Елена Мартынова – Маячки (страница 1)
Елена Мартынова
Маячки
Сентиментальные истории – смешные и грустные – случившиеся на самом деле.
Мне кажется, что человеческая жизнь напоминает ожерелье, на нитку которого, будто бусины, нанизываются события. В их сочетании не сразу замечаешь закономерность: узор проявится только на расстоянии.
Что из прошлого останется в памяти? Услышанные где-то разговоры, смешная или трагичная ситуация из жизни; истории подруг и случайных попутчиков? Все это – маячки, которые освещают мир вокруг, указывают путь или просто заставляют задуматься.
Именно такие рассказы собраны в этой книге.
Подслушанные диалоги
Кельвин – не по батюшке – Кляйн
Врываюсь в аптеку вместе со струями ледяного осеннего ливня.
Девять вечера, и я, видимо, последний посетитель.
У прилавка как-то странно мнется на редкость симпатичный парень со спортивной сумкой через плечо. Мышцы-мышцы-мышцы, все это высокое и облепленное мокрой одеждой.
Было понятно: человек в свое тело вложился. И, судя по вылезающей из джинсов бирке, для чего-то там берег свой «Кельвин Кляйн». (Спойлер: не уберег. Но об этом дальше.)
Все это мокрое великолепие так смущенно жалось к прилавку, что сначала я, прости господи, подумала, что у Кельвина диарея.
Он явно хотел, чтобы их с пожилой аптекаршей оставили наедине.
А я не могла, потому что дождь лил стеной.
Сделала противозачаточное лицо и с сосредоточенным видом уставилась в витрину со средствами от глистов. Смотри, мол, парень, у тебя не самые страшные проблемы в жизни!
Кельвин Великолепный покраснел и принял еще более страдальческий вид.
Я демонстративно достала из сумочки беспроводные наушники.
Спортсмен выдохнул и загробным голосом протараторил продавщице: «Мне-бы-что-нибудь-от-простатита-посильнее».
Но тетка была советской закалки и, видимо, не в настроении, поэтому переспросила:
– От прос-та-ти-та? Говорите громче!
Парень сжался, как тот простатит. Мне даже в наушниках стало неловко (они, кстати, не работали).
– От простатита, да. Посильнее.
– Вот. – Тетка швырнула цветную пачку через прилавок.
– Нет, я же говорю: посильнее. Я у вас позавчера был, девушка мне предлагала. За четыреста с чем-то рублей антибиотики.
– Так. Рецепт есть у вас?
– Нет. Но мне надо. Правда. Очень.
Аптекарша закатила глаза и нудным голосом протянула:
– Антибиотики без рецепта не отпускаем.
Кельвин на глазах сдувался в размерах. Я разрывалась от сочувствия, но всем видом старалась его не выдать, чтобы не смущать парня еще больше.
– Ну я же был позавчера. Девушка, ваша сменщица, мне предлагала.
– Вот и покупайте у сменщицы. Она завтра будет, – поджала губы дама.
«Цистита на тебя нет», – внутренне выругалась я. Мы тут, понимаешь, всей нацией боремся за повышение рождаемости, а она ценный генофонд в прямом смысле сливает в лужу.
Мужчина переступил с ноги на ногу. В кроссовках красноречиво хлюпнуло.
У меня от этого звука что-то свело в зоне несуществующей простаты. Продавщица была непреклонна:
– Нет рецепта – нет таблеток!
Кельвин вздохнул. Внимательно на нее посмотрел.
– Скажите, у вас есть зять?..
Женщина даже не моргнула. С тем же успехом можно было спросить ее о чупакабре или встрече с йети.
– Может быть, сын?
По ее лицу было видно, что броня дала трещину. Аптекарша нахмурилась. Фыркнула. И швырнула парню пачку антибиотика.
Он вежливо сказал «спасибо» и расплатился.
Пока я покупала пребиотик (нет, точно не таблетки от глистов), продавщица почему-то начала оправдываться:
– Какие хилые у нас парни пошли! Конечно, дети-то у него красивые будут… Если вылечится. Тут ведь не знаешь, что у него на самом деле. У кого бронхит, у кого ковид, у кого простатит. И все антибиотики просят. Хоть бы не зря дала-то.
Так что, Кельвин! Простите уж, что не по батюшке, а по трусам к вам обращаюсь. Но вы поняли, да? Вы, пожалуйста, когда вылечитесь, загляните к той тетеньке за витаминами или чем еще. Желательно с девушкой.
Она, наверное, должностное преступление совершила ради ваших будущих детей.
Немного о сексуальных лопатках
– Было?! Ну, было? – громко шепчет какой-то парень мне в ухо, пока на светофоре через дорогу горит красный. Июль, полдень, воскресенье – и столпившиеся на пешеходном переходе взмокшие прохожие наступают друг другу на пятки.
Я не успеваю подпрыгнуть от неожиданности, как другой молодой голос раздраженно выдыхает в затылок: «Блин, отвали!»
– Нет, ну было? Ну что ты как… А?
К этому моменту я понимаю, что парни лет по шестнадцать-семнадцать говорят между собой, и я тут, слава богу, ни при чем. Если бы люди, как собаки, могли прижимать уши к голове, то одно из моих сейчас точно так и сделало бы. А второе любопытно насторожилось.
– Ну, было… – неохотно выдыхает второй голос.
– И-и-и? – любопытствует первый.
– Ну, ничо. Непонятно.
– Это как?
– Говорю же тебе: непонятно, – озадаченно продолжает его друг.
Я тем временем вижу, что сейчас загорится зеленый.
– В общем, она мне потом смску написала. Типа… пишет: «У тебя сексуальные лопатки».
Смущенно кашляет. Людской поток вместе со мной и голосами за спиной выходит на пешеходный переход.
– И все? И что это значит?
– Блин, да не знаю я! Сексуальные лопатки – фигня какая-то! Кто так говорит-то?
– Гхм… – хрюкает сосед. И тут же жеманно поет: – Ваши бы лопатки да в мою кроватку-у-у… Вот как она хотела сказать. Ну все, запала, я тебе точно говорю!
И два молодых коня гогочут мне в оба уха. Я притормаживаю и, чуть замедлив шаг, пропускаю «сексуальные лопатки» вперед. Они гордо топорщатся под футболкой на немного сутулой спине. «Ваши лопатки, как крылья куропатки», – само собой приходит на ум. Недоуменно качаю головой. И понимаю, что то же самое делает сейчас пожилая женщина рядом со мной. Встречаемся с ней взглядами, и она фыркает с легкими нотками ностальгии и зависти в голосе:
– Вот молодые дураки-то!
Женщина непреклонного возраста
Был конец марта, суббота.