки. Тайник в задней стенке.

– Тайник? – я навострила уши.

– Ну да. Пустой, конечно. Я проверял. Но вдруг пригодится?

Я задумалась. С одной стороны, скелет в шкафу – это не совсем то, о чем мечтаешь, когда снимаешь комнату в общаге. С другой стороны, комендантша реально хотела подселить ко мне некромантку с ее змеями. А змеи, как известно, имеют привычку выползать по ночам и греться под чужими одеялами.

– А ты… кусаешься? – осторожно спросила я.

– У меня зубов нет, – обиженно сказал скелет и указал на свою челюсть. – Видишь? Чисто. Только кость.

– А храпишь?

– Не знаю. Я не слышу. У меня же ушей нет.

Логично. Железно.

– А по ночам по комнате бродишь? Пугаешь?

– Ну, – скелет замялся. – Иногда. Когда луна светит. Привычка, знаешь ли. При жизни любил ночные прогулки.

Я тяжело вздохнула.

– Слушай, Эдмунд. Давай договоримся. Ты сидишь в шкафу. Не вылезаешь без спросу. Не гремишь костями по ночам. Не трогаешь мои вещи. И главное – если ко мне придут гости, ты делаешь вид, что ты просто… ну, учебное пособие. Для занятий по анатомии. Договорились?

– А гости – это кто? – подозрительно спросил скелет.

– Подруга, например. Или… ну, мало ли.

– Мужского пола? – оживился он.

– Тебе-то какая разница?

– Я же за тебя переживаю! Ты девушка молодая, неопытная. А мужики, они… – он задумался. – Не помню, какие они. Но явно коварные. Раз меня убили, значит, кто-то коварный был. Наверное, мужик.

– Или женщина, – предположила я.

Скелет замер. Потом медленно повернул череп в мою сторону.

– Женщина? – его голос (откуда у скелета голос, кстати?!) дрогнул. – Ты думаешь, меня могла убить женщина?

– Ну, всякое бывает.

– О боги, – он схватился за череп. – Я не помню! Это ужасно! Я не помню, кто меня лишил жизни! А вдруг это была любовь всей моей жизни? Вдруг она меня приревновала? Или я ей изменил? Или она узнала, что я…

– Что ты? – заинтересовалась я.

– Не помню! – взвыл скелет так душераздирающе, что у меня заложило уши.

– Тише ты! – зашипела я. – Соседи услышат! Потом объясняй им, почему у меня в комнате скелет голосит.

Эдмунд всхлипнул (костяно, сухо, но очень выразительно) и замолчал. Потом аккуратно слез с полки, подошел к окну и уставился на улицу пустыми глазницами.

– Красиво тут у вас, – грустно сказал он. – При мне таких домов не было. И машины эти… железные… на колёсах. Сами едут?

– Сами.

– Магия?

– Техника.