Елена Малиновская – Под колпаком у ректора (страница 31)
Любопытно. А самого Артена в кабинете нет. Даже не знаю, хорошо это или плохо.
— Твои друзья, Арлин, разбудили меня на рассвете, — холодно проговорил Родерик. — Они были в настоящей панике. Если честно, я мало что понял из их сумбурного рассказа. Вроде как они проводили какой-то ритуал, в результате которого в твое тело вселилась чужая душа. И после этого ты пропала.
Ничего себе! Неужели мои друзья обратились за помощью к Родерику? Получается, они на самом деле переживали за меня. Потому как не могли не понимать, как сильно им попадет, когда все детали нашего так называемого плана откроются.
— Я воспользовался поисковой магией, — продолжил Родерик. — И она привела меня сюда — в городской дом Артена Войса.
Ага. Стало быть, мы сейчас не на территории академии. Ну, в принципе, логично. Вряд ли Артен живет в корпусе, который занимают преподаватели. Такой человек, как он, не будет тесниться в комнатке на одном этаже с остальными коллегами.
— Дворецкий привел нас сюда и попросил подождать, пока Артен спустится, — завершил Родерик. — Но, право слово, я никак не ожидал, что и ты тут.
В последней фразе Родерика прозвучало нескрываемое осуждение. Оно и понятно. Связь между студентками и преподавателями никогда не одобрялась.
— Да, Арлин, а что ты тут делаешь? — полюбопытствовала София и быстро-быстро захлопала ресницами, глядя на меня с каким-то восторженным ужасом.
Хвала небесам, в этот момент дверь опять открылась, избавив меня от необходимости отвечать на неудобный вопрос. И в кабинет вошел сам Артен Войс собственной персоной.
Судя по всему, ректор недавно встал. На это указывали влажные после умывания волосы и то, что он не успел накинуть на себя неизменный строгий камзол.
Артен явно не ожидал увидеть такое скопление народа в своем кабинете. Это было понятно по тому, как он удивленно вскинул брови, обведя присутствующих быстрым взглядом. Затем остановил его на Родерике и как-то странно хмыкнул.
— На ловца и зверь бежит, — негромко обронил он и подошел к своему столу. Медленно опустился в кресло и холодно усмехнулся.
В комнате после этого словно повеяло морозной свежестью. Мои друзья как по команде потупились, согласно принявшись рассматривать ковер под своими ногами.
— Доброе утро, господин Артен, — вежливо поздоровался Родерик. — Прошу меня извинить за столь раннее вторжение. Но эти молодые люди…
— Эти молодые люди прошлой ночью совершили немыслимое преступление, — оборвал его Артен. И сделал паузу, с каким-то нехорошим интересом изучая повинно склоненную голову Даррена.
— Преступление? — с легкой ноткой недоумения переспросил Родерик. — О чем вы? Они сказали, что провели какой-то ритуал. Но, если честно, я так и не понял, какой именно.
— Ваши студенты проникли в усыпальницу академии, — отчеканил Артен. — И вызвали дух вашего отца, господин Робертс. Причем не просто вызвали. Но собирались натравить его на вас в ходе так называемой «призрачной охоты».
Родерик переменился в лице. С такой силой вцепился в подлокотники кресла, что его костяшки побелели от напряжения.
— Значит, вот оно как, — бесцветным голосом прошелестел он. — Однако…
— Но я рад, что у них хватило смелости попросить вас о помощи. — Голос Артена на самой грани восприятия потеплел. — Я полагал, что они разбегутся по своим комнатам, как тараканы от яркого света, и думать позабыв про судьбу своей подруги.
Родерик посмотрел на меня в упор. На дне его зрачков затеплилось понимание.
— Они говорили, что дух вселился в тело Арлин, — медленно протянул он. — Получается, что…
И замолчал, не завершив фразу.
— Ага, — радостно подтвердил Кеннет. — Привет, сынок! Давно не виделись.
По комнате пробежал согласный вздох изумления от моих друзей.
— Но как же… — потрясенно забормотал Даррен. — Вы же обещали, что Арлин не пострадает.
— А разве она пострадала? — нарочито удивился Кеннет. — Вот она — стоит перед вами живая и здоровая. — Подумал немного и исправил: — Относительно здоровая. — И жалобно проныл: — Артен, дружище, у меня похмелье!
— Я предупреждал, — заметил Артен. — Не надо было так вчера на бренди налегать.
— Что же мне сегодня все морали читают? — капризно осведомился Кеннет. — Что ты, что эта девчонка. Лучше щелкни пальцами — и вылечи меня. Ты же можешь, я знаю.
Артен тяжело вздохнул и недовольно покачал головой. Но после секундного раздумья все-таки приподнял руку, направив ее на меня. Сдул с ладони синеватое облако чар, которое в мгновение ока окутало меня, а потом так же быстро впиталось.
— Так-то лучше, — жизнерадостно отметил Кеннет.
И в самом деле, после заклятья ректора головная боль исчезла, словно ее и не было никогда. Пропало и чувство тошноты. Словом, мое самочувствие резко улучшилось.
Что не скажешь про настроение. Потому как мне было очень жаль своих друзей. Да, я изначально предупреждала, что ничем хорошим их затея не закончится, и уговаривала передумать. В такой ситуации я имела полное право заявить, что они сами виноваты. Надо было послушать меня. Но… Они ведь отправились искать меня. Не побоялись заявиться к самому Родерику Робертсу, хотя прекрасно понимали, к каким последствиям это может привести. Будет ну очень нечестно, если в итоге нас всех исключат из академии!
Кеннет наверняка слышал эти встревоженные мысли, но предпочел проигнорировать мои переживания. Вместо этого он подошел к Родерику и вальяжно потрепал его по плечу.
— Как-то ты не особо счастлив от встречи со мной, — проговорил он. — Не хочешь расцеловать отца, вернувшегося из загробного мира?
София, сидевшая рядом, как-то странно хрюкнула. А вот Родерик продолжал смотреть на меня в упор. И в его глазах тлела самая настоящая ненависть.
Неужели Кеннет прав? Неужели именно Родерик убил его год назад? Как же не хочется в это верить!
— Значит, так, молодые люди, — в этот момент произнес Артен. — Насколько помню, Даррен, София и Бернард. Можете быть свободными. С вами я разберусь чуть позже.
В его последней фразе прозвучала такая нескрываемая угроза, что мои приятели как по команде зябко передернули плечами. Затем София и Бернард так же одновременно вскочили на ноги и метнулись к дверям. Мгновение — и их и след простыл. А вот Даррен остался сидеть.
— Я что-то непонятно сказал? — демонстративно удивился Артен, одарив его тяжелым взглядом.
Ох, не хотела бы я сейчас оказаться на месте Даррена! Ректор академии умеет смотреть так, как будто в мыслях уже убил, расчленил и сейчас размышляет, где спрятать тело. Но Даррен к моему величайшему удивлению даже не моргнул, пусть и не без труда, но выдержав этот своеобразный поединок.
— Что будет с Арлин? — сухо спросил он.
— Раньше об этом думать надо было, — строго сказал Артен. — Когда вздумали заняться некромантией, в которой ни один из вашей компании не разбирается.
— Но вы же ей поможете? — В тоне Даррена словно против воли скользнули умоляющие нотки.
Артен несколько раз ударил подушечками пальцев по столу перед собой, склонив голову набок и с нескрываемым любопытством изучая Даррена.
— Молодой человек, — наконец, проговорил он. — Я ужасно не люблю повторять дважды. Пойдите прочь. Пока я всерьез не рассердился.
Даррен лишь крепче сжал губы, и я внезапно поняла — не уйдет. Вот просто возьмет — и не уйдет, наплевав на все угрозы ректора.
— Даррен, — неожиданно сказал Родерик. — Иди к друзьям. Не волнуйся за Арлин. Я уверен, что с ней все будет хорошо. Даю слово чести.
Даррен на мгновение зажмурился. Затем словно нехотя кивнул и встал.
На самом пороге он задержался. Кинул на меня последний взгляд, после чего вышел, плотно закрыв за собой дверь.
— Занимательный юноша, — пробормотал себе под нос Артен, как будто беседуя сам с собою. Но почти сразу тряхнул головой и все свое внимание обратил на Родерика.
— Ну-с, сынок, — развязно проговорил Кеннет и выжидающе скрестил на груди руки. — Сам расскажешь? Или можем сразу перейти к допросу с пристрастием?
— Что, прости? — Родерик изумленно вскинул бровь. — О чем ты… папа?
— Ой, только не надо делать такое невинное лицо. — Кеннет презрительно фыркнул. — Давай, колись. Как там говорится… А, чистосердечное признание смягчает наказание.
— И все-таки я не понимаю, о чем речь, — негромко ответил Родерик.
— Ничего не хочешь рассказать о моей смерти? — прямо спросил Кеннет. Глянул на Артена, который пока не вмешивался в разговор, и попросил: — Дружище, выпить не найдется?
Артен вместо ответа кивнул на хрустальный графин, который стоял рядом.
— Это же вода! — возмущенно воскликнул Кеннет.
— Самое лучшее средство для утоления жажды. — Едва заметная усмешка завибрировала в уголках рта Артена. — И нет, Кеннет. Никакого вина или чего покрепче ты от меня не получишь.
— Жадина, — обиженно буркнул Кеннет. Щедро плеснул себе в бокал воды и сделал несколько глотков, после чего опять посмотрел на Родерика. Хмуро приказал: — Что притих? Я задал тебе вопрос!
— Твоя смерть стала для всей нашей семьи большим потрясением, — спокойно проговорил Родерик.
— Да неужели? — с сарказмом отозвался Кеннет. — Так я и поверил. Скажи прямо, что ты, небось, счастлив был до умопомрачения.
— Не скажу, — холодно возразил Родерик. — Потому что это неправда. — Запнулся на мгновение, потом продолжил, тщательно подбирая слова: — Да, наши отношения нельзя было назвать безоблачными. Но ты все равно оставался моим отцом. А родителей, как всем хорошо известно, не выбирают.