Елена Михалёва – Да, мой король (страница 9)

– Моя прекрасная королева, – Ричард подошёл прямо к ней и поцеловал её руку.

Ему хотелось быть в другом месте и с кем-то другим, но Джо и вправду оставалась прекрасна, несмотря на поздний час и довольно простой наряд: персиковое платье с расшитым лифом, поверх которого она надела тёмно-серое сюрко с кружевной отделкой. Волосы королевы были уложены косами вокруг головы на манер короны, которую дополняла тонкая тиара с сапфирами и жемчугом. В ушах красовались сапфировые серьги из того же гарнитура. Никакого траура. Ни следа печали на лице. Только лёгкая усталость.

– Папа! – подбежавшая Гертруда незамедлительно оказалась у него на руках.

– Не думала вас сегодня увидеть, – Джования сдержанно улыбнулась и глянула на Ричарда с вызовом, пока все смотрели в пол. – Герти, где твои манеры. Не висни на отце. Ты уже большая.

Королева протянула руки, жестом заставляя Ричарда отдать ей дочь.

– Пусть виснет, сколько пожелает, – он поцеловал девочку в щёчку, а потом передал её матери. – Анна, моё маленькое солнышко. Ты хорошо сегодня кушала?

Король с ласковой улыбкой уделил внимание младшей дочери, которая весело лопотала на руках у няньки. Всё это время королева внимательно наблюдала за его действиями. Это не укрылось от Ричарда.

– Мой свет, тебе тоже нужно лечь пораньше и как следует отдохнуть, – он изобразил подобие примирительной улыбки, но Джо ответила холодным молчанием.

Ричард снова поцеловал девочек в щёчки и, пожелав всем доброй ночи, удалился в свои покои. Но облегчение он испытал лишь когда, наконец, оказался в постели. И всё же отдохнуть он не смог, как того хотел.

В спальне, помимо него самого, ночевал лакей. Тихий парнишка постелил себе у основания лестницы перед ложем. Впрочем, постелил не постель, а подобие коврика. И спать явно не собирался, а должен был тихонько бдеть на случай, если монарху вдруг что-то понадобится посреди ночи. Это ужасно смущало Шенборна. В Солверине он наслаждался приватностью и совершенно забыл о том, к чему привыкла знать в Атенлау.

Несмотря на усталость, сон так и не пришёл. Ричард ворочался с боку на бок, мучаясь бессонницей. Слишком много всего навалилось. Пережитое не давало уснуть. А следующий день обещал быть ещё сложнее. Ему предстояло обмануть весь большой совет короля. От этого мысли роились в голове, как безумные осы. Просторные покои казались душными и чужими. Будто бы даже дышать стало сложнее. Хотелось глотнуть свежего воздуха. И с каждой минутой это желание неотвратимо усиливалось.

В четыре часа утра совсем рассвело, и «король» сдался, поскольку отлежал бока, но так и не смог провалиться в сон даже на несколько минут. Поэтому он позвал задремавшего лакея.

Бедный парнишка не на шутку перепугался, когда пружиной вскочил на ноги. Он помог своему правителю одеться. Даже спросил, не нужно ли позвать лекаря. Но Ричард отказался. Вместо этого Шенборн направился в дворцовый сад на прогулку в сопровождении всё тех же шестерых стражников, дежуривших в коридоре.

Пение утренних птиц нарушало тишину самым уютным образом. На траве уже лежала роса. Весело журчали небольшие фонтаны. Пряная прохлада приятно освежала.

Оказавшись на природе, Ричард почувствовал себя лучше. Он несколько раз вдохнул полной грудью, чтобы мысли немного прояснились, а потом бодрым шагом углубился в сад. Вереница стражников молча потянулась за ним. Безусловно, это нарушило идиллию. Ричард фон Шенборн хотел бы побыть один на свежем воздухе. Но он прекрасно понимал, что для короля Вильгельма эта роскошь непозволительна.

Не прошло и четверти часа, как к нему внезапно присоединился Альберт.

Заспанный герцог Зоммерштерн нагнал его возле розария с дежурной улыбкой на устах. Вид он имел слегка помятый, да и дублет до конца застегнуть не успел. Явно очень спешил в сад на раннюю прогулку.

– Ваше Величество, доброго вам утра, – он низко поклонился. – Всё ли хорошо? Вы так рано поднялись сегодня.

– Доброе утро, милорд, – Ричард едва успел удержаться, чтобы не поклониться в ответ, и просто кивнул Альберту, а сам покосился на стражников. – Государственные дела не дали мне сегодня уснуть, увы. Слишком о многом нужно подумать.

– В таком случае, глоток свежего воздуха пойдёт нам обоим на пользу, – заверил его Альберт. – Вы не будете против, если я составлю вам компанию?

– Буду даже рад, – король сделал знак рукой своей охране, чтобы те немного отстали и не мешали разговору.

Они с герцогом двинулись дальше по насыпной тропинке, устланной мелкой круглой галькой пепельного цвета. Камушки приятно шуршали под ногами, пока они шли бок о бок, а сами неторопливо удалялись от стражников. Впрочем, те дали монарху фору лишь в двадцать шагов, а потом всё равно пошли следом.

– И кто же донёс, что я не сплю? – шёпотом спросил Ричард, не поворачивая головы.

– Лакей, – также шёпотом ответил Альберт. – Вы сами отдали приказ вчера, чтобы я временно занял должность маршала. Я отвечаю за вашу безопасность.

Герцог Зоммерштерн подавил зевок.

– Прошу простить за это неудобство, – сухо произнёс Ричард.

Они обогнули розарий и вышли к небольшому, круглому озеру с фонтаном посередине. На его глади распустились белые лилии и плавала пара лебедей. Завидев гостей, ручные птицы поплыли в их сторону. В надежде на раннее угощение, вероятно.

– Кстати об этом, – Альберт говорил едва слышно. – Вильгельм один никогда не разгуливал по саду. И уж тем более не вставал в такую рань. Вам нужно быть внимательнее к подобным вещам. Ведите себя осторожнее.

Шенборн молча кивнул.

Они медленно двинулись по тропинке вокруг озерца. Водная гладь серебрилась под первыми лучами солнца.

– Вчера я ходил к девочкам, – сказал «король». – Отец часто желал им доброй ночи, как я понял. Герти ждёт от меня того же.

– Да, почти всегда, когда он находился во дворце, – Альберт кивнул. – Это кажется верным, как для поведения отца, который чуть не лишился своих детей, так и для них. Они чувствуют, что нужны вам.

Герцог вдохнул прохладный воздух и передёрнул плечами.

– Бедные, славные крошки. Но это ещё не всё. Я отвечаю за них перед Избавителем. И эта обязанность ничуть меня не огорчает, в отличие от многих прочих. Я крёстный Герти, – Шенборн говорил совсем тихо, а сам нарочно громче зашуршал камушками на дорожке.

– Да, я помню, – на лице Альберта отразилась печальная гримаса. – Они мои племянницы всё же. Мне искренне их жаль. И сестру тоже. Она не показывает виду, но я знаю, что горе убивает её. А принцесса Маргарита и вовсе пребывает в состоянии шока. Поэтому я готов взять на себя любые хлопоты, лишь бы облегчить их жизнь. И помочь вам, милорд. Не забывайте о том, что можете на меня рассчитывать.

Ричард с благодарностью кивнул. Довериться герцогу полностью вот так сразу было сложно, но рассчитывать на его помощь Шенборн, пожалуй, решился бы в любом случае. Покуда они пребывали в одной лодке.

Альберт прочистил горло, глядя куда-то вдаль поверх кустов.

– Кстати о детях, – также тихо вымолвил он, а потом перевёл взгляд на Ричарда и со всей деликатностью произнёс: – Вы не находите, что дела обстояли бы куда проще, если бы у Хальбургов был законный наследник? Королева тогда могла бы оставаться при нём регентом до достижения отроческого возраста.

– И положение нашей семьи не было бы столь шатким, – отозвался Ричард. – Но, увы, есть лишь две принцессы.

Глаза герцога прищурились.

– Так почему бы не завести наследника? – шепнул он, подавшись к Шенборну. – И желательно с этим поспешить.

«Король» ответил несколько растерянным взглядом. Безусловно, в словах Альберта заключался резон. Но Джования… Ричарду казалось, что она выцарапает ему глаза, едва он приблизится к ней. А никому иному сие таинство доверить было просто невозможно. Даже если бы у неё имелся фаворит, посвящать его в курс дела нельзя. И уж тем паче заводить неизвестно на кого похожего сына.

– Королева вряд ли одобрит это решение, – пробормотал Ричард. – Сами говорите, она убита горем. Едва ли она готова на… нечто столь щекотливое.

И всё же он невольно представил Джо в своих объятиях. Такую молодую, яркую и темпераментную женщину с золотыми волосами и пронзительными глазами цвета летнего неба. Невероятно неприступную и вместе с тем соблазнительную. В иной ситуации Шенборн бы даже не допустил фантазий о королеве, но речи Альберта заставили его позволить себе несколько весьма крамольных образов. В них на Джовании из виденного им накануне наряда осталась лишь тиара с сапфирами и жемчугом.

Он прогнал эти видения быстрее, чем герцог Зоммерштерн заметил какие-либо перемены в его лице.

– Я поговорю с сестрой и приведу доводы, – заверил Альберт. – Не думайте об этом пока. Займите разум утренним советом.

– Поверьте, герцог, моя голова полна именно этими мыслями до краёв, – Ричард вздохнул.

Он лукавил совсем немного.

– Исключено.

Джования Августа Хальбург обожгла брата возмущённым взглядом.

Альберт явился в покои сестры ещё до завтрака. Одет он был парадно и уже полностью готов сразу после трапезы в узком семейном кругу удалиться на королевский совет. При себе герцог имел толстую кожаную папку, перехваченную двумя ремешками с гербом Атенлау на каждом.

Его сестра сидела перед зеркалом. Она уже выглядела безупречно в тёмно-синем платье с белыми расклешёнными рукавами, но продолжала доводить сложную причёску до состояния совершенства. Её золотые локоны оплетали королевскую диадему с топазами самым причудливым образом. Конечно, Джования не сама сотворила эту причёску, а королевский цирюльник (тот самый, который причёсывал Ричарда и стриг его бороду, он же был одним из немногих людей, косвенно посвящённых в тайну Хальбургов). Но покуда Альберт попросил выйти всех служанок и фрейлин, чтобы они с Джо остались наедине для разговора, королеве пришлось самой вносить последние штрихи в свой облик.