Елена Павлова – Я хочу большего (страница 26)
– Я ведь не просто так у вас обо всём этом спрашиваю, – Хигир расслабленно откинулся на спинку кресла, держа руки на подлокотниках. – Я тут к вам уже успел присмотреться, поговорил с Изотовой и понял, что вы действительно имеете полное право именно претендовать на красный диплом.
При слове «претендовать» он слегка ухмыльнулся и бросил выразительный взгляд на Лену.
– Я ведь тогда понял, что вы помогли одногруппникам написать проверочный тест, а сами попросту не успели. Так?
Лена с раскаянием кивнула головой.
– Не надо помогать другим, думайте только о себе. Пусть этот случай станет вам уроком, – нравоучительно произнёс Хигир.
– А как же не помогать? – возразила девушка. – Я не хочу, чтобы меня считали высокомерной заучкой.
– Хм, а разве так не считают?
– Нет, меня уважают, – парировала девушка.
– Уважают? – он тихо засмеялся.
После небольшой паузы он продолжил беседу.
– Откуда вы? Не из Москвы ведь?
– Нет, я из Ярославля.
Лена почувствовала насмешку со стороны Хигира.
– Ладно, научитесь ещё жить. Мы немного отвлеклись от главного. Я хочу, чтобы вы писали у меня дипломную работу. Как вы, согласны?
Глаза Лены расширились, она громко сглотнула слюну от неожиданного предложения.
– Вы серьёзно? – изумлённо выговорила она и кашлянула. – Или шутите?
– Я выбрал только троих талантливых студентов, которые, по моему мнению, способны стать достойными специалистами. Это Дежнев, Кулаков и вы. Я считаю, что из вас может выйти приличный юрист, поэтому берусь вам помочь.
Лена была польщена до глубины души. Надо же, буквально неделю назад он чуть ли не в грязь её втоптал, а сейчас вознёс до небес.
– Я индивидуально выдам всем темы дипломных работ, заниматься буду с каждым по отдельности. Занятия считаются дополнительными, поэтому они будут после основных лекций. В какие дни, я скажу позже. Да, и заодно подтянем то, что вы проспали. Всё понятно? – переспросил Хигир.
Лена с готовностью кивнула.
– Теперь перед вами стоит серьёзная задача. Нужно что-то делать с работой, находить пути решения, потому что учебная нагрузка увеличится в два раза. Иначе вы просто не справитесь.
– Я очень постараюсь решить эту проблему, – как заколдованная, проговорила Лена.
Тут дверь отворилась, и на пороге появился Лужнин. Он не ожидал увидеть здесь кого-либо, кроме Алека, поэтому вдруг остановился и спросил:
– Извините, я не помешаю?
– Саш, проходи, – обрадовался Алексей Эдуардович и, когда тот подошёл, пожал ему руку.
Лужнин слегка присел на угол стола лицом к Лене и галантно поздоровался с ней, на что та ответила смущённой улыбкой. Лена вдруг почувствовала, что её сковывает неловкость.
– Саш, как ты думаешь, способная Елена Алексеевна ученица? – весело спросил Алекс своего друга и хитро покосился на студентку.
– Я думаю, да, когда не спит, – шутя, ответил Саша.
Лена покраснела и опустила глаза вниз.
– Я тоже так думаю, поэтому решил с ней позаниматься, – сказал Хигир.
– Чем? – загадочно улыбнулся Лужнин.
– Гражданским правом, Саша, гражданским правом, – с упрёком ответил на неудачную шутку Алексей Эдуардович.
– А, ну если гражданским правом, то конечно, – не унимался Лужнин, игриво улыбаясь.
Лена ещё больше покраснела от двусмысленности фразы.
– Хватит смущать девушку, – спокойно проговорил Алексей Эдуардович и быстро взглянул на неё.
Лена готова была сквозь землю провалиться из-за ощущения, что над ней просто бессердечно издеваются. Она даже обиделась на Лужнина, что он позволил отпустить в её адрес такую дерзкую и пошлую шутку.
– Ну что ж, Елена Алексеевна, идите домой, – произнёс долгожданные слова Хигир, – я на этой неделе скажу, когда начнутся дополнительные занятия.
Лена, попрощавшись, пулей вылетела из кабинета, обливаясь холодным потом.
Хигир посмотрел на часы и сказал Саше:
– Ну что, поехали? А то опоздаем.
– Да я в принципе и зашёл напомнить, что нам пора.
Хигир встал и направился за пальто. Лужнин тоже поднялся, но уходить к себе за верхней одеждой не торопился.
– Алек, – позвал его Саша и, подойдя к маленькой комнатке, облокотился о косяк.
– Ну, что ещё? – нетерпеливо бросил Алекс, чьё настроение резко сменилось. – Иди одевайся быстрее, я уже готов.
Лужнин за много лет привык к вспышкам грубости своего друга и уже не обращал на них внимания.
– А что насчёт этой девушки, Лены? Ты и вправду разглядел в ней талант к науке, или это твоя уловка, чтобы затащить очередную жертву в постель?
– Она действительно довольно умна, – сухо ответил Хигир, уже надев пальто и спешно застёгивая пуговицы.
– Это хорошо… Алек, не трогай её, пожалуйста, – произнёс Саша и отошёл от косяка, освобождая проход своему другу, собравшемуся выйти.
При этих словах Хигир остановился и изумлённо посмотрел на Лужнина, слегка приподняв брови:
– Давно ли ты стал интересоваться серыми мышками?
– Я бы не назвал её серой мышкой, – защитил Лену Лужнин. – Но дело не в этом.
– Ладно, договорились, эту мышку я оставлю для тебя, – с неприятной усмешкой сострил Хигир и хлопнул друга по плечу.
– Ты неисправим, – щёлкнул языком Саша. – Она просто хорошая девушка.
Алек засмеялся.
– Все они хорошие до поры до времени. Да ты не бойся, она не в моём вкусе, – ответил Хигир. – Она не возбуждает во мне естественный мужской интерес, короче, не хочу я её.
– Ну, пусть так, – несколько недоверчиво произнёс Лужнин и направился к выходу. – Да и надежду ей не давай, не разбивай её сердце, – прибавил он, уходя. – Встретимся внизу у зеркала.
Лена не бежала вниз по лестнице, а буквально парила над ней, переполненная радостью. Неужели судьба предоставила ей тот долгожданный шанс, на который она так уповала, приехав в Москву? Вот теперь-то она не упустит своего, вот теперь-то всё наладится. Лена была поистине горда собой. Но, если не лукавить, такие восторженные эмоции вызывало у неё не только корыстное желание попасть в колею, но и шанс быть рядом с Хигиром, общаться с ним и даже, возможно, надеяться на большее. Лене очень понравилось, что он так приветливо разговаривал и даже проявил заботу, пытаясь найти пути выхода из сложившейся у неё непростой ситуации. Всё было хорошо, не считая пары усмешек в типичном его стиле, но к этому Лена уже начинала привыкать. Влюблённой девушке и в голову не приходило, что поведение Хигира могло быть проявлением банальной вежливости.
Настя, снедаемая любопытством, всё это время ждала подругу внизу в холле. Она волновалась и мысленно жалела её, не представляя, что же на самом деле произошло, и, увидев Лену легко скачущей вниз по ступенькам, очень удивилась её весёлости.
Лена, не дожидаясь вопроса, тут же начала всё рассказывать. Во время рассказа широкая и светлая улыбка не сходила с её губ, а вот Настя даже немного расстроилась из-за такого поворота событий, но тщательно скрывала это, делая вид, что искренне рада за подругу. Борясь с завистью и ревностью, Настя мысленно уверяла себя, что все опасения абсолютно беспочвенны: хотя Лена гораздо красивее её, но всё-таки не для Хигира – слишком проста.
Всю неделю Лена находилась в пьянящей эйфории. Она довольно хвасталась своим успехом, наслаждаясь завистливыми взглядами некоторых одногруппников. Марину особенно задела эта новость, она даже вся побледнела, когда переполняемая эмоциями Лена по привычке в подробностях – как старой подруге – поведала ей, что будет писать дипломную работу у Хигира. Другая соседка ныла и сетовала на судьбу, что зря не пошла на юридический факультет, и также завидовала ей, только по другой причине: если бы у Ольги появилась возможность оставаться наедине с таким мужчиной, уж она такой шанс не упустила бы.
Перед первым дополнительным занятием Лена дрожала, как осиновый лист. Стеснение душило её и не давало расслабиться. Она, трезво осознавая, что рассчитывать всё равно не на что, невольно ждала от этих встреч чего-то большего. Влюблённая девичья душа таяла и расцветала, мечтая о несбыточном.
На первом занятии Хигир собрал троих дипломников вместе и выдал им проверочный тест, чтобы оценить знания каждого. Лена написала хуже ребят. Конечно, у неё не было таких условий, как у Дежнева и Кулакова, поэтому учитель, раздав юношам темы дипломных работ, спокойно отпустил их до начала второго семестра, с которого должна была начаться непосредственная подготовка к государственным экзаменам. С Леной же он решил позаниматься, чтобы восполнить недостающие знания, назначив время и дни для дополнительных уроков.
В день следующего занятия Лена поярче накрасилась и поинтереснее оделась. Это заметили все и, догадываясь о её наивных намерениях привлечь внимание Хигира, втихомолку посмеивались. Перемены же больше были связаны вовсе не с новым костюмом, который выглядел средненько, но глаза, её глаза светились неповторимым загадочно-томительным светом, исходившим от горячо влюблённого сердца.
Когда Лена оказалась с Хигиром в кабинете наедине, от её обаятельной непринуждённости и лёгкости не осталось и следа. Она вдруг оробела и зажалась. Да и он вёл себя намного сдержаннее, чем в прошлый раз: был холоден и строг, хмурил брови и совсем не улыбался, задумчиво смотрел куда-то в сторону, как будто был мыслями где-то в другом месте. Лена из-за охватившей её скованности стала делать ошибки, забывать слова, путаться в мыслях и запинаться, чем ещё больше сердила Хигира, который то и дело раздражённо вздыхал и качал головой, делая резкие замечания.