Елена Малиновская – Уж замуж… Так и быть! (СИ) (страница 13)

– Конечно, устраиваешь, – мягко подтвердил он. Встал, аккуратно отодвинув стул, и подошел ко мне.

Я отчаянно вцепилась в салфетку, которая лежала на моих коленях, пытаясь скрыть от его внимательного взора предательскую дрожь пальцев. Мое глупое сердце абсолютно не хотело внимать увещевательному гласу рассудка и радостно прыгало от горла к пяткам и обратно.

Да уж. Тяжело мне будет исполнить задуманное. Противно осознавать, что самый главный противник в этом – я сама. А точнее, мои чувства, которые никак не желали призываться к ответу.

– Лариса, если бы ты не устраивала меня полностью – то я не ввязался бы в эту авантюру, – ласково, словно говоря с неразумным ребенком, сказал Джестер. Остановился сзади меня и опустил руки на мои плечи, а спустя мгновение я ощутила легкое прикосновение к своим волосам, как будто он поцеловал меня в макушку.

– Тогда зачем были эти книги? – сипло поинтересовалась я, из последних сил пытаясь не расплыться горячим киселем на стуле.

Лариса, тряпка ты эдакая! А ну – соберись! Представь, что ты шпионка, которую пытаются соблазнить на задании и выудить секреты государственной важности. А Джестер – жутко соблазнительный, но противник. И если ты ему поддашься – то подведешь не только себя, но целую страну.

Как ни странно, но эта детская уловка сработала. По крайней мере, мне больше не хотелось развернуться и рухнуть в объятия Джестера. А дальше будь, что будет.

– Ты из другого мира. – Джестер несильно сжал мои плечи, и я прикусила губу, ощутив, как по позвоночнику пробежала короткая горячая дрожь. А его голос, между тем, продолжал обволакивающе литься дальше: – Вообще-то, ты неплохо адаптировалась за короткое время, но, к слову, Петер Теоль не произвел на меня впечатления особо сообразительного мужчины. Поэтому он наверняка пропускал мимо ушей все твои странные высказывания, посчитав их последствиями долгой болезни. Но завтра тебе придется встретиться с гораздо более проницательными людьми. Сливки высшего общества Орленда – эта стая шакалов, которая с радостью разорвет тебя на кровавые ошметки за любое необдуманное слово. Поэтому я хотел, чтобы ты поняла, как устроен наш мир. Ты права в одном: у нас, к сожалению, женщинам не принято давать право слова. Да и образования они особого не получают. Так что молчи и слушай.

– И чем же я тебя тогда устраиваю? – кокетливо полюбопытствовала я. – Если, как ты говоришь, я слишком умна для женщины.

– Вот этим и устраиваешь, – хмыкнул Джестер. – Мне с тобой нескучно, Лариса. С тобой интересно разговаривать. И, как уже сказал, я частенько не могу предугадать, чего от тебя ждать. Вот, например, к чему был весь этот спектакль?

Последний вопрос прозвучал с почти неуловимым нажимом. Потерявшая бдительность от его комплиментов, я чуть было не выложила все, как на духу. Но в последний миг опомнилась и внутренне усмехнулась. Ишь, какой коварный! Как говаривал незабвенный Дмитрий Евгеньевич, да пусть он поскорее вернется в лоно семьи, на каждый хитрый болт у нас найдется гайка с левой резьбой.

– Я просто думала, что ты ждешь от меня именно такого поведения, – мило сказала я. – Ты ведь не посвящаешь меня в свои планы. Откуда мне знать, что у тебя на уме, если мы почти не разговаривали эти две недели?

– Прости, Амелия. – Джестер тяжело вздохнул, вновь напомнив мне о моем нынешнем имени. Еще раз чмокнул в макушку и неторопливо вернулся за свое место. Правда, садиться не стал, вместо этого оперся на спинку тяжелого дубового стула и сказал: – Я понимаю, что ты вправе сердиться на меня. Вел я себя и впрямь не очень. Но все это время я думал. Размышлял, что же мне теперь делать.

– Одна голова хорошо, а две лучше, – с намеком проговорила я. – Сам же сказал, что я умная.

– Неплохая попытка. – Джестер фыркнул от сдерживаемого с трудом смеха, но тут же посерьезнел. – Но нет. Прости, но иммунитет к ментальной магии – слишком ненадежная защита от чтения мыслей. Любой блок возможно сломать. Не думаю, что Этан Гург пойдет на это, но все же. Береженного, знаешь ли, и демоны десятой дорогой обходят.

Я смиренно опустила глаза, показывая, что не намерена спорить. Затем вновь посмотрела на него и вкрадчиво спросила:

– Могу ли я попросить у тебя об одном одолжении?

– Одолжении? – Джестер недоуменно сдвинул брови. – Каком же?

– Я полагаю, в твоем доме есть настоящая библиотека, – осторожно произнесла я, тщательно подбирая каждое слово. – В которой содержатся не только любовные романы. И была бы безмерно счастлива, если бы ты позволил мне ею воспользоваться.

Морщина на переносице Джестера стала отчетливее, и я затаила дыхание в ожидании его ответа.

Неужели откажет?

– Зачем тебе это? – спросил он наконец.

– Ты сам сказал, что я слишком мало знаю о твоем мире. – Я в притворном смущении принялась пальчиком вычерчивать замысловатые узоры на скатерти около тарелки. – А вдруг меня кто-нибудь что-нибудь спросит? Или ты вообще не намерен представлять меня завтрашним гостям?

– Ну, если честно, то да. – Джестер виновато отвел взгляд. – Амелия, я подумал и решил, что так будет лучше всего. Пару деньков поработаешь под присмотром Энни. Она будет держать рот на замке, в этом я совершенно уверен. Я попросил ее не слишком нагружать тебя хлопотами. Да и с гостями тебе лучше не пересекаться вовсе.

От возмущения у меня привычно перехватило дыхание. Ах, вон оно как! Ну, говоря откровенно, я что-то вроде этого и ожидала. Со стороны Джестера это самый логичный шаг. Но все равно как-то обидно.

– Думаю, ничего страшного, если ты побудешь на подхвате, скажем, на кухне, – продолжал разглагольствовать Джестер. – Прием будет большим. Пара лишних рук там точно не помешает.

– Не боишься, что я отравлю твою жену? – ядовито спросила я, все-таки не сдержав порыва праведного гнева.

– Не боюсь, – спокойно ответил Джестер. – К еде тебя вообще не подпустят. А вот с посудой, полагаю, ты без особых проблем справишься.

Ну Джестер! Ну… нехороший человек! Посудомойку, стало быть, из меня вздумал сделать.

– Амелия, пойми, я поступаю так лишь во благо тебе, – увещевающим тоном произнес Джестер, без особых проблем разгадав причину, по которой мое лицо обиженно вытянулось. – Поверь, ты ничего не потеряешь, а, скорее, напротив – многое приобретешь, если не познакомишься поближе с высшим светом Орленда. Да и мне будет спокойнее. Ты умная женщина. Слишком умная для женщины из нашего мира. Тут такого не прощают.

– Стало быть, каждый год на неделю я буду изгоняться на кухню? – зло поинтересовалась я. – Отличная перспектива!

– Не думаю, – как-то загадочно протянул Джестер. – Скорее всего, это первый и последний раз, когда тебе придется играть роль служанки.

Я скептически кашлянула, но продолжения, как и следовало ожидать, все-таки не последовало.

Ладно, Лариса. Успокойся и вернись к первоначальному плану. Не стоит показывать этому невыносимому типу свои эмоции.

– И все-таки. – Я с усилием растянула губы в улыбке. – Могу ли я воспользоваться твоей библиотекой? – Торопливо добавила, заметив, как Джестер снова поморщился: – Честное слово, никаких запрещенных книг я читать не собираюсь!

– Да ты их там и не найдешь, – буркнул Джестер. – Правила инквизиции тем и хороши, что обязательны для исполнения даже самими инквизиторами.

Угу, свежо предание, да верится с трудом. Напомнить ему, что ли, про то, как лихо он использует ментальную магию? Нет, не стоит. Моя задача сейчас не поссориться с ним, а получить желаемое.

– Тем более! – Я всплеснула руками, едва не скинув резким движением на пол кружку. – Тогда чего ты опасаешься?

– Тебя, – честно сказал Джестер. – Эх, отдал бы несколько лет своей жизни, лишь бы получить возможность читать твои мысли!

– Но тогда, мой дорогой, ты бы быстро заскучал рядом со мной, – парировала я. – Не так ли?

– Но тогда поведай мне хотя бы одну причину, по которой ты так рвешься в библиотеку, – хмуро сказал он. – Раньше ты любовью к чтению не отличалась.

– Неправда, – возразила я. – Если бы ты не прятался от меня так долго – то я попросила бы об этом раньше. А вообще, я хочу узнать побольше о твоем мире. Да, ты мне все уши прожужжал про то, что женщинам у вас не принято давать образование. Но хоть какие-то основы той же географии или истории страны они знают. А меня спроси что-нибудь элементарное – и пшик. Только название страны да столицы скажу. Про прочее и говорить не стоит. Даже понятия не имею, кто сейчас правит Орлендом.

– Герон Третий, – буркнул, не разжимая губ, Джестер. – Он сейчас занимает престол.

– Ну вот видишь. – Я безмятежно улыбнулась. – Мне кажется, такое в вашей стране обязана знать любая, даже самая необразованная девица. И уж тем более служанка в доме самого главного инквизитора.

Мои убеждения возымели действие. Джестер продолжал хмуриться, но все-таки обреченно махнул рукой.

– Ладно, твоя взяла, – произнес он с кислой миной. – Но, Амелия, особо чтением не увлекайся. Вечером Энни проводит тебя в комнату в половине дома, где живут слуги. Надеюсь, ты понимаешь, что особо откровенничать с ними не стоит. Я уверен в их преданности, но…

Джестер не завершил фразу, но это было и не нужно. И без того понятно, что чем меньше народа знает тайну – тем больше шансов, что она так и останется тайной.