Елена Помазуева – Единою судьбой. Плата за свободу (страница 5)

Соним

Красное лицо магистрата и негодующее выражение глаз после ухода возмутительницы спокойствия не сулило ничего хорошего. Илар и второй претендент, подающий документы на участие в военном экзамене на должность стражника, молчаливо ожидали своей участи. За дверью слышались голоса, звуки шагов, а в кабинете начальства повисла тишина, нарушать которую никто не торопился.

- Наглая девка, - спустя продолжительное время первым произнес второй претендент, желая подольститься к магистрату.

Ему достался тяжелый взгляд мужчины.

- Почему бы вам не взять ее на должность стражника? – спокойно спросил Илар.

Темный взгляд должен был превратить наглеца в дым, но Соним не смутился.

- Насколько я понял, госпожа занимается частным розыском и иногда помогает магистратуре. Почему бы не взять ее на постоянную работу и приучить к дисциплине?

Неожиданно слова Илара упали благотворными каплями на иссушенную возмущением душу.

- Стражником? – сипло переспросил магистрат.

- Верно, - подтвердил Соним. – Госпожа разбирается в законах, умеет постоять за себя, способна к розыску. Занимаясь частным сыском, она предана заказчикам. Ее способности отлично подходят для королевской службы.

Второй претендент с ужасом смотрел на Сонима, словно чертоги богов распахнулись перед ним и раздался судный глас.

Магистрат какое-то время сидел, осознавая озвученное предложение, потом вспомнил, где и по какому делу находятся двое молодых мужчин. Он строго нахмурился, возвращая облику значимость, и взял в руки документы, удостоверяющие личности соискателей.

- Илар Соним, год назад прибыл в столицу из Иратона. Что послужило причиной? – магистрат внимательно посмотрел на собеседника.

- Моя мать – Глава купеческой гильдии. Она решила лично развивать торговлю в Аргале, - ответил будничным тоном Илар.

- Огромное здание с вывеской «Торговый дом Соним» на площади принадлежит вам? – от удивления брови магистрата поползли вверх.

- Нет. Оно принадлежит моей матери, - поправил его Илар.

- Но почему вы решили стать стражником, если семейное дело процветает? – недоуменно покачал головой господин Муним.

- Разве стоять за прилавком мужское занятие, если есть сила и способности к военному делу? – вопросом на вопрос отозвался Соним.

- Кхм, - несогласно кашлянул второй кандидат.

По его глазам было заметно, что он не пошел бы на государственную службу, если денег хватает на безбедную жизнь. Судя по количеству покупателей в торговом доме, доход должен быть солидным. Строили здание в четыре этажа почти год. Материалы завозили лучшего качества, рабочим платили справедливо и в срок. Горожане охотно обсуждали иноземцев, прибывших из дальних краев. За небольшой срок они смогли развернуть широкую сеть торговли по всему Агралу. Потому увидеть среди желающих предложить свой меч королевской страже наследника огромного состояния было удивительно!

Магистрат, впервые прочитав откуда прибыл претендент, хотел отклонить прошение, посчитав Сонима шпионом. Но, узнав о его положении, крепко задумался. Если бы молодой человек пытался пристроиться у государственного чиновника или в королевский дворец, то сомнения укрепились, но рядовой стражник малоперспективная должность. За годы службы можно продвинуться разве что до звания магистрата, если повезет, конечно. В основном молодое поколение старалось найти более перспективный путь. В магистратуре приходилось заниматься расследованием дел, далеких от политики. Сюда приходили те, кто не мог найти связей для солидной должности.

Немного сомнительно выглядело желание наследника из богатой семьи служить рядовым в рутинной работе, но за шпиона его точно не примешь.

- Я принял ваши прошения, - определился господин Муним, - Проходите на тренировочное поле. Покажите свои умения и тогда будет принято решение.

Магистрат с интересом наблюдал за наследником торгового дома, как тот проходил в каждом туре одним из лучших, и вспоминал сделанное Сонимом предложение – взять на службу Дайон Вистам. Девчонка, конечно, дерзкая, но сообразительная. Ей поручались задания, с которыми мужчины не могли справиться. Услуги оплачивались из государственной казны, так почему бы не попробовать ввести ее в ряды стражников? Разумеется, до сего дня никто и никогда не принимал на работу женщин, но все бывает в первый раз.

Господин Муним решил положиться на судьбу и загадал, если Илар Соним попадет в десятку пять раз подряд, то Дайон Вистам будет стражницей и напарницей того, кто ее порекомендовал. Вспомнив старый армейский закон: «Инициатива имеет своего инициатора», магистрат усмехнулся.

Илар Соним неспешно одну за другой вонзал стрелы в центр круга. После пятого выстрела ни у кого не оставалось сомнений, кто стал победителем в последнем туре.

- Награда ожидает своего героя, - окончательно развеселился господин Муним и покинул тренировочное поле в хорошем настроении.

Глава 3

Дайон

Вечером я праздновала окончание трудного дела. Госпожа Арым, получив письменное уведомление от судьи, поспешила вернуться в родной город, где ее ожидали дети и родители. Я старалась с пользой провести время.

Знаменитая таверна на одной из центральных улиц славилась своей кухней. К тому же по вечерам на сцене давались представления. Найти свободное место в часы выступлений удавалось с трудом. Мне повезло. Освободился небольшой столик почти в дальнем углу от сцены, и я устроилась с заказанными ребрышками в кисло-сладком соусе. Обычно предпочитала не шиковать, но сегодня мне удалось не только найти преступника, но и доказать его виновность, а значит, двойной праздник.

В воздухе огромного зала с высоким потолком витал аромат праздника. Пряные запахи дразнили обоняние, а музыканты, настраивающие инструменты, готовились к представлению. Я сидела, как на иголках в ожидании начала. Говорили, будто труппа состоит из нескольких танцовщиц, одна краше другой. Кроме привлекательной внешности, они обладали талантом, что притягивало в таверну любителей искусства.

Музыкальные инструменты на мгновение замолчали, привлекая внимание публики. Первые аккорды мелодии прозвучали протяжно и призывно, словно пытались разгорячить интерес. Свет над сценой вспыхнул яркими магическими огнями, освещая полукруглое пространство. Женщины в похожих красных нарядах грациозно выплыли на сцену. Их длинные юбки касались пола, но тончайшая ткань не сковывала движения.

Когда они начали двигаться под переливчатую музыку, публика взорвалась овациями. Я не стала исключением. Бросила в тарелку косточку, захлопала в ладоши, что есть сил. Многие вскочили со своих мест, не желая пропустить детали представления. Я подпрыгивала на месте, но из-за удаленности столика от сцены, не могла толком рассмотреть. Желая насладиться мастерством танцовщиц, поспешила вперед, оставив недоеденный ужин. Когда расплачивалась, решила все съесть до последней крошки, но любопытство погнало меня вперед.

Девушки отличались стройностью. Они словно яркие бабочки порхали на небольшом возвышении. Взмахи руками в такт музыки завораживали, от высоких прыжков взлетали подолы юбок, приоткрывая стройные ноги, скромно спрятанные под театральными панталонами.

Их танец отличался от кривляний уличных артистов. Перед зрителями разворачивалось действо, напоминающее сказку. Вспышки магических сфер, рассыпающих искры на девушек, полыхающий настил под ногами, обутыми в вышитые туфельки с невысоким каблучком, создавали потрясающую иллюзию, от которой невозможно оторваться.

Засмотревшись и слегка приоткрыв рот от восхищения, я пробиралась вперед, если чья-либо спина загораживала обзор. К концу танца я оказалась прямо перед сценой, стиснув руки у груди, переполняемая испытываемыми эмоциями.

- Красивый танец, - услышала мужской голос, потонувший в громких аплодисментах.

Абсолютно согласна! Ничего прекраснее не видела!

- И все равно им не сравниться с Асоль, - закончил фразу мужчина.

Недовольно обернулась. Как можно говорить подобное! Девушки танцевали великолепно, подарив восторг моей душе.

- Асоль? – кто-то переспросил, когда музыка закончилась, позволив зрителям выплеснуть эмоции, и вновь началось представление.

- Давно это было. Асоль блистала здесь … даже не помню, - мужчина замолчал, а я подошла поближе, ожидая продолжения. – Наверное, лет двадцать-двадцать пять прошло.

Сердито взглянула на мужчину с благородной сединой на висках. Вспоминая молодость, наверняка ощущает себя моложе. Всем известно, что у стариков и солнце ярче светило и вода была мокрее, и девушки лучше танцевали.

- Действительно давно, - согласился с ним собеседник, сидевший ко мне спиной, но по голосу показался более юным. – Неужели вы помните подробности, кто и когда танцевал?

Вот-вот! Правильный вопрос. Мог и приврать для красного словца.

- Асоль невозможно забыть, - взгляд возрастного собеседника стал задумчиво-мечтательным. – Она покоряла красотой, умом и талантом.

- Танцевать-то хоть умела? – не выдержав, спросила скептически.

- Асоль не просто танцевала, она творила во время танца, - добродушно отозвался мужчина. – Ей подвластна была не только музыка, но и краски. Каждым взмахом руки она наносила мазок на полотно, создавая шедевр. Асоль соединяла музыку, танец и живопись. Казалось, она уносилась в другой мир, где черпала вдохновение. Ее стиль ни с кем не спутаешь, а картины ценились настолько же высоко, как и красота.