Елена Рахманина – Беги. Я тебя найду (страница 16)

А я поняла, что он от меня не отстанет, пока не выскажется. Я даже догадывалась, что он хочет мне сказать и зачем. Ему, как хорошему мальчику, нужно снять с себя бремя вины. Видит бог, мне не хотелось накладывать на него епитимию и избавлять от грехов.

Но, оглянувшись по залу, я уставилась на Тамерлана. Он был там с другими ребятами из нашей команды. Включая Нелли. Удивительно, что её уговорили посетить заведение для простых смертных. А не ресторан, отмеченный звездой Мишлен.

Перевела взгляд с него на Стаса, решив, что последний – худшее из двух зол.

– Ладно. Давай. Я голодная, не знаешь, где здесь можно поесть?

Стас засиял, как начищенный его матушкой медный таз.

– Да-да, конечно, тут есть заведения с неплохой едой. – Не решившись касаться меня, он, не отрывая от моего лица глаз, повёл вперёд.

И эти глаза метались по моему телу снизу вверх и обратно. Словно сканер в аэропорту.

Он завёл меня в небольшое кафе, уже полное народа. Отыскав столик у прохода, мы уселись в ожидании официанта. Столешница оказалась чем-то заляпанной и приправленной мелкими крошками, поэтому я сложила руки на бёдрах.

Есть уже не хотелось. Вид цветущего бывшего жениха испортил весь аппетит.

Официантка забрала заказ. Протёрла несвежей тряпочкой столик. Руки я оставила на бёдрах. И ощущала себя неимоверно несчастной.

– Я хотел извиниться. – Стас сидел, как школьник на уроке, забывший сделать домашнее задание. С лицом, полным горя и раскаяния.

Я натянула на лицо социально одобряемое выражение, молясь о том, чтобы эта пытка бизнес-ланчем поскорее подошла к концу. Час же не может длиться вечно, не так ли? Если только мы не в аду.

– Я понимаю, что мне нет прощения, Ника. Я струсил. Просто малодушно и жалко испугался. Хотя обязан был остаться с тобой и защитить. Тогда… понимаешь, все улики оказались против тебя. И этот малолетний выродок… он ведь действительно всё время ошивался рядом. А мне ума не хватило понять, что он тебя подставил.

– Хорошо, – осторожно произнесла, не понимая, как реагировать на его исповедь.

– Пойми меня, моя жизнь только начиналась…

…а моя заканчивалась, значит.

– Мать каждый день твердила, что я сломаю себе жизнь, если останусь с тобой. Вызывала скорые каждый раз, когда я собирался навестить тебя в СИЗО. Это всё, конечно, меня не оправдывает. Я должен был быть рядом. А я… тебя предал.

Внутри всё скрутилось в узел. Давило, саднило.

Положа руку на сердце, вправе ли я была требовать от него безграничной преданности?

Я просто рассчитывала на честный разговор. На его визит. Я бы поняла, если бы он лично признался в том, что отказывается от меня. Но он решил поступить иначе. И отправил ко мне мать. Которая, не стесняясь в выражениях, объяснила мне, кем меня считает. Извращенкой и шлюхой.

– Я ведь так и не смог построить семью, – тихо продолжил бывший жених, глядя на свои сцепленные в замок руки. – Пытался, но… всё не то. Зато работу хорошую нашёл. Пашу целыми днями, но вечером возвращаюсь в пустую квартиру. Мама умерла пять лет назад. Так и не увидев внуков.

– Мне жаль, – выразила ему искреннее соболезнование.

У меня хотя бы осталась бабушка.

Мой взгляд скользил по представителям офисного планктона, выбравшимся на обед.

Стас заметно расслабился.

– Если тебе когда-нибудь понадобится помощь. Любая. Ты можешь обратиться ко мне. – Он протянул мне картонную бумажку с золотой гравировкой.

«Станислав Леонидович Волков.

Коммерческий директор “Азиатские Системы”».

Вернув на него взгляд, я поняла, что всё это время он непрерывно смотрел на меня. И к еде не притронулся. В его глазах плескалась такая неприкрытая тоска, что мне стало не по себе.

Стас потянулся через стол, словно намеревался коснуться моей руки. И в этот момент меня объял настоящий ужас. Должно быть, он прочёл его в выражении моих глаз и отдёрнул руку.

Я выдохнула.

– А ты как поживаешь? – Он вновь опустил глаза. – Представляю, насколько сложной была твоя жизнь. Когда я узнал, что с тебя сняли все обвинения, хотел связаться. Но никто не знал, где вы с бабушкой.

– Тогда мне действительно не хотелось иметь дело со своим прошлым. – Я прикусила губу, надеясь на то, что он не захочет продолжать эту тему.

– Понимаю. Как бы там ни было, ты выглядишь чудесно. И, видимо, тоже работаешь в «Сити»? – Его взгляд стал пытливым.

Он явно пытался сообразить, как бывшая заключённая и скромная школьная учительница оказалась среди белых воротничков и стеклянных небоскрёбов «Сити». Рассказывать, как получала новое образование и пыталась выжить, – не хотелось. И совсем не уверена, что хочу каждый день встречаться со своим бывшим.

– Да, вроде того.

– Скажи, у тебя есть кто-то? Может быть, у меня есть второй шанс.

Я заметила, как его глаза буквально загорелись.

Боже. Нет. Спасибо.

Я судорожно попыталась придумать ложь, которая всё ещё давалась мне с огромным трудом. Сложно перестроиться и научиться новым привычкам, когда всю жизнь тебя учили быть правильной и хорошей девочкой.

– Кое-кто есть, – раздалось из-за моего плеча.

Я ошарашенно обернулась, уже зная, кого увижу за спиной.

Глава 14

Тамерлан

Мне захотелось провалиться сквозь землю.

О том, куда потекла фантазия Стаса, догадаться было несложно. Я с трудом удержала себя от желания закричать: «Это не то, что ты подумал». Как жена, застигнутая в супружеской постели верхом на любовнике.

В то время как сам Ямадаев, будь он неладен, стоял с постной миной за моей спиной, давя своим ростом.

– Это… это...

Боже, я даже не представляла, что сказать.

«Это тот самый выродок, который в школе мне прохода не давал. Теперь он мой шеф. Но я всё равно его не домогалась».

Зачем-то встала из-за стола, сверля Тамерлана злым взглядом. Какого хрена он вообще к нам подошёл?

– Нам пора, Ника. – Тамерлан поднял руку с «Ролексами» (или какие ещё дорогие часы носят богачи?), демонстрируя мне, что время обеда подошло к концу.

У меня возникла мысль остаться со Стасом. Объяснить ему всё. Но потом… я задумалась: а зачем? Один раз он уже подозревал меня в нечистоплотности, в предательстве. Теперь пусть сам с этим разбирается.

– Пока, Стас. – Я подарила ему кислую улыбку, мчась вон из кафе на энергии из злости и упрямства, ощущая, что за мной следует мой шеф.

– Какого хера ты вообще ко мне подошёл? – Я остановилась посреди косяка снующих в разные стороны людей, буквально задыхаясь от ярости. – У меня законное обеденное время.

Я вдалбливала ему в лоб каждое слово. Чувствуя себя при этом огнедышащим драконом. Только вместо огня с моего языка вылетали раздражение и колючие слова.

Боже, ненависть к нему просто не умещалась в рамках моего тела. Она пульсировала во мне, фоня сквозь кожу тёмной аурой.

– Не кипятись так, Кравцова. Помни, что я твой начальник. – Тамерлан скрестил руки на груди, наклоняясь ко моему лицу. Будто иначе, из-за исполинского роста, звук его голоса просто потеряется под сводами потолков в «Сити».

– Ты до сих пор помешан на мне, в этом дело? Не смог избавиться от своей гиперфиксации, настигшей тебя в шестнадцать лет? – Я приподнимаюсь на носки кроссовок, шипя в ответ. И сокрушаясь из-за того, насколько сильно уступаю ему в росте.

Вглядываюсь в высокомерное, идеально вылепленное кем-то, кто очень хотел насолить мне этими острыми, скульптурными чертами, лицо. Злясь из-за того, что проходящие девушки буквально млеют от Тамерлана. Задерживая на нём взгляд.

Хочется топнуть ногой и закричать: «Не ведитесь! Внешность – это ещё не всё. Он пустой, мстительный ублюдок».

– Ты очень высокого о себе мнения для такой мышки, как ты. – Он ухмыляется, сверкая глазами.

С силой сжимаю челюсть.

Мышка? С каких это пор?

– Тогда зачем ты помешал моему обеду? – мой голос перешёл с шипения на рык. Я буквально ощущала зарождающуюся в груди вибрацию, которая проходила через всё тело.