Елена Москвичёва – Заброшка (страница 1)

Заброшка

Глава 1. Недострой

Стремительно растущие микрорайоны многократно перекроили генплан приморского города. И то, что раньше должно было стать новым троллейбусным парком в его отдалённой южной части, оказалось невостребованным и незаконченным. В течение прошедшего с восьмидесятых годов прошлого века времени бесперспективный недострой превратился в заброшку. Наличие ветшающего нежилого здания в гуще густонаселенных высотных микрорайонов вызывало тревогу родителей-новосёлов. Ведь такие запущенные и необитаемые помещения неизбежно привлекают подростков. Их словно магнитом тянет в необычные и потенциально опасные места. В городской прессе попадались сообщения о том, как отчаянные юные скалолазы и паркурщики сильно травмировались в подобных заброшенных строениях, а один мальчик даже лишился ноги, неудачно упав с большой высоты.

Но руки у городского руководства до изменения целевого назначения земельного участка и демонтажа потенциально опасного недостроя никак не доходили. Зато жилищное строительство вокруг, словно сорвавшись с цепи, стремительно набирало обороты. Народ продолжал активно скупать недвижимость у моря, несмотря на резко взлетевшие цены. Застройщики отвечали на спрос ударным трудом.

Инфраструктура не поспевала за сдачей всё новых и новых жилищных комплексов. И стоит ли удивляться, что дороги между заплатками новых микрорайонов, перемежающихся стройплощадками, находились не в лучшем состоянии. Асфальт, если и появлялся, то вскоре безжалостно вскрывался, чтобы рыть новые котлованы и прокладывать коммуникации. Непролазная грязь в непогоду и пыль столбом в сушь – таков был привычный путь новосёла, отважившегося выбраться за пределы благоустроенного мирка своего двора, чтобы пешком дойти до более обжитых мест. До тех, где были оживлённые транспортные магистрали, широкий спектр разнообразных магазинов, полноценные тротуары, добротное освещение и прочие прелести городской цивилизации.

Заброшка, выходившая фасадом на одну из таких неухоженных дорог в зоне интенсивного строительства, представляла собой трёхэтажное здание совсем простой архитектуры – без вычурности и излишеств. Единственным украшением можно было считать выступающие вертикальные детали, придающие гладкому фасаду некогда модную ребристость. В таком же стиле и в то же время в центре города был выстроен горисполком. Теперь он официально именовался зданием городской администрации, а в народе величался Белым домом. Судя по всему, и заброшке изначально предназначалась роль административного здания троллейбусного парка.

По сути это была обыкновенная коробка, к которой примыкала более низкая одноэтажная пристройка. Внутри здание достроить не успели. Лишь рядом с двумя лестницами просматривались бетонные перегородки, обозначавшие нечто вроде слегка изолированных помещений. На остальных просторах этажей не успели возвести внутренних стен, так что ни коридоров, ни полноценных комнат нигде не имелось. Только опорные столбы несли некогда крепкие, но ветшающие со временем перекрытия. Имеющиеся со всех сторон неширокие окна были одеты в одинарные прямоугольные рамы с верхней фрамугой. За прошедшие годы рамы никому не понадобились и в основном остались на своих местах. Изначально они наверняка были добросовестно застеклены. Но стёкла сохранились только в некоторых верхних частях. Да и там ни одно из них полностью не уцелело. Кто-то испытывал свою меткость, целясь по окнам пустующего здания и отправляя туда имеющиеся под рукой снаряды. И теперь можно было включить воображение и представлять себе карты стран и материков, умело выбитые в верхних фрамугах. Осколки по краям звёздно лучились, но не отвлекали от созданных вандалами-метателями образов.

Вход в покинутое здание был наглухо замурован красным кирпичом. Но это отнюдь не сделало внутренности заброшки недоступными. Напротив, каждый уважающий себя и склонный к авантюрным приключениям подросток считал своим долгом забраться по куче мусора к зияющему окну первого этажа, не без труда перевалить через грязный подоконник и очутиться в гулкой атмосфере покинутого строения. На первом этаже имелись глубокие и широкие прорези в бетонном полу-фундаменте. И даже при свете дня нужно было соблюдать осторожность, чтобы не оступиться и не сверзиться в эти ровные желоба метровой глубины.

Глава 2. Первое посещение

– Бабушка, давай пойдём в заброшку! – в голосе Егорки звучали не только просительные нотки, но и изрядная доля лукавства. Он прекрасно знал, что даже если бабушка будет против, они всё равно успеют быстро взобраться на мусорную кучу у окна, перелезть через заляпанный грязью подоконник и спрыгнуть внутрь.

– Ну, баа! – протянула Алина. – Ты же обещала…

– Ничего я такого не обещала, – возразила бабушка. – И мне совсем не хочется снова отстирывать вашу одежду…

В прошлый раз Егор изрядно выгвоздался в довольно свежих пахучих испражнениях, когда пытался перелезть через подоконник, и только это вынудило двух неслухов отложить визит в пустующее здание. Надо было заставить маленького негодника отстирывать куртку своими руками, но бабушки всегда попустительствуют внукам и героически взваливают на себя самые неприятные и грязные работы.

– Мы будем аккуратно, – пообещал Егор.

Ничуть не дожидаясь бабушкиного разрешения, пара детишек младшего и начального среднего школьного возраста довольно живо перелезла через подоконник и скрылась в полумраке первого этажа.

Прекрасно понимая, что громкие оклики и даже строгие окрики не возымеют ни малейшего эффекта, бабушка довольно ловко вскарабкалась на кучу строительного мусора, осторожно переступила на подоконник и, опираясь на руку, спрыгнула внутрь. Стоит ли говорить, что внучков уже и след простыл? Женщина прислушалась и поняла, что придётся идти на второй этаж. Осторожно переступая через широкие прорези в полу, она подошла к заваленной строительным мусором лестнице без перил и бодро поднялась по ней. Детки стояли у одного из окон и рассматривали то, что было выложено на подоконнике. Бабушка успела как раз вовремя, чтобы пресечь попытку Егорки отведать тортика. Довольно большой кусок яркого и нарядного кондитерского изделия под названием «Красный бархат» бордово сиял среди прочих остатков пиршества. В пластиковых бутылках оставались недопитыми пиво и лимонад, имелись и вскрытые яркие пакетики с недоеденными снэками.

– Вы же не знаете, как давно это всё здесь стоит и кто именно это всё принёс, – попыталась урезонить внуков бабушка. – Никогда не стоит пробовать чужое. Запросто можно заразиться или отравиться.

На лицах Егора и Алины, однако, читалось сомнение, окрашенное сожалением. У современных детишек выработана непреодолимая тяга ко всякой неполезной дряни. Это касается не только вкусовых пристрастий, но и мультиков с играми. Но всё-таки до той стадии распущенности и неуправляемости, чтобы питаться чужими объедками, внуки ещё не дошли. Бабушка первой направилась к лестнице в надежде, что приключение состоялось и можно покинуть заброшку и продолжить путь.

Она остановилась рядом с двумя, идущими одна за другой полукомнатами, примыкавшими к спуску, чтобы дождаться внучат. Сразу было ясно, что в этих небольших, но частично отгороженных от остального пространства этажа нишах кто-то обустроил себе прибежище – в первом отсеке стояло старое кресло, а в глубине, за следующей стеной, просматривалось ложе, покрытое тряпьём. И вдруг это тряпьё зашевелилось. Женщина сразу поняла, что они потревожили жильца, нашедшего приют в покинутом здании. Ей совсем не хотелось встречаться лицом к лицу с тем, кто лежал в здешней постели. И это был хороший повод, чтобы увести от греха подальше внуков.

Они как раз подошли, и бабушка шёпотом объяснила, что внутри спит человек и не надо ему мешать. Алина с Егоркой ничуть не испугались и, вытянув шеи, во все глаза уставились в густой полумрак дальней ниши, чтобы разглядеть того, кто там спал. Новое шевеление покрывавшего ложе засаленного покрывала дало им понять, что бабушка не шутит и посещение заброшки вылилось в интересное приключение. Теперь можно будет рассказывать приятелям не только о тех небывалых вкусностях, которые они обнаружили на подоконнике, но и о том, что здесь прячется настоящий бомж.

Глава 3. Алина

Перейдя в пятый класс только что открывшейся средней школы, Алина почувствовала себя совсем взрослой. Справедливости ради надо заметить, что и в младшей школе она не считала себя малолеткой. Даже успела несколько раз влюбиться. Одна из влюблённостей обещала окончиться свадьбой, по крайней мере, жених подтверждал серьёзность своих намерений. Но к четвёртому классу, когда их покинула первая, если и не любимая, то уважаемая учительница старой закалки Лилия Ивановна, класс пошёл вразнос. Молодая учительница, пришедшая на смену прежней, пыталась удержать четвероклассников хоть в каких-то рамках, но те почувствовали дух свободы и безнаказанности, выдав серию нехарактерных для младшей школы проблем. В перечне обрушиваемых на родителей жалоб были прогулы и невыученные уроки, мат и пошлая болтовня, из реала переходящая в смартфонные чаты, а также драки и травля одноклассников.