Елена Никитина – А что вы хотели от Бабы-яги (страница 39)

Я глубоко вдохнула благоухающий всеми весенними безумствами воздух, зажмурилась и подставила лицо теплым лучам. Даже если у меня веснушки на носу выскочат — пускай.

— Алена, — вкрадчиво нарушил молчание князь.

— Ммм? — отозвалась я, не прерывая солнечных ванн.

— Расскажи о себе.

— Досье собираешь? — усмехнулась я, приоткрывая один глаз.

— Нет, просто интересно.

А получилось неубедительно. Хочет сопоставить имеющиеся у него факты из моей биографии с моими словами и поймать на лжи. Ну и ладно. Мне скрывать нечего.

— А что ты хочешь узнать? — хитро посмотрела я на него.

— Давай по порядку.

Я пожала плечами и начала рассказывать. Сначала получалось не очень, но потом как-то все пошло само собой, и я даже вошла во вкус.

Ничего интересного в моей жизни я лично не наблюдала. Жила в небольшом городке недалеко от Петравии, родителей не помню. Только бабка была у меня, которая и приучила к колдовству и целительству. Последнее мне больше всего почему-то нравилось. Так приятно, когда человек от тебя здоровый и счастливый уходит, аж у самой силы появляются. Местная школа знаниями богата не была, но читать и писать меня научили, и на том спасибо. Потом тетка запрос прислала, чтобы я в Петравию явилась, а не прозябала в глухомани. Приехала, поступила в академию магии почти без проблем, хотела магом стать, диплом иметь, чтобы работать в столице. Столько тщеславных идей в голове было — одна другой краше. Только бабка приучила меня не зацикливаться никогда на имеющихся формулах и всегда искать новые, это-то меня и сгубило. В академии вольностей не допускалось, все строго по учебнику, четко по инструкции, никакого свободомыслия. Скучно и неинтересно.

Потом я стала рассказывать, как придумала свою оригинальную самонаводящуюся клизму, про коврик, еще парочку смешных заклинаний. Под конец не удержалась и поведала князю, за что и как меня, собственно, и выперли.

— Теперь я понимаю, почему на тебя так ректор взъелся, когда увидел, — хмыкнул Александр.

— Ну да, — вздохнула я. — А поди докажи, что это все случайность. Я же не собиралась на нем опыты в самом деле ставить.

— А потом?

— А потом я уехала в богом забытые Забытки, в домик, где когда-то жила злая ведьма, неожиданно оказавшаяся моей родственницей (а главное, вовремя как) и там уже местное население все сделало за меня. Вот тебе и новоиспеченная Баба-яга собственной персоной. Деваться мне все равно было некуда, бабка к тому времени уже умерла. Вот так вот, — подытожила я.

— Да уж… — сказал князь, что-то прикидывая в уме.

«Ну что, все сходится?» — так и подмывало его спросить, но я сдержалась.

— Зачем ты мне помогаешь? — Вопрос застал меня врасплох, и я удивленно повернула к нему голову.

— Зачем я тебе помогаю? — переспросила я, задумчиво покусывая нижнюю губу.

— Да. Ведь все говорят, что я черный маг, некромант, приношу человеческие жертвы, людей похищаю.

— Да пусть говорят, — пожала я плечами. — Мне-то что?

Кащей был настолько удивлен моим ответом, что даже придержал жеребца.

— И ты не боишься?

— Чего? — усмехнулась я. — Что ты принесешь меня в жертву? Нет, наверное. Хотя я плохо представляю, что это такое. Может, просветишь?

Моя лошадь тоже остановилась, повинуясь более сильному вожаку, и мы с князем смотрели друг другу в лицо. Он мне — удивленно, я ему — насмешливо.

— Ну а все-таки, почему? — напомнил он свой вопрос.

— Не знаю, — честно ответила я. — Оно само получается. И потом — я домой хочу.

— Но ты же по идее должна быть на стороне Расстании.

— Мне кажется, нужно уметь быть благодарной. — Я опустила глаза и погладила лошадь по шее. — И к тому же я не люблю несправедливости.

— И на чьей же стороне справедливость на этот раз, по твоему мнению? — хитро прищурился князь.

— Ты хочешь честного ответа?

— Конечно.

— На твоей.

— Вот как? И что же тебя заставило так думать?

Страж нетерпеливо гарцевал, требуя продолжения прогулки, но Кащей осадил его, не сводя с меня внимательного взгляда.

— А как же все ужасы, что про меня рассказывают? Помогать злодею как-то не совсем правильно, ты не находишь?

— Ты меня пытаешься в этом убедить? — весело спросила я.

— Нет, просто я не понимаю твоей логики. — Князь снова сдержал жеребца, который уже начал на меня многозначительно посматривать недобрым взором, подозревая, что именно я являюсь причиной такого длительного простоя.

— Почему мужчины считают, что все должно обязательно иметь логическое объяснение? — рассмеялась я. — Есть вещи, которые можно только почувствовать. Поехали, а то твой конь на меня сейчас набросится.

Александр тронул поводья, и мне показалось, что Страж вздохнул с облегчением, как бы говоря: «Ну наконец-то!» Моя лошадка сразу же послушно потрусила следом.

— Кстати, что там с войной? — спросила я у спины князя. Мы как раз пробирались по узкой тропке через кустарник.

— Все то же самое, — полуобернулся он. — Угроза слишком явная, чтобы от нее отмахиваться. Но тебя это не должно особо волновать.

Александр резко отшатнулся от ветки, хлестнувшей его по щеке, и снова уставился вперед.

— Ты так считаешь? А мне кажется, должно. И потом — у меня есть кое-какие соображения.

Мы наконец выбрались на широкую просеку, и я поехала с ним рядом.

— Ну выкладывай свои соображения, — усмехнулся князь.

— Не знаю даже, — почему-то сразу же засомневалась я.

Одно дело прокручивать мысли в голове, и совсем другое — говорить о них тому, кто может их использовать. А вдруг все это ерундой окажется?

— Ладно уж, начала говорить, так продолжай, — подбодрил он меня.

Я вздохнула и выдала свои ночные умозаключения, не давшие мне спокойно спать. О подслушанном разговоре я, естественно, умолчала. Сначала я думала, что князь начнет надо мной смеяться, но он слушал внимательно и только искоса на меня поглядывал.

Когда я закончила, мы как раз подъехали к пруду. Князь спешился и молча уставился на водную гладь. Я тоже спрыгнула с лошади, но подходить близко не стала. Мало ли о чем человек задумался. Зачем мешать?

— Знаешь, — отмер он, поворачиваясь ко мне, — а в этом что-то есть. Надо поговорить с Виктором и Степаном. Но на границу с Бемиранией я наряд пошлю в любом случае, пусть проверят.

— Думаешь, это не бредовые мысли? — уточнила я, все еще продолжая сомневаться.

— Как знать, — неожиданно мягко улыбнулся мне Александр. — Но логика у тебя с очень большим размахом. Чуть ли не мировым.

Я пожала плечами, мол, как умею, так и думаю.

Со стороны пруда раздалось странное бурление и бульканье, будто со дна поднималась большая рыбина. Мы с князем дружно уставились на. пруд. Недалеко от берега водная поверхность вспучилась пузырем, и от нее во все стороны пошли круги.

— Это русалка, — сразу почувствовала я.

— Здесь нет русалок, — почему-то шепотом ответил Кащей, наклоняясь ко мне.

— Теперь есть.

Тем временем пузырь все разрастался, пока не достиг размера среднего обеденного стола, и с глухим шлепком лопнул, обдавая все вокруг снопом искрящихся на солнце брызг. На месте пузыря, высунувшись по пояс из воды, покачивалась изящная красотка с голубыми глазами, белыми с синеватым отливом волосами и умопомрачительной фигурой (имеется в виду та ее часть, что предстала нашим удивленным взорам). Русалка кокетливым жестом откинула сбившиеся на глаза пряди и уставилась на нас томным водянистым взором.

— Аленка, дорогая! Как я рада тебя видеть!

И она протянула ко мне бледные тонкие руки, изяществу которых могла позавидовать сама королева.

— Даяна? — хлопала глазами я, отказываясь верить увиденному, но уже через секунду с визгом летела ей навстречу и чуть не свалилась в пруд.

Если бы не быстрая реакция князя, схватившего меня за шиворот, я была бы второй русалкой в этом пруду.