Елена Попова – С любовью, падчерица (страница 4)
Как только Марк вышел из комнаты, я закрыла за ним дверь и, присев на кровать, запустила пальцы в волосы.
― Нельзя так, Ева, нельзя… ― шепнула я. ― Марк ― мужчина твоей мамы. Он для тебя запрет!
Но избавиться от его пристального взгляда и мыслей о том, насколько он хорош, у меня так и не получилось.
Я думала о нем, когда распаковывала чемодан, когда ставила книги на книжную полочку, когда заполняла ящики комода мелочевкой, когда расставляла косметику на туалетном столике.
И в душе тоже думала о нем. Думала и завидовала маме, что она так просто может взять и прикоснуться к нему, поцеловать, потрогать его волосы.
«Такой мужчина… Бог ты мой… Ей достался такой мужчина…» ― стоя под душем, думала я. А потом еще о кое-чем подумала. И в тот момент мне было нисколечко не стыдно. Опасная смесь чувств накрыла меня с головой, и я застряла в душе еще на несколько минут ― до тех пор, пока внизу живота не развязался тугой узел, и по всему телу не прокатилась приятная волна.
Я вышла из душевой кабинки, протерла рукой запотевшее зеркало, и в нем отразились мои стыдливые глаза. Если бы мама только знала о том, что я только что представляла в душе, она бы сама лично взяла кредит, купила мне квартиру и как можно скорее выставила меня за порог этого дома.
― Господи, избавь меня от этого наваждения, ― опираясь обеими руками о раковину, сказала я.
Что произошло со мной с того момента, как я встретила Марка? Проснулись гормоны, которые легли в спячку полтора года назад? Ведь примерно столько времени я не была с мужчиной…
Я слишком долго отходила от болезненного расставания с моим американским бойфрендом Стивом. Он тоже был гораздо старше меня. Умный, мудрый, чересчур рассудительный, не бросал слов на ветер, что было присуще моим сверстникам, не отмачивал тупые шуточки, всегда мог дать дельный совет. Мне было интересно слушать, как он рассуждал о жизни, наблюдать, насколько легко он выходил из трудных ситуаций. И мог с легкостью превратить все мои переживания в горстку пепла.
А потом, как оказалось, он мог и изменить мне с такой же легкостью…
Я умыла лицо холодной водой, надела свой любимый шелковый халат, вышла из ванной и пошагала в свою комнату.
― С легким паром! ― послышалось за спиной.
Я обернулась и едва не выронила из руки тюбик с кремом.
Марк стоял передо мной уже переодетым в серые спортивные штаны и черную футболку. И моя челюсть, кажется, отвисла до пола, когда я увидела мрачные татуировки, которыми были покрыты его руки.
Офисный клерк, которым он казался прежде, растворился в теле брутального, опасного и безумного красивого мужчины.
― Поторопись, все уже готово к сюрпризу, ― подмигнул он, задержал взгляд на моих ногах и, развернувшись, пошел к лестнице.
«А теперь снова попробуй избавиться от пошлых мыслей, Ева…» ― подумала я, не в силах отвести взгляд от его спины.
Глава 4
Я собиралась в своей комнате, все еще оставаясь в неведении, что же за сюрприз устроили для меня мама с Марком?
Подсушила волосы, надела легкий сарафан светло-голубого цвета и вышла из комнаты. Дойдя до конца коридора, услышала голоса, смех, доносившийся с первого этажа.
«У нас гости?» ― предположила я.
А когда, спускаясь по лестнице, обратила внимание на окно, убедилась в своих догадках: у ворот виднелось несколько машин.
― Как только Ева войдет, по моей команде запускаем, ― послышался с кухни тихий голос мамы.
Я улыбнулась, в предвкушении сюрприза, робко шагнула в кухню и, увидев своих школьных подруг, округлила глаза до размера монет.
― Три-четыре! ― крикнула мама и из рук девчонок взмыли под потолок воздушные шары, и дом взорвался громким криком «Ура-а-а!». В следующую секунду меня бросились обнимать подруги, повзрослевшие, изменившиеся до неузнаваемости и трепещущие от счастья.
― Ева-а… ― выпустив меня из объятий, протянула Света. ― Какая ты красотка стала!
― Тетя Алла, вы с ней как две сестры, ― воскликнула Лилька и прижалась ко мне всем телом. ― У-и-и, как я по тебе соскучилась, малышка! ― пропищала подруга.
Приветственные объятия, разглядывания друг друга и радостные возгласы затянулись на несколько минут.
Сразу после этого я отправилась показывать девочкам дом, который сама еще толком не успела исследовать.
«Вот это д-а-а…. Такой домина шикарный!»
«Наверное, стоит кучу денег!»
«Это твоя комната? Вау! Какой обалденный вид на озеро!»
«Все, теперь будем знать, к кому ездить тусить!»
Говорили они, перебивая друг друга.
― Ну вот, а ты переживала, что сюда не будут ездить твои друзья, ― шепнула на ухо мама.
― Забираю свои слова обратно, ― виновато ответила я и обняла ее. ― Мамуль, спасибо тебе за этот сюрприз. Неожиданно и безумно приятно, правда, ― я отодвинулась от нее и заглянула в глаза. ― Прости за то, что наговорила тебе сегодня.
― Сошлемся на твою усталость, ― мама потрепала меня по голове. ― Надеюсь, что тебе больше не захочется сбежать отсюда и жить отдельно, ― улыбнулась она, взяв меня под руку, и мы вышли во двор, следом за девочками.
― Думаю, я все же задержусь здесь, ― подмигнула ей я.
Шелковые занавески беседки надувались от ветра словно паруса. Внутри стоял стол с кучей закусок, из огромной колонки играла музыка, над беседкой горела гирлянда с разноцветными лампочками.
Девчонки рассаживались на свободные места, мы с мамой хлопотали вокруг них, спрашивая, кому что положить в тарелки, Марк, пританцовывая, снимал с мангала стейки, Шерхан носился по двору со своей костью, распугивая местных лягушек, ― атмосфера была просто обалденной!
И надо заметить, что теперь я совсем забыла про утомительный перелет и желание как можно скорее пристроить голову на подушку.
― Евушка, будь так добра, принеси еще приборы, ― попросила мама.
Я быстро сбегала в дом, взяла со стола ножи и вилки, завернутые в салфетку, вернулась обратно и заметила, что для меня оставили место рядом с Лилькой и… Марком. А мама села рядом с ним с другой стороны.
Когда все расселись, мама задвинула трогательную речь о моем возвращении, и-и-и понеслись тосты со всех сторон. Я была гвоздем программы сегодня, столько внимания, столько теплых слов и воспоминаний о школьном времени звучало в мой адрес, и это было настолько трогательно, что я даже пару раз прослезилась.
Признаться честно, я думала, что про меня все забыли давным-давно, и по приезду сюда мне придется потратить уйму времени, на то, чтобы наладить связи с друзьями. Но все оказалось иначе. Мы общались так, словно не виделись пару недель, а не долгих четыре года.
Девчонки то и дело поглядывали на Марка, Лилька с Верой шептались, глядя то на него, то на маму. Я уверена, они думали о том же, о чем и я, когда узнала, что он мой отчим: «какого мужчину она себе отхватила. Боже мой, какой мужчина, ох!» ― клянусь, я сумела прочитать это в их завороженных взглядах, обращенных к Марку.
Мама нахваливала рыбу в сливочном соусе, привезенную из дорогущего рыбного ресторана, а девочки ― стейки, приготовленные Марком. Причмокивали, говорили, как вкусно он замариновал мясо. Лилька даже попросила рецепт, хотя буквально пару минут назад призналась, что ненавидит готовить и в случае торжества точно так же, как и мама, предпочитает взваливать готовку на поваров в ресторанах.
В общем, каждая из моих подруг хотела отхватить кусочек его внимания.
В какой-то момент Марк поднялся со стула, взял бутерброд с икрой, сел на место, и его нога соприкоснулась с моей. Я не двинулась, он ― тоже, хоть и места было предостаточно.
Внизу живота приятно затрепетало, сердце застучало быстрее, от волнения я зачем-то положила в свою тарелку два разных салата. Марк, заметив это, повернул голову к плечу и, взглянув на меня, едва заметно улыбнулся.
«О, боже… кажется мы оба где-то похерили свою совесть…» ― простонала про себя я, поймав себя на мысли, что Марк способен завести меня одним лишь взглядом.
― Эх, надо будет как-нибудь наведаться сюда с ночевкой, ― отпивая безалкогольный мохито, подмигнула мне Вера. ― И тогда мы оторвемся тут как следует, да, девчонки?
― Согласна. Сюда на такси дороговато, а на автобусе вообще не варик. Так что, Миронова, зови с ночевкой и запасайся вином! ― посмеялась Света.
Все гости приехали на машинах, поэтому на столе были исключительно безалкогольные коктейли, которые стремительно заканчивались.
― Ев, поможешь мне с мохито? ― улыбнулась мама и, выйдя из-за стола, пританцовывая, направилась к дому.
― Ты вроде не за рулем, могла бы позволить себе вино? ― войдя в кухню, сказала я.
― Увы, но мне нельзя… ― вздохнула мама, выжимая в графин сок лайма. ― Мне скоро на работу.
Я резко повернулась к ней и захлопала глазами.
― В смысле на работу? Вечером?
― Я вернулась на радио, ― как ни в чем не бывало сказала она.
― Подожди-подожди… Как это вернулась? Ты же работала в компании Марка! Или… я опять чего-то о тебе не знаю? ― прищурилась я.
― Работала, когда у меня была необходимость в деньгах. А с тех пор, как мы с ним начали встречаться, эта необходимость отпала сама собой, ― пожала плечами мама. ― И я снова вернулась к любимому делу. Ты же помнишь, как я любила эфиры, ночные разговоры с радиослушателями, ставить хорошую музыку для тех, кто не спит, м-м-м… ― блаженно простонала мама. ― Я поняла, что не могу жить без этого.