Елена Мельникова – Мифология викингов. От кошек Фрейи и яблок Идунн до мировой бездны и «Сумерек богов» (страница 3)
Сохранение исторической памяти имело большое значение для исландского общества: она объединяла переселенцев и стала одним из главных слагаемых в создании его идентичности. В первую очередь это была память о дохристианском прошлом: как о деяниях предков, так и об их верованиях и обычаях. Конечно, в XIII–XIV вв. все исландцы были христианами уже не в первом поколении, и момент принятия христианства на альтинге 1000 г. служил точкой отсчета «нового времени». Однако языческое прошлое не порицалось и не отвергалось: оно воспринималось как естественная часть жизни предков, и потому память о нем продолжала сохраняться в устной, а затем и в письменной форме. Языческие обряды и ритуалы осуждались церковью, и авторы саг избегают рассказов о них, как и упоминаний языческих богов, но временами – когда этого требует сюжет – сообщают и о некоторых ритуалах (например, во время пиров), и о святилищах (например, о святилище, построенном первопоселенцем Торольвом: см. главу 8), и о богах (например, об «идоле» Тора: см. главу 9). Трудно сказать, насколько точно устная традиция донесла до писателей XIII в. языческие верования и обрядность, однако археологические исследования последних десятилетий подтверждают многое из рассказанного в сагах.
Сохранялось в обществе и знание мифов о богах языческого пантеона. Это знание, с одной стороны, было частью культурного наследия исландцев и как таковое высоко ценилось. С другой стороны, оно поддерживалось скальдической поэзией, поскольку значительная часть кеннингов основывалась на мифологических сюжетах и понимание кеннинга, а значит, и всего стиха требовало от слушателей свободного владения этими сюжетами. Например, кеннинг «волосы Сив», обозначавший «золото», актуализировал миф о том, как карлики изготовили золотые волосы для Сив, жены Тора, а кеннинг «владелица кошек» относился к богине Фрейе: ее повозку везли кошки. Поэтому языческая мифология, в отличие от обрядности, оставалась актуальной и востребованной и в христианское время.
Codеx Regius «Старшей Эдды», 1270-е гг.
Общественный интерес к мифологии проявился прежде всего в записи мифов, существовавших в устной традиции, видимо преимущественно (или исключительно) в стихотворной форме. Большинство мифологических песней вошло в рукопись, которая была названа Codex Regius («Королевский кодекс»). Она написана в 1270-е гг., но, по общему мнению, является копией более ранней рукописи или рукописей. Во всяком случае, к 1220-м гг. запись хотя бы некоторых из мифологических песней уже существовала: их использует и обильно цитирует Снорри Стурлусон в своем учебнике скальдической поэзии (см. ниже). Codex Regius содержит 31 песнь, из которых 10 посвящены мифологическим сюжетам. Часть из них, а также еще пять песней сохранились в других рукописях. Все они, вместе с песнями о героях из Codex Regius, получили в науке название «Старшая, или Поэтическая Эдда» (происхождение слова
Наиболее известна и ценна для изучения древнескандинавской мифологии песнь, которую Снорри Стурлусон называет «Прорицание вёльвы» (Vǫluspá), – под этим названием она известна и ныне. Песнь, как полагает большинство исследователей, возникла в Х в., и к XIII в. существовало несколько ее вариантов, хотя и не сильно отличавшихся друг от друга. Это полное драматизма произведение рисует грандиозную картину истории мира от его возникновения до гибели и последующего возрождения. Прорицательница-вёльва, разбуженная Одином, повествует о том, что она видела в начале времен, что помнит о «золотом веке» богов и что провидит в будущем. В этой песни в сжатом виде изложены фундаментальные для любой мифологии космогонический и эсхатологический мифы. Другие мифы – о деяниях богов, известные нам по другим источникам, – упоминаются в ней лишь отдельными намеками. Более подробно излагаются мифы о событии-прецеденте: первой в мире войне, первом нарушении клятвы, первой смерти (среди богов).
Другая песнь, в основном посвященная космогонии и устройству мира и также датируемая Х в., – «Речи Вафтруднира». Она, как и другие эддические песни, обсуждающие мировой порядок, по своей форме представляет состязание в мудрости (т. е. знании природы вещей). Один и великан Вафтруднир, знаменитый своей мудростью, по очереди задают друг другу вопросы о происхождении мира и отвечают на них. Главное содержание песни заключается в сообщении мифологических сведений о мире, его прошлом и будущем. Песнь существенно дополняет «Прорицание вёльвы».
Третья эддическая песнь, представляющая большую ценность для изучения мифологии, – «Речи Гримнира» – в монологической форме излагает представления об устройстве мира богов – Асгарда. Мифологические сведения включены в ней в повествовательный контекст. Песнь предваряет прозаическое вступление, которое объясняет поездку Одина, назвавшегося Гримниром, к конунгу Гейррёду. Вместе со своим старшим братом, десятилетним Агнаром, Гейррёд во время рыбалки был унесен в море. Выброшенные на берег, братья попали в дом к старику и старухе (Одину и его жене Фригг), которые заботились о них всю зиму. Гейррёда опекал Один, а Агнара – Фригг. По совету Одина, приплыв к дому, Гейррёд оттолкнул лодку с братом в море и вернулся домой один. После смерти отца он стал конунгом. Агнар же оказался в мире великанов. Однажды Один и Фригг обозревали миры и увидели Гейррёда и Агнара. Один похвастался, что его питомец сидит на троне конунга, тогда как Агнар «народил детей с великаншей в пещере». Обидевшаяся Фригг оклеветала Гейррёда: якобы он скуп на еду и морит голодом гостей – недостаток, непростительный для конунга. Один собрался проверить, так ли это, а Фригг отправила к Гейррёду посланца с сообщением, что к нему придет могучий колдун, который своими чарами может причинить много вреда. Когда Один пришел в землю Гейррёда, его тут же схватили и привели к конунгу. Но Один, назвавшись Гримниром, отказался отвечать на его вопросы, и Гейррёд приказал посадить пришельца между двух костров, чтобы их жар заставил его заговорить. Один провел восемь дней без еды и питья, и его плащ начал тлеть от огня. Сын Гейррёда дал гостю напиться, и тогда Один начал повествование об Асгарде, жилищах богов, мировом древе Иггдрасиль, а затем перечислил имена, которыми он назывался в разное время. Заканчивает свою речь Один заклинанием, которое должно обречь Гейррёда на смерть от меча, и называет свое истинное имя. Услышав это, Гейррёд вскочил, чтобы оградить Одина от огня, но споткнулся, упал на острие меча и умер. Один исчез, а сын Гейррёда стал конунгом. В песни фактически соединены два самостоятельных сюжета: прозаическое сказание о Гейррёде и стихотворное изложение сакрального знания (54 строфы). Рассказ о Гейррёде и Агнаре основывается на известном фольклорном сюжете о соперничестве двух братьев. Поэтическая часть разнородна: наряду с описанием Асгарда (строфы 4–24) и Иггдрасиля (25–26, 31–36), она включает перечни (тулы) рек (27–29), коней богов (30), имен самого Одина (46–50), а также ряд разрозненных упоминаний о различных мифологических предметах и существах. Возможно, что поэтические части были ритуальными текстами. Предполагается, что поэтическая и прозаическая части разновременны и их соединение произошло довольно поздно. Иные объяснения поэтической части связывают ее с шаманистскими обрядами, например помещение Одина между двух костров. Но как ни толковать происхождение и структуру песни, она содержит важные дополнения, касающиеся мифологического пространства и его организации, а также космогонии.
К песням, излагающим сакральное знание, примыкают «Речи Альвиса». Тор требует от карлика Альвиса («Всезнающего»), сосватавшего дочь Тора в его отсутствие, перечислять, как называются различные природные явления на языке богов, людей, альвов, карликов, великанов, и задерживает Альвиса до рассвета. С первыми лучами солнца карлик превращается в камень. Песнь обычно датируется серединой XII в.
Вторую группу песней о богах «Старшей Эдды» составляют мифы, повествующие о деяниях богов: добывании ими ценных предметов и борьбе Тора с великанами. Это по преимуществу этиологические мифы: их цель – объяснить происхождение материальных и культурных ценностей. Главными добытчиками этих ценностей являются Один и Тор. Ценой тяжелых испытаний Один приобретает магическое знание и узнает заклинания, овладевает медом поэзии и тайной рун. Тор возвращает богам похищенные великанами предметы, в том числе свой собственный молот Мьёлльнир, или отбирает у них нужные богам предметы, например огромный котел для варки пива. Один – властвует в духовной и культурной сферах, Тор – в материальном мире. Среди этой группы мифов выделяется миф о смерти Бальдра, о котором кратко говорится в «Прорицании вёльвы», а одному из эпизодов мифа – поездке Одина в царство мертвых, чтобы узнать судьбу сына, – посвящена песнь «Сны Бальдра», не вошедшая в Codex Regius. Полностью миф пересказывается только Снорри Стурлусоном в «Младшей Эдде».
Содержание многих других мифов известно нам из еще одного важнейшего для изучения древнескандинавской мифологии произведения – «Младшей, или Прозаической Эдды», написанной, как полагают, Снорри Стурлусоном в первой половине 1220-х гг. Книга предназначалась для скальдов в качестве учебника скальдической поэзии, объясняющего виды скальдического стиха, а также значение кеннингов. Особое внимание Снорри уделяет кеннингам, восходящим к мифологическим сюжетам и образам, возможно, потому, что их значение начало забываться, а поэтика скальдического стиха требовала их применения. Главным источником Снорри, наряду с устной традицией, были эддические песни, прежде всего «Прорицание вёльвы», «Речи Вафтруднира» и «Речи Гримнира», которые он обильно цитирует.