Елена Москвичёва – Секунда 1. Брат и сестра Си-Нош (страница 2)

«Так он же курит!» – догадывается Валентина. На Земле в двадцать втором веке практически не осталось курящих. Все виды наркотической зависимости были побеждены совместными усилиями последователей Фёдора Углова в России и Аллена Карра в Америке, к которым подключились кубинские врачи и европейские просветители. Борьба за здоровый образ жизни тесно переплеталась с ликвидацией глубокого экономического кризиса, охватившего Землю в первой трети 21 века, когда стало ясно, что нужно спасать человечество от жадности немногих, препятствующих благополучию большинства.

Картинка на экране меняется. На ней большой город с многоэтажными домами и улицами, забитыми транспортом. Странной формы автомобили, часть которых слеплена в подобие автобусов, испускают отработанные газы в торчащие вверх выхлопные трубы, над городом стоит густой смог. Пешеходов немного, одеты они странно. Мужчины в куртках, напоминающих халаты, а женщины закутаны в балахоны невзрачных цветов, на головах что-то вроде полотенец. «Будто из бани», – отмечает про себя Валентина.

Но вот на экране картина боя. Открытая, изрезанная оврагами бесплодная степь, по которой бегут несколько молодых людей в чёрных комбинезонах. Они вооружены и отстреливаются из автоматического оружия короткими очередями. Их преследуют низкие танки, напоминающие черепах. В передней части машин топорщатся дула пулемётов, посылающие град пуль вслед беглецам. Анна переглядывается с Ли и Марлоу: стоит ли показывать следующие кадры девушке? Ведь земляне уже отвыкли от войн, а умышленное причинение вреда жизни и здоровью человека немыслимо в нравственных нормах двадцать второго века. Но Валентина должна хорошо представлять себе реалии Хоуп, поэтому демонстрация не прерывается.

Одна из бегущих фигур неожиданно падает. Камера приближает изображение, и хорошо видно, что это темноволосая девушка. Её красивое лицо искажено мукой, а слева на плече расплывается кровавое пятно. Двое мужчин в чёрном подхватывают раненую на руки и продолжают свой бег. Ещё двое, немного отстав, прикрывают отход товарищей. Мерзкие черепахи на приличной скорости приближаются к отставшим, и, переглянувшись, двое в чёрном бросают вынутые из-за пояса предметы, которые, разбиваясь о корпуса машин, заливают их мгновенно вспыхнувшей жидкостью.

– Что-то вроде коктейля Молотова, середина нашего двадцатого века, – взволнованно комментирует Марлоу, не отрывая взгляд от экрана.

Оба танка продолжают движение, чем только провоцируют раздувание огня на броне. Через несколько мгновений одна из черепах взрывается, а вторая замирает на месте, и из неё выскакивают трое в закрытых коричневых комбинезонах с капюшонами и пытаются сбить огонь предметом, похожим на большую лопату. Но положение двоих людей в чёрном не становится легче. Прямо на них летит ещё пара танков. Видя, что убежать они не успеют, двое бойцов замирают на месте. Сейчас хорошо видно, что это мужчина и совсем молоденькая девушка. Они обмениваются взглядами, будто договариваясь о чём-то, а потом бесстрашно оборачиваются к наползающим черепахам. Раздаётся два мощных взрыва.

– А вот сейчас они взорвали гранаты, возможно, противотанковые, – хрипло сообщает Джек. – В целом неплохо, четыре танка на двоих.

– Видно, что ты в детстве в войнушку не наигрался, – с укором замечает Анна.

Однако реплики неугомонного Марлоу немного разряжают обстановку.

Атака захлебнулась. Своим самопожертвованием двое бойцов спасли остальных. Видно, как оставшиеся беглецы в чёрных комбинезонах скрываются за валунами в том месте, где степь смыкается с цепью скал.

Экран медленно угасает, в классе воцарилось молчание. Но дальше слово вновь берёт Ли, чтобы ввести Валентину в курс дела, которое ей предстоит.

Проект «Секунда»

На экране появляется изображение молодого человека, которого Валентина сразу же узнала. Когда они поступили в Ю-2, этот парень учился на старшем курсе. Они иногда встречались в учебном корпусе, хотя лично знакомы не были. Паола ещё определила его «страшненьким» и удивлялась, почему такие мальчики не бегают на коррекцию, на что Валентина предположила, что некоторые просто очень ценят свою индивидуальность и не желают вписываться в общепринятые стандарты. А Мохана высказала версию, что этот старшекурсник либо чех, либо поляк.

– Это Юрий Никитин, выпускник Ю-2 две тысячи сто одиннадцатого года, – начал Ли, кивнув на изображение.

«А парень-то, оказывается, русский», – с радостным удивлением отметила про себя Валентина, внимательно вглядываясь в изображение на экране. И совсем он не страшненький. Довольно фотогеничное лицо с высоким открытым лбом, крупным ртом и внимательными добрыми серыми глазами.

– В том же году именно ему, как наиболее перспективному курсанту, была поручена роль первопроходца в засекреченном проекте «Примус». Скажу сразу, что со своей задачей Юрий Никитин справился великолепно. Были собраны бесценные сведения о природе и географии Хоуп, которую её жители называют Шано…

– Название звучит не так, – строго прервала Ли Анна.

Одарив её не менее строгим взглядом, Ли продолжил:

– Пройдя все запланированные этапы внедрения, первопроходец Примус завоевал определённый авторитет и положение в хоупянском обществе, установив необходимые связи и досконально разобравшись в исторических и политических реалиях планеты. Однако когда пришло время переходить к этапу построения межпланетных связей, вдруг выяснилось, что Никитин, не поставив руководителей проекта в курс дела, начал активно вмешиваться в происходящие на Хоуп события. При этом часть его действий не представлялось возможным отследить, так как он произвольно отключал димерно-голографическую межпланетную связь, чем подвергал риску не только проект, но и свою жизнь. Особую тревогу вызывает ещё и то, что Примус без согласования с МЦК совершил попытку проникнуть в Энигму Мегаса…

Здесь Ли прервался и вновь дал кубовое изображение Хоуп. Слово взял Джек Марлоу:

– Уже на первых этапах изучения планеты спутниками была выявлена аномалия в области нагорья, находящегося к югу от основных заселённых зон континента. Создаётся впечатление, что огромная территория, сравнимая по площади с Аляской или даже Гренландией, обладает сверхъестественной защитой от какого-либо слежения.

– Неверное определение, – вставила Анна. – Не сверхъестественная, а пока не изученная защита.

Джек согласно кивнул и продолжил, указывая на огромное белое пятно на Мегасе как раз в том месте, где хоупянская Евразия слилась с хоупянской Африкой:

– Мы назвали данный объект Энигмой Мегаса, что отражает его загадочную природу и недоступность для слежения. Вердикт Экстраполяции однозначен: объект чрезвычайно опасен, хотя мы даже не можем предположить, в чём именно данная опасность заключается. И это одна из причин, почему мы взяли на себя ответственность за сохранение в тайне открытия Хоуп.

– Я вынужден был согласиться с тем, что проект «Примус», затрагивающий чаяния и интересы всех жителей Земли, стал секретным, и доступ к нему ограничен только группой специалистов здесь, на Памире и в Новой Зеландии, – вступил в разговор Вилли Вебер. – Думаю, что народы Земли простят нас за то, что мы решили подстраховаться и исследовать все возможные риски, связанные с этой уникальной планетой подобных нам людей. Главная причина нашего молчания состоит в том, что Хоуп находится на более низкой ступени общественного развития. И сложившуюся там систему Примус определил как мир эксплуатации и геноцида. Поэтому я не удивлён, что человек, воспитанный в реалиях Земли, не смог смириться с бесчеловечными условиями жизни себе подобных и предпринял попытку что-то изменить.

– Мы все по-человечески понимаем Юрия Никитина. Однако своевольное изменение выработанной программы исследования может привести к нежелательным последствиям, – вкрадчиво заметил Ли. – Именно поэтому возникла необходимость послать второго человека на Хоуп. Мы запускаем проект «Секунда», созданный под Валентину Новикову, которая была отобрана Экстаполяцией из числа предложенных кандидатур.

Разработку основной легенды для второго разведчика было решено предоставить Примусу, который лучше ориентировался в сложившейся ситуации на Хоуп. Валентине же нужно было усвоить свою задачу: стать нянькой, телохранителем, дисциплинирующим наставником и суровым контролёром Юрия Никитина, пытающегося нарушать правила и действовать на свой страх и риск.

Ни Ли, ни Анна не открыли своей студентке, насколько горячие споры развернулись при выборе её кандидатуры. В мире, где соблюдались равные права всех наций, приоритет участия в очень важном проекте Земли остался за двумя русскими курсантами. Окончательную точку поставил Ли, напомнив, что первыми мужчиной и женщиной в космосе были русские. И так как их тоже звали Юрий и Валентина, не стоит ломать хорошую земную традицию.

Старт с Памира.

Нельзя сказать, что Валентина не испытывала ни малейшего волнения, узнав, что ей предстоит путешествие на пепешке. Ведь за всё время обучения она только раз совершала учебный полёт на Луну, да и то на устаревшем раздолбанном гибриде «Челенджера» с «Бураном» в паре с Бьорном.

Однако программа подготовки была рассчитана таким образом, что у курсантки не оставалось времени на переживания. В течение двух недель она изучала материалы, собранные Примусом, и штудировала хоупянский язык, используя для лучшего запоминания камеру мягкого лингво-гипноза. Очень долго не давался отсутствующий в земных языках звук, немного напоминающий одновременно «н» и «й». Однако упорная гимнастика языка заставила и этот «тошнотик», как прозвала его измученная Валентина, покориться. Далее дело пошло значительно легче. Примус кропотливо собрал язык дворцов и помоек, от некоторых хоупянских изысков девушку сильно коробило. «Где его только не носило!» – то ли возмущалась, то ли восхищалась Валентина.