Елена Попова – С любовью, падчерица (страница 2)

― Неправда! ― возразила я. ― Ты хотела как лучше для вас с этим… как его… Марком! А на меня ты плевать хотела! ― выкрикнула я, выходя из машины. ― Ты же знала, как я мечтала о собственной квартире, знала! Но все равно решила угодить своему любовничку? Кла-а-а-сс… ― помотала головой я, забирая у нее мой чемодан. ― Просто СУПЕР! ― крикнула я так громко, что в лесу отскочило эхом.

― Прежде чем распугивать птиц своим ором, лучше выдохни, войди в дом, поднимись в свою комнату и взгляни, какой вид открывается из твоего окна. ― Мама закрыла багажник и обиженно взглянула на меня.

― Я надеялась, ты будешь рада. Я долго готовила этот сюрприз. Выбрала тебе комнату, самую отдаленную в доме, потому что знаю, что ты любишь слушать музыку и приводить друзей. Развлекайся, дом огромный, тебе никто не будет мешать. Да мы попросту можем не видеться целыми днями, если тебе так будет угодно! ― прикрикнула она. ― Взгляни вокруг: огромная территория, чистый воздух, кругом поля, ни единой души. У тебя прямо под окнами Байкал, Ева. Разве ты могла бы мечтать о таком, живя в городе?

Мне так много хотелось еще сказать, но я подавила в себе очередной порыв истерики. А вот успокоиться я точно не смогу. Ни сегодня, ни завтра, никогда.

Вместо отдельного жилья в городе я заселяюсь в дом матери, да еще и нового отчима!

Нет слов…

Мне срочно нужно было пройтись, чтобы не наговорить ей кучу гадостей. Я закатила чемодан в дом, бросила на пол сумку, развернулась и… от страха в низ живота упал булыжник. В дверном проеме, злобно рыча и глядя на меня как на добычу, стоял здоровенный ротвейлер.

― Шерхан! ― мама похлопала по ноге, но тот не сдвинулся с места. ― Не бойся, он не трогает тех, кто пришел в дом с хозяином. Шер, ко мне! Ко мне, мой мальчик!

Он будто бы не слышал ее. Подошел ко мне, обнюхал и, развернувшись, вышел на улицу.

Я выдохнула и приложила руку к сердцу.

― Ты же жила с собакой в Америке. Что так испугалась? Думаю, найдешь с ним общий язык, ― выкладывая на стол продукты, сказала мама.

― Еще сюрпризы сегодня будут? Нет? Ну, тогда я прогуляюсь, пожалуй. Осмотрю окрестности, ― сдержанно проговорила я и, выйдя во двор, направилась к воротам, озираясь на собаку, которая сидела на крыльце, провожая меня сердитым взглядом.

― Еще один сюрприз будет вечером, ― выкрикнула мне вслед мама. ― Уверена, он тебе точно понравится.

― Уже боюсь! ― не оборачиваясь, сказала я и вышла за ворота.

Глава 2

Утирая слезы, я шагала вниз по тропинке и пыталась справиться с нахлынувшими эмоциями. Честно думала, что мама изменилась за эти четыре года. Но нет. Я снова ошиблась в ней. Она, как и раньше, ставила свои интересы на первый план и нисколечко не думала о том, чего бы хотелось мне.

Она родила меня в семнадцать. Сколько я себя помнила, ее всегда заботила только ее личная жизнь. Она могла гулять всю ночь, оставив меня одну в квартире, а потом отсыпаться полдня и обсуждать по телефону с подружками, как здорово они повеселились в клубе.

Папа часто ездил по командировкам, поэтому я большую часть жизни так и жила с мамой, постоянно откуда-то ее дожидаясь. Когда мне стукнуло тринадцать, папу перевели по работе в Америку. Мама ни в какую не захотела поехать с ним, и на этой почве разразился большой семейный скандал, который кончился тем, что они получили на руки свидетельства о разводе.

И моя жизнь покатилась прямиком в преисподнюю…

Мама как с цепи сорвалась после развода, стала невыносимой. Я считала дни до окончания школы и мечтала скорее свалить к отцу.

И теперь, когда мне двадцать, я должна снова жить с ней под одной крышей?

Я пнула кроссовкой камень, он угодил в стену магазина. И я подумала, что неплохо было бы зайти в него и купить воды.

Взяв из холодильника бутылку минералки, подошла на кассу, вытащила из кармана пять баксов и положила в монетницу.

― Доллары? ― нахмурилась продавец. ― Простите, но… мы принимаем только рубли.

― О, черт… ― шепнула я, опомнившись, что живу в России. ― Может, вы обменяете их потом? Здесь же наверняка есть банк или купюрообменник?

― Увы, ― пожала плечами несговорчивая барышня. ― Банки только в городе. А я там практически не бываю. ― Она взглянула за мои плечи и доброжелательно улыбнулась следующему покупателю.

Я забрала баксы, сунула в карман, развернулась и… врезалась в широкую грудь, обтянутую белой рубашкой.

А потом подняла голову и замерла.

Красивый высокий широкоплечий брюнет улыбнулся мне, достал из бумажника купюру и бросил на стол.

― Пробейте девушке воду, ― сказал он.

Я развернулась, взяла бутылку и отошла на шаг в сторону, чтобы пропустить незнакомца к кассе.

Нужно было что-то сказать, но я растерялась — так пристально он на меня смотрел. И пока мое лицо от смущения не стало красным, быстро бросила: «Спасибо, что не дали умереть от жажды» — и вынырнула из магазина.

У судьбы отличное чувство юмора: она подослала ко мне просто офигительного красавца, когда я выглядела как кикимора, с грязными волосами и помятым лицом.

Да еще и богатого. Я взглянула на черный блестящий кроссовер, стоявший возле супермаркета. К гадалке не ходи ― машина была точно его. В магазине, кроме нас, из покупателей никого не было, а та «милая» дамочка, что напрочь отказалась принимать доллары, вряд ли приехала на такой дорогой тачке.

Отойдя от магазина на несколько метров, услышала, как за спиной хлопнула дверца, затем послышался звук мотора. Ведомая любопытством, я обернулась, чтобы посмотреть, в какую сторону он поедет и… запнулась об булыжник. И полетела на землю.

Прямо возле моего лица вытекала на траву вода из моей бутылки, через секунду послышался звук сминающегося под колесами гравия, и рядом остановилась машина. Я услышала звук опускающегося стекла.

― Все в порядке? ― тревожно спросил знакомый голос.

Я быстро вскочила на ноги, отряхнулась и, поднимая с земли бутылку, заметила кровь, сочившуюся из грязной коленки.

Я выставила большой палец, показав ему «класс», и, вылив остатки воды на рану, сморщилась от неприятного пощипывания.

Мужчина вышел из машины, открыл багажник, достал оттуда аптечку, открыл пассажирскую дверь и приглашающе кивнул мне на сиденье.

― Сядь, я обработаю рану. Не бойся, ― улыбнулся он. ― Я не кусаюсь.

Я попрыгала к нему на одной ноге, он, аккуратно придерживая меня за локоть, усадил внутрь и присел на корточки, обдав меня приятным ароматом одеколона.

Обмокнув ватку в перекись водорода, он прижал ее к ране и поднял на меня взгляд.

― Не больно?

― Терпимо, ― слегка улыбнулась я, зачарованно глядя в его глаза, которые на солнце были янтарного цвета.

― Тебе в какую сторону? ― спросил мой спаситель, убирая в чемоданчик бутылочку и вату.

― Вон в тот дом, на возвышенности, ― указала взглядом я.

Он обернулся, взглянул вдаль и задумчиво почесал подбородок.

― Нам по пути, я подброшу.

Я даже не успела возразить. Хотя… тот, кто спас меня от жажды и внезапно «похитил», оказался слишком хорош, чтобы я посмела отказать ему. Ослепительно белая рубашка с расстегнутой верхней пуговицей оттеняла его загорелую кожу и классно подчеркивала крепкое тело. Аккуратная бородка, глаза красивые, хищные, на вид ему было лет тридцать пять.

― Недавно в этих краях? ― тронувшись с места, он скользнул по мне взглядом. ― Не видел тебя здесь раньше.

― Сегодня приехала. Думаю, надолго не задержусь.

― Из-за того, что в здешних магазинах не принимают доллары? ― щурясь от солнца, улыбнулся он.

― В том числе, ― кивнула я.

― Раз твои карманы набиты долларами, значит, только что вернулась из отпуска? Где отдыхала, если не секрет?

― В Америке. Я жила там четыре года.

― Вау! ― воскликнул он и на хорошем английском сказал, что тоже жил там несколько лет.

На этой общей теме у нас завязался разговор, и пока мы ехали по дороге через лес, выясняли друг у друга, в каком штате жили и чем занимались в Америке.

— Значит, ты поехал туда с группой дайверов и остался аж на три года?

― Да, ― пожал он плечами. ― Мне нравилось жить у океана.

― Поэтому вернулся в Россию и перебрался поближе к Байкалу? ― Я повернулась к окну и устремила взгляд на водную гладь бескрайнего озера, залитую вечерним солнцем.

― Что-то вроде того, ― ответил он. ― А ты почему вернулась в Россию?

― Учеба закончилась, отца перевели по работе в Сидней, вот и приехала, ― глубоко вздохнула я.

― Хм… Что-то невесело ты говоришь о своем приезде.

― Могу станцевать, разбросав руки от груди, если хочешь, ― вяло посмеялась я.