Елена Малиновская – Ведьминский факультет. Книга вторая. Котел невезения (страница 22)

– И плохо, что к семейству Дуггеров он все-таки нагрянул, – меланхолично добавила Аспида.

Я похолодела от услышанного.

Адриан побывал у них? Собственно, понятно, почему он ринулся меня туда искать. Как-никак, но он знал, что Ларс накануне сделал мне предложение. Наверное, ревность взыграла.

– Надеюсь, он ничего у них не натворил? – спросила я обеспокоенно.

– Ну как сказать, – протянул Морок, весь лучась от непонятного удовольствия.

Я напряглась еще сильнее.

Ох. Морок так радуется, что понятно без слов: что-то там произошло.

– Что он сделал? – с неподдельной тревогой воскликнула я.

– Успокойся, – Аспида чуть сильнее обвила мое запястье, словно пыталась остановить нарастающую панику. – Никто не пострадал. – Запнулась и добавила почти беззвучно: – Физически.

– О да, – мечтательно протянул Морок. – Он просто заявился к ним в самый разгар ужина. Ведь у твоей семьи им так толком поесть и не удалось. Благо, что Адриану хватило ума не вваливаться в драконьем облике. Иначе без масштабных разрушений дело точно бы не обошлось. Вместо этого он ворвался к ним в гостиную через портал. И произвел, скажу я тебе, воистину неизгладимое впечатление.

Я прикрыла глаза, пытаясь представить эту картину. Благопристойное, чопорное семейство Дуггеров, их стерильно чистая гостиная в пастельных тонах… И вдруг – сильнейший порыв ледяного ветра, распахнувшийся без предупреждения портал и разъяренный лорд в центре комнаты.

По вполне понятным причинам я не питала особо добрых чувств к этому семейству. Уж больно много крови они мне попортили за последнее время. Но невольно испытала укол сочувствия к бедолагам.

– Он им что-то сказал? – полюбопытствовала я.

– Да не особо много. – Морок фыркнул от сдерживаемого с трудом смеха, хотя лично я не видела ничего забавного в этой ситуации. – Постоял, окинул всех полыхающим от гнева взглядом. Знаешь прекрасно, как он умеет смотреть. Так, что под землю готов провалиться, лишь бы тебя не испепелили в следующую секунду. Затем воззрился на бледного, как полотно, Ларса, схватил его за грудки и как завопит: «Она здесь?» Тот, понятное дело, только мычать и головой трясти мог – до того струхнул. Благо еще, что портки не обмочил. Тогда твой ненаглядный Адриан развернулся, заклятьем огненным шарахнул по камину, да с такой силой, что полка над ним обрушилась, а следовательно, на пол полетела вся коллекция фарфоровых статуэток, которые Магда много лет собирала. Естественно, все вдребезги разлетелось.

– Адриан, не со зла, конечно, так сделал, – поторопилась подать голос в защиту хозяина Аспида. —Он просто пытался таким образом по несчастному семейству не шандарахнуть. Так сказать, нашел выход для душившей его ярости. Более того, уверена, что, остынув, он возместит им ущерб.

– Возместит, – согласился с ней Морок. Тяжело вздохнул и недовольно обронил: – И очень зря сделает. Но, впрочем, не суть. Затем Адриан сказал им на прощанье: «Считайте, что вам повезло». И исчез.

Я представила потрясенное лицо госпожи Дуггер, которой довелось увидеть уничтожение своего драгоценного фарфора, и сдавленно выдохнула:

– С одной стороны, это ужас полнейший. С другой… демоны, наверняка это было эпично!

– Очень эпично, – хором согласились со мной Морок и Аспида.

Надеюсь, что все увиденное в должной степени испугает Магду, и она побоится обнародовать расписку моих родителей. Кстати, еще одна проблема на мою голову.

Морок издал странный булькающий звук, как будто хотел рассмеяться, но вдруг передумал и закашлялся.

Я кинула на него взгляд, преисполненный подозрений, но кот усердно начал намывать морду лапой, сделав вид, будто это занятие сейчас занимает его больше всего на свете.

Ох, темнит он что-то! Уверена, задумал какую-то очередную пакость.

– Морок… – начала я с нажимом.

И тут же затихла, потому что Адриан рядом неожиданно пошевелился. Потянулся и резко распахнул глаза.

Его взгляд был ясным, без следа недавнего безумия, но в нем плескалась буря иных эмоций. Облегчение и какое-то еще чувство, от которого у меня внезапно перехватило дыхание.

Он уставился на меня, не моргая, словно боялся, что я исчезну, если он хоть на миг отведет взгляд.

– Ты, – прохрипел Адриан. Голос его был низким, с густой хрипотцой. – Ты здесь.

Это прозвучало не как вопрос, а как констатация факта, смешанная с немым укором.

«А где же еще мне быть?» – чуть не ляпнула я. Но торопливо прикусила язык.

Не лезь на рожон, Габи! Адриан вроде бы пришел в себя. Однако кто знает, полностью ли миновало действие эликсира. По крайней мере, выглядит он слегка оглушенным.

– Здесь, – удовлетворенно повторил Адриан.

Вскинул руку, наверное, желая погладить меня по щеке.

Но сделал это настолько резко и без предупреждения, что я инстинктивно отодвинулась, прижалась к изголовью. Сердце подскочило к горлу и затрепыхало там в испуге.

Адриан замер. Его рука зависла в воздухе, пальцы медленно сжались в кулак. В глазах – не гнев, нет… скорее боль. Глубокая, почти животная. Такая, что я почувствовала ее даже сквозь собственный страх.

– Прости, – выдавил он хрипло, опуская руку. – Я… я не хотел тебя напугать.

Я молчала, настороженно наблюдая за каждым его движением.

Так и не дождавшись от меня никакой реакции, Адриан медленно поднялся, опершись на локоть. Одеяло сползло, обнажив мощную линию плеч и торса, скрытых под тонкой тканью шелковой рубашки. В свете утра он казался одновременно и могущественным, и беззащитным.

Затем он порывисто отвернулся от меня, но я заметила, как напряглась его челюсть, как дрогнули веки. Чуть помедлив, Адриан сел на край кровати, спина прямая, будто высечена из камня, но плечи – понуро опущены. Не лорд, не дракон… просто человек.

– Я очень виноват перед тобой, – выдохнул так тихо, что я скорее угадала слова, чем услышала их.

Первым моим порывом было податься к нему. Прильнуть со спины, обнять крепко-крепко. Потому что в этот миг я ему сразу же все простила. Даже эту ужасную ночь, полную страхов. Даже то, как долго Морок вел меня дорогой теней, запутывая наши следы.

«Стоять! – коротко приказала Аспида. – Габи, не торопись. Пусть говорит дальше».

– У меня до сих пор болит душа, когда я вспоминаю, что ты сбежала.

В голосе Адриана неожиданно промелькнула тень претензии, и я тут же разозлилась.

– А что мне оставалось делать? – вырвалось у меня. – Ты был не ты. Ты смотрел на меня не как на человека, как на добычу. Как на вещь, которую нужно заполучить любой ценой. Я видела, что с тобой делает этот эликсир, Адриан. И не хотела стать частью этого безумия.

Адриан словно нехотя обернулся. На дне его глаз горел непонятный огонек. И я никак не могла разгадать его природу. Как будто он одновременно и злился, и радовался.

– Я никогда и никому не говорил такого, – медленно продолжил он, тщательно выверяя каждое слово. – Но мне… стыдно.

«Не прерывай его! – отрывисто приказала Аспида, уловив мое желание вновь перебить его. – Габи, не смей. Ему необходимо выговориться. И тебе надо услышать то, что он хочет сказать. Поверь, во второй раз он не посмеет завести разговор на столь тяжелую тему.

– Ты думаешь, я не помню, как смотрел на тебя? Как говорил? Как…

Адриан вдруг замолчал, провел ладонью по лицу, будто пытался стереть воспоминания.

Я не торопила его с продолжением. Хотя, что скрывать очевидное, каждая секунда его молчания длилась для меня настоящей мучительной вечностью.

– Габи, я бы скорее сам себя сжег дотла, чем причинил тебе боль, – наконец, прошептал он. – Я знаю, это слабое оправдание, а возможно – и не оправдание вовсе. Потому что эликсир пробуждения не сделал из меня иного человека. Он, скорее, показал, каким я могу быть… Точнее, какой я есть. Там в самых темных глубинах разума и сознания. Но поверь: то чудовище никогда более не вырвется на волю.

«Свежо предание, да верится с трудом».

И эту не в меру насмешливую фразу я мудро проглотила, так и не дав ей сорваться с губ.

– И все же… – Адриан сделал паузу, глядя прямо мне в глаза. Негромко завершил: – Даже в том полубезумном состоянии я знал одно: ты – моя. Не потому что ослеп от желания. А потому что… ты просто моя.

Я почувствовала, как Аспида на моем запястье напряглась, в голове прозвучал ее удовлетворенный смешок, неслышимый никому более. Морок внезапно очень заинтересовался происходящем в окне, всем своим видом показывая, что не обращает на нас ни малейшего внимания.

Адриан очень медленно и осторожно, как будто опасался вспугнуть меня, опять протянул руку. На сей раз я не отпрянула. И он ласково прикоснулся подушечками пальцев к моей щеке. Убрал растрепавшиеся после сна волосы назад.

– Габи.

Глаза Адриана сейчас пылали подобно двум звездам. Столько света в них было. Но не того, обжигающего и злого, как накануне. А теплого и согревающего.

– Ты простишь меня?

– Я даже не злилась на тебя толком, – честно призналась я. – Лишь на твоих родителей.

Адриан ощутимо помрачнел после моих слов. Уголки его губ раздраженно дернулись вниз, но почти сразу он с принуждением улыбнулся.

– Не надо о них, Габи, – попросил он. – Пожалуйста. Поверь, с ними у меня будет отдельный разговор. И очень серьезный.

Разговор? Как будто он не беседовал с ними после того раза, когда лорд Ветарий Комптон пытался убить меня. Похоже, его родители просто не понимают слов.