Елена Митягина – Поглощенные прогрессом (страница 6)

Хосе Ромарио тяжело вздохнул, недовольно посмотрел на Энни и произнес, понизив голос:

– Дорогая, я надеюсь, этот момент вырежут из телеэфира, – более тихим голосом произнес Хосе Ромарио. – Вы можете нагнать паники своими несдержанными высказываниями. Вам известно такое понятие, как эффект толпы? Если мы будем разжигать скандал вокруг произошедшего, могут возникнуть проблемы вселенского масштаба. Произойдет катастрофа. Не опережайте события, я и так сказал вам больше, чем имел права, и могу поплатиться головой за это интервью, поэтому надеюсь, что вы будете благоразумны в своих высказываниях и заявлениях.

После этих слов он посмотрел в камеру и продолжил уже более официально.

– Люди разучились жить без своих мобильников и электронной почты. У многих бизнес связан с интернетом, опять же финансовые биржи, торговля, перевозки… всего не перечислишь. Могут пострадать десятки тысяч…

– Хосе Ромарио, извините, что перебиваю. Этот вопрос, конечно, должен быть адресован не вам, но все же, – Энни слегка замялась, но привычка разводить собеседника на острые темы вылезла сама собой. – Как вы считаете, может ли это быть ознаменованием начала конца света? Сейчас все только и говорят об этом. Одна из версий причины апокалипсиса – компьютерный вирус.

– Я вас умоляю! О чем вы говорите! Вы верите в эту чепуху? Ответственно заявляю, – Хосе Ромарио устремил серьезный взгляд в камеру, – никакого конца света не будет! Все, что произошло во время испытаний в Вашингтоне, носит перманентный характер. Сейчас проблему решают лучшие мировые специалисты. Думаю, что в ближайшие часы все неполадки будут устранены.

Хосе Ромарио повернулся к Энни.

– На этом закончим, – сказал он. – Пожалуйста, выключайте свою камеру. Детка, я надеюсь, ты меня поняла насчет того, что не нужно нагнетать проблему. Все, что я сказал тебе про возможную катастрофу, должно остаться между нами с тобой и этой камерой. Ну и оператором твоим. Думаю, тебе не нужно объяснять это дважды. Разрешите вас проводить до выхода.

Директор испанского филиала ВЦУТ явно не умел располагать к себе людей. У Энни он вызвал противоречивые чувства. С одной стороны умный, солидный, серьезный, влиятельный мужчина, с другой – хамоватый тип с плохими манерами. Когда Энни выходила из его кабинета вслед за Карлосом, Хосе Ромарио попытался погладить ее по пятой точке. Энни вскрикнула от удивления.

– Что вы делаете? – возмутилась она.

– До встречи, детка. Было приятно познакомиться.

До чего мерзкий тип, подумала Энни.

– Интервью резать не будем. Выпустим в эфир в сыром виде, только сгладим пару моментов, – сказала она Карлосу, как только они покинули кабинет Хосе Ромарио. – Это будет сенсация, эксклюзив, который откроет миру правду. Мы можем быть первыми, кто сделает это. К тому же интервью с пометкой «не для широкой общественности» наиболее ценно.

– Ты настоящая сучка, – удивленно, но в то же время с улыбкой посмотрел на нее Карлос. – Он же и впрямь может лишиться занимаемой должности. А как же журналистская этика?

– Карлос, ты меня пугаешь. Ты сам-то журналист, или кто? Во-первых, мы с тобой работаем в независимом СМИ, и в подобных случаях должны сохранять хладнокровие. Во-вторых, он сам виноват в том, что проболтался. В-третьих, люди должны знать правду, произошла глобальная катастрофа, Карлос, это даже не падение самолета, это круче. Вся пресса, так или иначе, раздует скандал и сделает на этом деньги, а мы можем сделать себе на этом имя. Неужели в тебе нет честолюбия? Позволь напомнить, что сегодня ты герой, это ты первым обо всем узнал, тебе полагаются дополнительные почести. Значит так, сейчас мы находим, откуда позвонить в редакцию, главный редактор должен уже быть на месте. Сообщаем о том, что произошло и о том, что мы уже успели отснять, получаем дальнейшие указания, выполняем их и едем в редакцию. После сдачи материала я веду тебя на обед в любой ресторан, в который только пожелаешь.

– Договорились, только мы забыли один момент. Американские СМИ по любому уже обо всем пронюхали быстрее нас, у них есть круглосуточные телеканалы, скорее всего, информация уже просочилась в массы.

– Ох уж эта разница во времени, – вздохнула Энни. – Давай посчитаем. Если у нас все случилось под утро, значит в Америке – поздно вечером. У нас разница в шесть часов. В любом случае, даже если в эфир и выходили какие-либо подробности, все произошло ночью, когда и мы и они спали. В Америке еще ночь, они отстают от нас. Значит, мы можем все равно быть первыми. По крайней мере, в Испании. Карлос, прекрати быть пессимистом. Садись в машину, нам нужна больница или полицейский участок. Нам нужно позвонить.

Не смея протестовать воинственно настроенной коллеге, Карлос подчинился. Пока они ехали по улице, пытаясь найти, откуда бы позвонить в редакцию, Энни смотрела на спешащих на работу испанцев. Интересно, знают ли они о том, что произошло, думала она. Как случившееся повлияет на жизнь этих людей. А вдруг, она надумала себе катастрофу, масштабы которой сильно преувеличила. А что, если ее поднимут на смех коллеги и неудавшийся итог эксперимента американских ученых уже не имеет значения? Вдруг, связь уже восстановилась, пока все спали? Может, все было просто временной поломкой, как, к примеру, оборванные линии электропередач после грозы. Хоть последствия погодной стихии порой и приводят к неприятным последствиям, но все же поломки быстро устраняют, и системы вновь приходят в норму. Но верить в это Энни не хотела. В ее представлении мир уже полетел в тартарары, и наступило начало конца света.

– Эй, не спи, – толкнул ее в бок Карлос. – Нам обязательно нужна больница или полицейские? Круглосуточное кафе пойдет? Там должен быть телефон.

– Да, остановимся здесь.

– А почему бы нам просто не поехать в редакцию, не сдать материал и на месте не все обсудить с главным?

– Мы не должны терять времени. Не исключено, что редактор потребует, чтобы мы поехали на интервью к другим собеседникам, а если вернемся в редакцию – можем не успеть к утреннему выпуску.

Энни взяла в руки телефон и снова попыталась набрать номер Карлоса. Затем она попробовала позвонить Джоди в Лондон. Обе попытки оказались тщетными. Зайти в интернет с мобильника по-прежнему не получалось. Предположения Энни о конце света постепенно начинали сбываться, по крайней мере, в ее голове. В кафе, откуда они планировали связаться с редакцией, не смотря на ранний час, было людно. Компания за столиком возле окна допивала остатки вина, о чем-то громко дискутируя. Мужчина в кресле у барной стойки спал, запрокинув голову назад и открыв рот так, что по подбородку у него стекала слюна. Волосы его были сальными и торчали в разные стороны, Энни даже показалось, что он чем-то похож на персонажа из фильмов о людях «Икс» Росомаху. Старый потертый пиджак явно был велик своему хозяину на пару размеров, рубашка заляпана кетчупом. На столе валялся недоеденный гамбургер, рядом стоял полупустой стакан с прозрачной жидкостью. Энни подумала, что выглядит этот человек слишком неопрятно, и даже в подобные заведения, где публика не очень притязательна к внешнему виду, таких посетителей обычно не пускают. За угловым столиком сидел полицейский в компании ярко накрашенной девицы в дырявых колготках, но с идеально уложенной прической. Наверное, проститутка, подумала Энни, рассматривая ее, направляясь к бару. Девица, словно услышав ее мысли, повернулась и уставилась на нее. Энни смутилась и тут же отвернулась.

– Здравствуйте, нам нужно позвонить, у вас есть городской телефон? – спросила Энни у бармена за стойкой. – У нас не работают мобильные.

– У вас тоже? – удивленно посмотрел на нее бармен. – Я больше часа пытаюсь дозвониться жене, она как раз ночную смену в больнице заканчивать должна, но у меня не получается. Не соединяется и все. Вроде бы и деньги на счету есть, и батарея заряжена, а связи нет. Я даже каким-то беспомощным себя почувствовал. Видите вон того мужика, – он указал на спящего у бара посетителя. – Он пришел сюда пару часов назад, еле на ногах стоял. Я сначала, выгнать его собирался, но он уж больно умолял, чтобы я его оставил. Он высыпал из кармана мелочь мне на барную стойку и попросил чего-нибудь поесть. Там денег-то было, наверное, на упаковку от фаст-фуда, но мне его стало жалко, и я дал ему гамбургер со стаканом воды.

Энни с Карлосом переглянулись, не поняв, для чего бармен все это им рассказывает. Тот так увлекся, что, видимо, забыл про их просьбу позвонить.

– Так вот, о чем это я, – продолжил бармен. – Этот человек поел, поблагодарил меня, затем подошел вон к той компании молодых людей, и начал им что-то рассказывать. Они пригласили его сесть, угостили вином, а затем он им что-то такое сказал, что они вдруг громко засмеялись. После этого все разом достали из карманов телефоны, и принялись звонить. Лица у всех, я вам скажу, были озадаченные. Дальше они заказали еще бутылку вина и стали о чем-то задумчиво рассуждать. Этот странный мужчина встал, вежливо извинился за причиненное им беспокойство, и пошел спать в то кресло. Когда он проходил мимо барной стойки, то бросил мне такую фразу, от которой у меня по телу побежали мурашки. «Не забудь попрощаться с близкими. Конец уже рядом». Это бред, я понимаю, но почему-то стало так не по себе. Я принялся набирать жене, а телефон не работает.