Елена Мюллер – Роман в трёх актах. Акт 1. Жнец (страница 9)

– Ангелок, подъём, демоны атакуют! – выпалила я.

Михаил подскочил как ужаленный и готовый к бою. Ему понадобилась минута понять, где он и, что происходит. А я уже не могла сдерживаться и завалилась на его постель, хохоча. Такие шутки были нормой в нашем общении. Но за такое мне тут же прилетело подушкой.

– Ты меня так до сердечного приступа доведёшь, Мелкая, – беззлобно сказал Михаил.

– Зато я теперь знаю, что ты даже спросонья нас защитишь.

– Бедный мужчина, которого ты выберешь, спокойной жизни ему не видать, – сказал Михаил и улегся обратно под одеяло.

– Какой мужчина, ангелок, у меня есть ты.

– Мы с тобой были бы странной парой, не находишь, хитрюга. Что там Повелитель?

– Если кратко, там творится звездец, Шеф сам на себя не похож. И чем быстрее мы решим проблему с душами, тем скорее всё в наших мирах устаканится.

– Мы ограничены в возможностях здесь, нам нужно подождать информацию от Дмитрия.

Я откинулась на кровати, положив голову на Михаила и, смотря, куда-то сквозь потолок, задумчиво произнесла – кто бы сказал, что я буду зависеть от какого-то смертного мужчины, рассмеялась бы в лицо.

Михаил бережно убрал упавшие на моё лицо пряди, – терпение, Мелкая, он скоро позвонит, будь уверена.

И в очередной раз ангелок оказался прав. Не прошло и полдня, как раздался звонок смартфона Михаила.

– Доброго дня, Дмитрий, – Михаил ответил на звонок и через секунд десять протянул мне телефон, – он хочет переговорить с тобой.

Я выхватила у ангелка телефон и, изобразив бесстрастный голос, ответила, – Я тебя слушаю.

– Завтра в полдень у Областной больницы №2. Нашёл я вашего первого клиента.

– Ты узнал, как его зовут? Какое отделение, номер палаты?

– Расскажу всё на месте, я иду с вами.

– Это лишнее.

– Это не предмет дискуссии. Жду завтра у больницы, постарайся не опаздывать и не убейся по дороге.

– Не…– не дождавшись моего ответа, Дмитрий оборвал звонок, – как же он бесит, не человек, а исчадие подземного мира, – прошипела я.

– Что он сказал? – спросил Михаил.

– Завтра в полдень у больницы он будет нас ждать.

– Не нас, тебя! – с какой-то хитринкой в голосе ответил Михаил.

– Ангелок, ты это к чему ведёшь? Ты хочешь бросить меня в пасть этому демонюке?

– Молодая привлекательная пара не вызовет особых подозрений, а вот «святая» троица, пожалуй, очень даже. Сходишь, разузнаешь, что, да как там, потом и видно будет, что нам делать дальше.

– Пфф, поздно… Ты меня бросил в лапы этому разрушителю.

Михаил засмеялся своим самым нежным смехом и, подойдя сзади, обнял меня и рядом с ухом произнёс, – это его спасать от тебя надо, с Проводником Загробного мира шутки плохи.

– Знай, ангелок, я еду одна без особого желания и не факт, что я буду «хорошей девочкой» с этим демоном. Если бы не рекомендации на его счёт, даже разговаривать с ним не стала бы.

Несмотря на своё возмущение, я отчётливо осознавала, что не в моём положении воротить носом и отказываться от его условий. Рассказ Умина о десятом Верховном боге немного напряг, не хотелось бы смещения Шефа, иначе на жнецов польётся мощный поток негатива, как из открытого крана. Многие из Высшего мира считают нас чумой всех миров, а будь я чуть поактивнее на своей должности, первой бы распнули. Для них я как была низменным человечишкой, так таковой и остаюсь. Видимо, лишь покровительство Шефа заставляет Эннеаду меня пока, что не замечать. Высокомерные зануды. Но об этом я подумаю потом. Завтра меня ожидает не менее серьёзное испытание – очередная встреча с демонюкой.

ГЛАВА 5. ЧТО ЖЕ ИХ ДЕРЖИТ?

Дмитрий ждал меня, сидя в пол оборота на лавочке, закинув ногу на ногу, и выпуская неспешно кольца сигаретного дыма. Сегодня он был похож на фотомодель, сошедшую со страниц глянцевого журнала и, одновременно с этим, на жнеца Смерти. Он был в totalblack – классические брюки, водолазка в мелкий рубчик, однобортный пиджак на двух пуговицах был расстегнут, что придавало его силуэту больше непринужденности и свободы. Половину лица закрывали его густые волосы, а с другой стороны, они были закинуты за ухо. Я даже подзадержалась на месте, наслаждаясь этой картиной, что не говори, хорош чертяка. Но тут он меня заметил и его взгляд стал привычно колким и дерзким. Вот демонюка, даже не шевельнулся в мою сторону, джентльмен тоже мне, пф. Ладно, я тебе ещё это припомню.

– Пойдём, фурия, к твоему клиенту.

– И тебе добрый день.

– Какой же он добрый, если я с тобой иду к умирающему человеку.

– Да и наряд выбрал по случаю, – я не могла воздержаться от язвительного замечания. – Вот даже не могу понять, что за выражение лица, не уж то кого-то боишься?

– Я никого не боюсь, только кое-кого опасаюсь теперь.

– А это ты правильно делаешь, остерегайся меня, я страшный серый волк, – ответила я.

– Запомни, мужчину зовут Василий Николаевич, ему семьдесят шесть лет, полный букет заболеваний, основное – лёгкие сами уже не работают, сердце изрядно поношено, врачи говорят ему осталось недолго.

Мы пересекли сквер, и дошли до нужного нам корпуса больницы.

– Разговор буду вести я, если хочешь попасть к своему болезному, – не терпящим споров голосом, сказал Дмитрий.

Ради разрешения возникшей проблемы с душами, я не стала спорить с Дмитрием. Он вёл – я следовала за ним. Мы поднялись на нужное отделение и, Дмитрий уверенным шагом подошёл к сестринскому посту. Демонюка облокотился на стойку и любезно заговорил с дежурной сестрой. Я осталась стоять в стороне, и не желая растрачивать загробные силы, не напрягала свой сверхслух и погрузилась в свои мысли, поэтому мне не было особо слышно, о чём они говорили, но сестричка заливалась румянцем, глядя на этого змея-искусителя. Надо отдать должное, внешне он обольстительный, но абсолютно невыносимый.

– Сестричка, – окрикнул он меня, – подойди-ка сюда.

«Это, что за фамильярность? Что за сестричка такая? Вот только выйдем отсюда, покажу я тебе сестричку».

– Да, братец, – я натянула дежурную улыбку.

– Эта милая девушка пропустит нас в палату на 5 минут, чтобы мы попрощались с дядей.

«Вот же демонюка, милая девушка значит. Вот как ты людей убеждаешь – своей миловидной мордашкой».

– Спасибо, подскажите, в какой палате лежит наш дядя? – обратилась я к сестре.

– Палата №8, прямо по коридору, по левой стороне.

– Огромное человеческое спасибо, – поблагодарив сестру, я обратилась к Дмитрию, – брат, подожди меня здесь. Вы с дядей не ладили, не надо его злить и сейчас своим присутствием.

Видели бы вы лицо этого демона- возмущение, перемешенное с изумлением. Не на ту нарвался, дружочек.

Я тихо зашла в палату. На кровати в паутине из трубок лежало умирающее тело, жизнедеятельность которого поддерживали аппараты, стоящие рядом. Тут же у койки, стояла душа, привязанная последней тонкой нитью к своему телу; она была измотана, отсутствующий взгляд устремлён в одну точку на полу, а губы шевелились от беззвучной речи. Душам нельзя находиться в подвешенном состоянии долгое время, есть опасность превратиться в неприкаянную тень. У каждого человека есть своё отведенное время и в назначенный час душе необходимо перейти Завесу. Я отчасти понимаю семью, которая не хочет признавать тот факт, что дорогой им человек больше не войдёт в двери и не прозвучит: «Я дома!». Но, если бы они знали, что мучают ещё больше, держа в таком состоянии тело и душу, какое решение они бы приняли?

У меня мало времени, чтобы сейчас задумываться о вечных вопросах. Я обратилась к душе напрямую, – Василий Николаевич, здравствуйте.

Душа неспешно подняла на меня глаза, не осознавая к кому именно: к ней или к умирающему телу, я обращаюсь.

– Я пришла за вами, с другой стороны. Ваше время пришло, – как можно мягче сказала я.

– Он обещал меня вернуть, – тихо проговорила душа.

– Кто вам это обещал?

– Доктор. Он обещал моей семье вернуть меня, – с надеждой в голосе произнесла душа.

Мне не хотелось говорить душе, что это уже не под силу ни одному человеку. Разве, что он не воплощение Создателя на Земле.

– Он приходил ко мне и убеждал не идти на свет, иначе он не сможет меня вернуть домой, – продолжила рассказ душа, – а вы тоже доктор? Я вас раньше не видел здесь.

– Василий Николаевич, я Проводник, я должна была вас несколько дней назад встретить и отвести в новый прекрасный мир.

– Но я не желаю уходить, – настаивала душа.

– Вы не можете здесь долго оставаться в таком состоянии. Ваша душа будет разрушаться, вы перестанете осознавать кто вы, где вы и в итоге станете блуждающей, не знающей покоя, тенью. Вы должны уйти на свет, чтобы скорее переродиться и вернуться к своим потомкам.

Душа задумалась над моими словами. Я понимаю его смятение, когда ты жил ради благосостояния семьи, положил на её алтарь всё здоровье, все эмоциональные ресурсы, когда толком не успел вкусить спокойную, размеренную жизнь, уходить совершенно не хочется. Но многие жнецы, устав от своей работы, будучи на моём месте действовали бы очень жёстко в данной ситуации: начали бы душу запугивать, силой тащить за собой, ничего не объясняя.

– Василий Николаевич, я могу увести вас силой, но я этого не хочу. Это решение должны принять вы сами. Остаться на некоторое время здесь, без возможности воссоединиться с семьёй или переродиться и прожить ещё одну прекрасную жизнь, полную радости и любви.