Елена Малиновская – Уж замуж… Так и быть! (СИ) (страница 46)
– Подожди! – взмолился Джестер, не поспевая за полетом моей мысли.
Я послушно замолчала и широко улыбнулась, глядя на него безмятежным взором.
– Но это же я попросил у короля развода! – раздраженно фыркнул Джестер. – А не Летисия.
– Зачем об этом кому-нибудь знать? – Я легкомысленно пожала плечами.
– Как зачем? – возмутился Джестер. – Но тогда получается, что… что…
Замялся, силясь правильно оформить мысль и не обидеть тем самым Летисию.
– Ведь тогда все решат, что это я бросаю Джестера, – подхватила Летисия, которая смотрела на меня круглыми от изумления глазами. – Тогда как в реальности все наоборот.
– Вот именно! – Я назидательно вздела указательный палец. – Летисия, ты станешь героиней. Своего рода легендой. Женщиной, которая не побоялась пойти против семьи ради справедливости. Более того, той, кто бросит вызов многовековым традициям вашего мира. Уверена, многие захотят назвать дочерей твоим именем. И даже более того: не пройдет и года, как ты выйдешь замуж опять. Но теперь за такого мужчину, который будет уважать тебя и любить. И которого ты полюбишь всем сердцем.
Мою восторженную речь оборвало осторожное покашливание Джестера.
– Лариса, – проговорил он скептически, – я, к сожалению, не могу поддержать твое воодушевление. Потому что в этом случае уже я буду выглядеть в глазах общества как неудачник, которого бросила жена.
– Напротив. – Я лукаво покачала головой. – Джестер, представь, что будет, если ты объявишь сейчас о разводе с Летисией. Более жестокого поступка представить практически невозможно. Ты ведь давал клятву быть с ней в радости и горести. А в итоге оставляешь в самый тяжелый момент жизни. У тебя и без того хватает недоброжелателей. Наверняка у Этана осталось достаточное количество сторонников. Они вряд ли рискнут выступить в его защиту открыто, но вот нервов слухами и сплетнями подпортят знатно. Тем более учитывая то, что о вашей вражде лишь ленивый еще не посудачил. А так ты сделаешь ход конем…
– Что? – перебил меня Джестер, который сосредоточенно морщил лоб, слушая мои рассуждения. – Какой еще ход и каким конем?
– Так говорят в моем мире, – пояснила я. – Когда кто-нибудь совершает неожиданный поступок, в корне меняющий весь расклад дела в лучшую сторону.
– Ход конем, стало быть… – пробурчал Джестер, по-прежнему хмурясь.
А вот Летисия, напротив, с нескрываемым облегчением перевела дыхание, видимо, поверив наконец-то, что никто ей угрожать не собирается. От слез в ее глазах не осталось и следа, более того, на губах затеплилась слабая улыбка.
Ладно, самая пора прибегнуть к тяжелой артиллерии. И я накрыла руку Джестера своей ладонью. Придвинулась к нему ближе, защебетав:
– Милый. Ты ведь мужчина. Сильный, благородный, щедрый. Неужели тебе не жалко Летисию? Да, если все сделать так, как я говорю, то она выйдет настоящей победительницей. Несломленной, гордой, заслуживающей счастья. Но и ты на этом фоне будешь выглядеть выигрышно. Никто не посмеет упрекнуть тебя в жестокости к бывшей жене. А когда выяснится, какое содержание ты ей оставил, то все поймут, насколько ты благороден.
– Содержание? – не удержавшись, воскликнула Летисия. – Джестер, ты собираешься оставить мне содержание?
– Конечно, собирается! – выпалила я, не дав Джестеру открыть и рта. – Летисия, на твою судьбу выпало столько испытаний! Будет справедливо, если ты начнешь жизнь заново. С чистого листа.
На последней фразе мой голос едва уловимо задрожал. Чуть-чуть изменил тембр, и Джестер сразу же насторожился. Помрачнел, подарив мне суровый предупреждающий взор.
Я в ответ лишь мило захлопала ресницами. Понимаю, что не очень хорошо использовать дар темной ведьмы. Особенно в присутствии главного инквизитора страны, который вот-вот станет вообще главой всей инквизиции. Но уж больно момент удачный.
– Знаешь, а ты, наверное, права, – в этот момент задумчиво протянула Летисия, и я улыбнулась шире, осознав, что рыбка заглотила наживку. – Я действительно хочу начать все с чистого листа. И точно не в этом городе, где у меня столько знакомых. Аж тошно, когда подумаю обо всех этих шепотках за спиной. В лицо будут сочувствовать, а на самом деле… К тому же на приемах мы наверняка будем постоянно сталкиваться. Да, врагом я тебя не считаю, более того, благодарна за многое. Но стравливать нас начнут все, кому не лень. Просто так, ради забавы. Да и не люблю я Мефолд. С этим городом у меня связано слишком много дурных воспоминаний.
Надолго задумалась, уставившись отсутствующим взором куда-то поверх моей головы.
Я затаила дыхание от жадного нетерпения. Ну же, Летисия! Давай! Не хотелось бы еще раз воспользоваться ментальной магией. Джестер и без того на меня уже волком смотрит.
– Да, я так и поступлю. – Лицо Летисии вдруг озарилось надеждой. – Я уеду из Мефолда. Всегда мечтала жить около моря. В каком-нибудь небольшом городке, утопающим по весне в цветах. Так будет лучше всего и для меня, и для вас.
– Неплохой выбор, – поддержал ее Джестер. – Я помогу тебе купить там дом. Если необходимо, буду сопровождать тебя в поездке…
– Не надо, – оборвала его Летисия. – Джестер, прости. Но лучше нам больше никогда не видится. Ты неплохой мужчина. И за многое я тебе искренне благодарна. Но меньше всего на свете я хочу наблюдать за твоим семейным счастьем. Полагаю, ты меня понимаешь.
– Понимаю, – негромко обронил Джестер.
– Я слишком долго и слишком сильно зависела от тебя, отца, других мужчин. – Летисия изогнула губы в горькой усмешке. – Хватит. Моя новая жизнь будет по-настоящему новой. Без приветов из тех времен, когда я была так несчастлива.
На этот раз Джестер промолчал.
Какое-то время в комнате царила тишина. Летисия молча смотрела на меня, и почему-то я была твердо уверена в том, что у нее все получится.
Все обязательно получится!
Все так же не говоря ни слова, женщина наконец склонила голову, прощаясь. И беззвучно выскользнула прочь.
– И что это было? – тут же спросил Джестер, едва только за Летисией захлопнулась дверь.
– Решение всех наших проблем, – с легкой хвастливой ноткой в голосе ответила я и заранее заулыбалась, ожидая похвалу своему уму и хитрости.
– Лариса, ты использовала свой дар темной ведьмы, – очень тихо и с нажимом проговорил Джестер. – Причем в моем же присутствии.
Улыбка медленно сползла с моих губ. Вот ведь… зануда. Сам же говорил, что ментальная магия опасна для человека лишь в том случае, если он подвергается чужому внушению постоянно.
Эх, но лучше спор на эту тему не начинать. Мое положение еще слишком шатко, чтобы злить Джестера.
– Я чуть-чуть, – повинилась я, состроив подходящую случаю раскаивающуюся физиономию. – Самую капельку.
Джестер тяжело вздохнул. Выразительно закатил глаза и пробормотал себе под нос нечто невнятно-ругательное.
– Нет, с этим совершенно невозможно мириться, – пожаловался он, ни к кому, в сущности, не обращаясь. – Лариса, мне придется прибегнуть к крайним мерам.
Я сразу же забыла про шутливый тон, настороженная стальными нотками, проскользнувшими в его голосе.
Ох, кажется, он рассердился. И рассердился всерьез. Как бы опять не угодить в застенки инквизиции. Правда, на этот раз мне вряд ли удастся оттуда выбраться.
– Идем.
Джестер вскочил на ноги, порывистым движением едва не опрокинув тяжелый дубовый стул. Протянул мне руку.
– Куда? – испуганно спросила я, уставившись на его руку так, как будто он предлагал мне погладить ядовитую змею.
– Идем-идем, – поторопил меня Джестер и нетерпеливо прищелкнул пальцами. Добавил со зловещим смешком: – Лариса, с твоим даром точно надо что-то делать.
– Только на костер не отправляй, – жалобно попросила я. – Честное слово, я больше не буду!
– Кажется, ты мне это уже обещала, – еще более мрачно напомнил Джестер.
Под ложечкой тут же неприятно засосало.
И не поймешь, говорит ли он всерьез или просто пугает. Вроде бы, в светлых глазах то и дело проскальзывают озорные искорки, а уголки рта дергаются, как будто в попытках скрыть улыбку. Но выражение лица серьезнее некуда.
Пауза все длилась и длилась. Я во все глаза смотрела на Джестера, силясь угадать, что же он задумал.
– Лариса, – наконец, утомленный задержкой протянул Джестер с такой интонацией, что я сама не заметила, как встала и послушно взяла его за руку.
– Да иду я, иду, – проворчала с изрядной долей робости. – Можно сказать, бегу уже.
Прохладные сильные пальцы Джестера обхватили мое запястье, и он легко вздернул меня на ноги. Не говоря больше не слова, он быстрым шагом вывел меня прочь из кабинета.
Чем дольше мы шли по запутанному лабиринту извилистых коридоров и пустынным анфиладам комнат, тем более неуютно мне становилось.
Дворец, как и накануне, был абсолютно безлюден. Лишь изредка краем взгляда я замечала какую-нибудь гардину, которая слишком сильно трепыхалась при полном отсутствии сквозняка, или торопливо прикрытую на нашем пути дверь, что доказывало – какие-то слуги или придворные здесь все-таки остались. Просто не торопятся показываться на глаза будущему верховному инквизитору.
И я их вполне понимала. Вид у Джестера сейчас был настолько рассерженным, что я и сама не отказалась бы скрыться куда-нибудь подальше. От него тугой и вполне ощутимой волной шло неудовольствие и раздражение, и мою несчастную душу кошки дурного предчувствия раздирали в клочья.