Елена Никитина – Баба-яга Бессмертная (страница 69)

Я подняла руку и мягко прикоснулась к одной ссадине на его лице, потом к другой, третьей. От кончиков пальцев бежали серебристые искорки, исцеляя и заживляя поврежденную кожу, сглаживая нажитые за последнее не очень спокойное время морщинки. Они просто постепенно исчезали под моими пальцами.

– Не хочу, чтобы ты на свадьбе выглядел побитым, – прокомментировала я свои целительские действия. – Еще скажут, что невеста у тебя зверь с садистскими наклонностями.

– И будут не так уж неправы, – пробубнил кто-то за спиной.

Еле слышно, но вполне беззлобно. Можно подумать, я не догадаюсь, кто обо мне такого «хорошего» мнения. Но отвечать на очередной выпад Виктора не хотелось.

– Я люблю тебя… – прошептал мой без нескольких дней муж и прижался щекой к моей ладони. – Точнее вас…

Он знает…

– Мы тоже тебя очень любим, – мягко улыбнулась я. – И никуда…

Договорить мне было не суждено. Александр услышал то, что хотел, а остальное его мало волновало. Мы целовались с ним, несмотря на присутствующих, и плевать вообще хотели на королей.

– Слушайте, они тут решили первую брачную ночь досрочно устроить, да еще и в нашем присутствии? – взволнованно забегал по накрытому столу Сенька. С его кошачьей точки зрения наш поцелуй уже выходил за рамки всех возможных приличий. – Вы хоть на столе место расчистите, не на полу же… Салатики уберите, колбаску подвиньте… Ай! Больно! Зачем за усы дергать?! И хвост оставь в покое, это мое самое главное мужское достоинство!

Кто-то старался изо всех сил, чтобы нам не мешали, поэтому кота все-таки заткнули и теперь шипящим шепотом читали ему лекцию на тему «Двое целуются, остальные не мешают». Голосов было несколько, но более отчетливо слышалось возмущение Виктора и негодование Катерины. Что уж они там Сеньке на уши вешали, не знаю. Да, эти двое умеют мозги пудрить, особенно друг Другу.

Александр соизволил выпустить меня из своих излишне любящих объятий, в которых я чуть не задохнулась, довольно не скоро. Нет, я, конечно, ничего не имею против таких пылких и страстных проявлений чувств с его стороны, но жить уж больно хочется, особенно в последнее время.

– Я думал, что больше никогда тебя не увижу, – преданно заглядывая мне в глаза, пожаловался мой бессмертный жених. – Я облазил всю светлую и темную сторону Трехгории, перебрал руины по камешку, дорушил то, что еще не было разрушено, но… Господи, Алена… Почему ты никогда меня не слушаешься?

– Потому что я пыталась спасти тебя. – Я обиженно насупилась. Вот и борись потом за свое счастье, тебе же еще и попадет.

– А я тебя.

– Но теперь нам больше ничего не грозит.

– Я знаю. – Он снова прижал меня к себе. – Все будет хорошо.

Как же все-таки здорово, когда тебя ждут дома и волнуются, если ты где-то вдруг задерживаешься. Интересно, тот свет считается уважительной причиной долгого отсутствия?

– Кстати, я кое-что тебе принесла, – неожиданно вспомнила я, немного отстраняясь.

– Надеюсь, не сувенир из преисподней? – усмехнулся подошедший к нам Виктор.

Никак он не может без ехидства обойтись. Везде-то ему влезть нужно.

– Надо было лично для тебя прихватить парочку кусочков бесовской печенки. – Оставлять такое замечание без ответа было выше моих сил.

– Кто о чем, а она опять о еде, – фыркнул советник. – Хотя тебе простительно…

– Виктор, ты не можешь потом позубоскалить, – возмутилась вторжением своего ненаглядного Катерина. – Алене действительно нужно поесть, она устала, а ты со своими глупостями.

– И давно для нее пирожки стали глупостью?

– А с чем пирожки? – тут же плотоядно отозвалась я.

– Со всем, – буркнул себе под нос Виктор.

– Тогда нам все и желательно сразу. Мы очень голодны.

Александр усадил меня за стол рядом с собой и умиленно наблюдал, как я поглощаю еду в невероятных количествах. А чего он хотел? Я же почти сутки на строгой диете, сколько надо успеть наверстать-то?

Народ начал потихоньку приходить в себя и верить в мое вполне реальное воскрешение. Аппетит неожиданно проснулся у всех, в том числе и венценосных особ, которые не преминули принести нам с князем свои искренние поздравления. Я согласно кивала на все вопросы, которые мне пытались задавать, даже не вникая в их суть. Еда занимала сейчас гораздо больше места в моем сознании, чем все эти светские разговоры. Все равно от меня ничего путного добиться невозможно. Вот наемся, тогда и спрашивайте сколько угодно. Если не усну конечно.

– Алена, ты говорила, что принесла что-то, – напомнил мне Александр, как только все гости разошлись, ссылаясь на позднее время, и остались кроме нас только самые доверенные лица, то есть Сенька, Виктор, Катерина и… как ни странно, магистр Велимир. А я его вообще даже не заметила, он как-то скромно себя ведет сегодня. На него это не очень похоже. Он, правда, хотел уйти вместе со всеми, но Александр его почему-то остановил. С каких это пор Учитель стал пользоваться у Кащея Бессмертного таким доверием? Особенно в свете последних событий они должны были перестать даже смотреть в сторону друг друга. Черная магия всегда была под запретом и строго каралась законом. А тут… Ладно, мало ли о чем они успели договориться.

– Ах да! – спохватилась я. – Сень, погоди! – Я сняла с колен свернувшегося на них калачиком кота и достала кожаную папку.

– Что это? – удивленно спросил князь, осторожно принимая ее у меня из рук.

Сенька сразу не преминул тоже сунуть свой любопытный нос.

– Мемуары, наверное, уже успела написать, – поддел меня неугомонный Виктор, вытягивая шею, чтобы ничего не пропустить.

Александр, вопросительно поглядывая на меня, развязал завязки и открыл папку. Одного взгляда ему хватило, чтобы понять ценность моего сюрприза.

– Откуда у тебя это?! – потрясенно прошептал он, перебирая желтоватые листы дрожащими пальцами.

– Мышка притащила, – усмехнулась я. На меня посмотрели очень недоверчиво, хотя я была искренна как никогда. – Только на этот раз спрячь подальше, чтобы никому больше не пришло в голову использовать их в борьбе с миром во всем мире.

– Алена, ты себе не представляешь… – У моего жениха не хватало слов, чтобы выразить все свои эмоции, и он просто сгреб меня в охапку.

– И что же это такое, за что раздают столь пылкие объятия? – не удержался от вопроса Виктор.

– Настоящие архивы моих предков! – Александр захлопнул папку. – Все думали, что они навсегда уничтожены, а оказалось, что вовсе нет. Кто бы мог подумать, что какому-то неполноценному бездарю с кучей амбиций станет известно их истинное местонахождение. Даже я пребывал в полном неведении.

– Это судьба, – трагически вздохнула Катерина. Мне даже показалось, что она снова готова расплакаться, но, подумав, не стала.

– Ага! – скептически заметил Сенька. – У нее все – судьба, которая никак ее уму-разуму не научит. Стучит, стучит, и все по голове, а толку никакого.

– Значит, надо по другому месту постучать, – внес альтернативное предложение неугомонный советник. – Вход, наверное, с другой стороны.

Понятно, эти хвостатые опять неплохо спелись в мое отсутствие. Конечно, как только я влипаю в очередную неприятность, у них появляется прямо-таки завидное единодушие. Не дают им никак покоя мои умственные способности, все их под сомнение норовят поставить. А меня кто поддержит? И я бросила жалобный взгляд на Александра, ища у него защиты.

– Не обращай на них внимания, – улыбнулся мне князь. – У них просто вообще стучать не по чему, уже все отбито, все входы-выходы наглухо забаррикадированы. И потом, они просто тебе завидуют.

Виктор с Сенькой обиженно переглянулись. Вот так вот вам! Получили?

– Что ты будешь с ними делать? – кивнула я на многострадальные архивы по черной магии. – Судя по всему, они тоже не поддаются нормальному уничтожению?

– Не поддаются, – задумчиво повторил князь. – Ноя знаю, где они будут в полной безопасности и кто сможет распорядиться ими должным образом.

– Это кто же? – подозрительно прищурившись, полюбопытствовал Сенька. – Если ты хочешь отдать их этой ненормальной Бабке-ежке, – и меховой прохвост многозначительно глянул в мою сторону, – то я бы не стал так рисковать будущим мирового спокойствия.

– Не нужны они мне! – воспротивилась я на всякий случай. – Мне своего добра магического хватает, еще за этот кошмар ответственность неси. Я же забуду обязательно куда, когда и зачем что положила, а потом с меня же три шкуры спустят. Спасибо, не надо.

– Нет, Алена. – Александр покачал головой. – Я отдам их магистру Велимиру. – И он протянул папку моему Учителю, молчаливым изваянием застывшему в сторонке. (Наверное, у меня очень сильно отвисла челюсть.) – Магистр, надеюсь, вы лучше меня сможете сделать все необходимое, чтобы эти бумаги не попали больше в чьи-нибудь загребущие руки.

– Благодарю за доверие, князь. – Учитель склонил голову в некоем подобии поклона. – Но вы уверены, что действительно этого хотите?

– Да, хочу, – твердо ответил Александр. – Они уже и так натворили достаточно бед. Хватит.

Я вдруг поймала на себе излишне пристальный взгляд Учителя. Понимаю, что не перестаю его удивлять своими выкрутасами и живучестью, но не надо так откровенно меня разглядывать, я от этого раздражаюсь. Тем более что ничего особо нового в моей внешности пока не прибавилось.

– Я могу хотя бы взглянуть на содержимое архива? – поинтересовался Велимир, нехотя переводя взгляд на моего жениха.