Елена Наний – #Живая. Третья Вселенная (страница 3)

Внезапно с тропы, ведущей к селению, донесся отдаленный, но четкий звук — металлический звон подвески на поясе и приглушённые голоса. Патруль.

Как по команде, Торин и Лука разом замолкли, их ссора мгновенно показалась им детской и нелепой. Гнев сменился леденящим страхом. Попасться на ночной потасовке — это не просто стыд, это вызов на совет старейшин, долгие разбирательства и суровое наказание для обоих.

Торин, забыв о своей ярости, резко дёрнул Луку за рукав, и они, пригнувшись, шмыгнули в густые заросли папоротника у края оврага. Земля была влажной и холодной. Они упали на колени, затаив дыхание. Сердца колотились так громко, что Луке казалось, их слышно за версту.

Шаги приблизились. Двоё мужчин из патруля остановились буквально в паре метров от их укрытия.

— ...ничего не видно, — проговорил один. — Наверное, зверь какой.

— Или ветер, — ответил второй. — Идём дальше, скоро смена.

Они постояли ещё мгновение, и шаги стали удаляться.

Лука и Торин не двигались, пока звуки не растворились в ночи полностью. Они сидели неподвижно и дышали, стараясь делать это бесшумно. Вражда уступила место первобытному инстинкту — не быть пойманными.

— Ублюдки... — прошипел Торин, но уже без прежней злобы, скорее с облегчением. Он повернул голову к Луке, его лицо в полосах лунного света, пробивающегося сквозь листву, было бледным. — Ты... ты этого добиваешься? Чтобы нас обоих на исправительные работы отправили из-за твоего хлама?

— Я ничего не добиваюсь, — так же тихо, сквозь зубы, ответил Лука, чувствуя, как дрожь от адреналина проходит. — Ты первый полез.

— А ты первый пошел к этому... белоглазому! — Торин оглянулся, боясь, что его шипение кто-то услышит. — Они тебя накроют с этим добром, и тебя изгонят. Понимаешь? Изгонят! И твоему отцу, и Миле, и Лие позор на всю жизнь.

— А ты что, мой хранитель? — Лука сжал в кармане Эхо-Фон. — Следи за собой.

Поблизости опять послышались шаги. Они помолчали, прислушиваясь к ночи. Было ясно, что продолжать драку сейчас — чистое безумие.

— Хватит, — Торин с силой выдохнул. — Кончай с этим. Слышишь? Кончай. Иначе в следующий раз я не стану прятаться. Я сам приведу к тебе патруль и всё им покажу.

Он отполз глубже в кусты и, не сказав больше ни слова, бесшумно исчез в темноте, как тень.

***

Лука крался к старому сараю, прижимаясь к тени от дома. Дубовая дверь скрипнула своим привычным, жалобным скрипом, но этот звук никем не был услышан. Внутри пахло старым деревом, сушеными яблоками и пылью. Лунный свет, пробивавшийся через щели в стенах, выхватывал из мрака знакомые очертания: горы душистого сена, старый, сломанный плуг, висящие на крюках упряжки и глиняные крынки для молока.

Это место было его крепостью. Пройдя в самый дальний угол, за грудой пустых мешков, Лука отодвинул несколько половиц, которые были подогнаны так искусно, что ничей глаз не заметил бы щели. Под ними зияла небольшая ниша, выкопанная им же года два назад. Его тайное хранилище.

Здесь, в прохладной земле, лежали его сокровища. Несколько книг в пластиковых обложках с глянцевыми страницами, на которых замерли диковинные машины и карты неведомых городов. Пара странных металлических предметов с кнопками и экранчиками, давно потухшими. И маленькая, исписанная мелким почерком тетрадь — его собственные заметки и догадки обо всем этом.

Именно сюда он и принёс новый артефакт. Аккуратно положив его рядом с книгами, Лука зажёг самодельный светильник — фитиль, плавающий в плошке с маслом. Оранжевый свет заплясал на стенах, оживляя тени.

Сейчас, в сарае, Лука смотрел на «сломанный фонарь». Устройство лежало на его ладони, неестественно тяжёлое для своего размера. Его корпус был выточен из матового, тёмного металла, который даже под слоем пыли и царапин отливал тусклым, глубоким блеском. Это был сплав, рождённый в недрах забытой науки, на ощупь всегда прохладный, словно вобравший в себя холод межзвёздной пустоты.

Экран, занимавший большую часть лицевой панели, был сделан не из стекла. Это был отполированный до гладкости силикат.

Лука водил пальцами по этой идеально гладкой, холодной поверхности, пытаясь нащупать хоть что-то — невидимый стык, скрытую область. В памяти всплывали обрывки из книг Седого: схемы со странными значками, похожими на солнце и молнии, и подписи: «резонансный контур», «пьезоматрица». Он читал и знал такие слова, как «батарейка» или «зарядка», но никогда не видел их. Для него они были понятны, как «вместилище силы» или «сердце» устройства.

— Где-то здесь должно было быть место, куда предки подводили то самое волшебное электричество — невидимую энергию, что заставляла их машины дышать светом, — тихо произнёс себе под нос Лука.

Он перевернул устройство, и его пальцы нащупали едва заметный шов. Слабый щелчок — и маленькая панель отодвинулась, открыв углубление с парой блестящих контактов. Вот оно. Сердце было мертво, вынуто кем-то давным-давно. Но сам факт, что он нашёл это гнездо, эту явно созданную для чего-то деталь, заставил его собственное сердце учащённо забиться.

Жажда понять, чем же нужно было накормить этот прибор, чтобы он заговорила, жгла его изнутри сильнее любого страха.

Глава 3. Мир Эвы

Эва проснулась в своей капсуле на 237-м этаже башни Спираль. Стены из жидкого стекла мягко пульсировали голубым светом, синхронизируясь с ее дыханием.

— Доброе утро, Эва. Температура: 22.3°C. Уровень серотонина: 87%. Рекомендую 15 минут VR-медитации для баланса, — голос Алисы, мягкий, как шёлк, звучал прямо в ее голове через нейроимплант.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.