Елена Малиновская – Череп в холодильнике (страница 61)

– Ну почему же, – не согласилась с ним я. – Ты объяснил более чем подробно.

И замолчала, прикусив нижнюю губу.

Была одна вещь, которую я обязана рассказать Ричарду. Он стесняется своей семьи. Но он даже понятия не имеет, какие тайны скрываются в моем прошлом.

– Я уже сказала, что не собираюсь оставлять работу в агентстве, – наконец медленно проговорила я, тщательно взвешивая каждое слово. – Но… Может так случиться, что ты сам не захочешь иметь со мной больше дело.

– Ты с ума сошла, Агата? – раздраженно переспросил Ричард. – Что за глупости?

– Ты знаешь обо мне далеко не все, – чуть слышно проговорила я, пристально рассматривая свои руки, мирно покоящиеся на коленях.

– Надеюсь, ты не переодетый мужчина? – неловко пошутил Ричард, но в его голосе послышалась искренняя обеспокоенность. Он кашлянул и продолжил уже серьезно: – Агата, ты меня пугаешь. О чем ты хочешь мне рассказать?

– Ты стесняешься своих родителей. – Я буквально выдавливала каждое слово через горло, плотно перехваченное спазмом волнения. – Но ты понятия не имеешь…

Сделала паузу, пытаясь хоть немного успокоиться.

Ричард следил за мной со все возрастающим волнением. Затем ласково положил руку на мои ладони и пожал их.

– Что бы ты мне ни рассказала – мне плевать, – тихо проговорил он. – Агата, пусть твои родители будут хоть каннибалами и поглощают на завтрак невинных младенцев. Для меня главное то, какая ты.

– Но ты должен знать, – сделала я еще одну попытку начать непростую беседу.

– Не должен. – Ричард покачал головой. – Не должен и не хочу слышать. Я вижу, какую боль это тебе причиняет. Поэтому не стоит мучить себя, Агата. Поверь, мое отношение к тебе не изменится, какие бы ужасы ты ни поведала. Не рви себе душу воспоминаниями. Оно того не стоит.

– И тебе совсем не интересно? – удивилась я, вспомнив, как настойчиво Фарлей добивался от меня признания.

– Естественно, я умираю от любопытства. – Ричард негромко засмеялся. – Но твой душевный покой для меня важнее. Переживу как-нибудь. Тем более в мире столько тайн, что одной больше или меньше – значения не имеет.

– Спасибо, – благодарно прошептала я.

Ричард в последний раз потрепал меня по плечу и поднялся.

– И все-таки я жду от тебя ответа, Агата, – напомнил он и вновь протянул мне кольцо. – Ты станешь моей женой?

– Э‑э… – протянула я. Вздохнула, набираясь решимости, и затараторила: – Ричард, ты только не обижайся, но я пока не готова дать тебе ответ. И это не имеет никакого отношения к тому, что я узнала о твоей семье. Просто все это слишком неожиданно. Я не могу так сразу согласиться.

– Это имеет какое-либо отношение к Фарлею? – с непонятной обидой осведомился Ричард.

Я изумленно вскинула брови. К Фарлею? А он тут при чем? Неужели Ричард так близко к сердцу принял наш поцелуй?

– Нет, не имеет, – твердо сказала я. – Ричард, прости, но я в самом деле не могу дать тебе ответ прямо сейчас. Это слишком внезапно. И вообще…

И я сделала неопределенный жест рукой, не в силах облечь в слова все свои эмоции по этому поводу.

– Ну хорошо. – Ричард посмотрел на кольцо, которое бездумно вертел между пальцев. Спрятал его в карман и с плохо скрытой угрозой проговорил: – Но мы вернемся к этому разговору. И скоро, Агата!

Я пожала плечами, несколько удивленная его экспрессией. В упор понять не могу, почему он так разволновался.

– Знаешь, Агата, я все чаще думаю, что нам стоит переименовать наше агентство, – неожиданно проговорил Ричард, уставившись куда-то поверх моей головы. – «Тайн нет» – неправильное название. Потому что как раз тайн вокруг нас хватает. И порой я думаю, что в некоторые секреты лучше не лезть любопытным носом, если не хочешь его лишиться.

– И какое же название ты предлагаешь? – поинтересовалась я.

– Чаще всего мы имеем дело с разбитыми надеждами. – Ричард угрюмо вздохнул. – С предательством родных и самых близких. С обманом любимых. Как насчет названия «Улицы разбитых надежд»?

– Ну мы все-таки магическое агентство, – не согласилась я. – Тогда уж лучше – «Улицы разбитых артефактов». Звучит загадочно и непонятно. Как раз то, что надо.

– «Улицы разбитых артефактов», – задумчиво повторил Ричард. Усмехнулся. – А почему бы и нет? По крайней мере, кто-нибудь обязательно заглянет, чтобы спросить, что это значит.

После чего напоследок подмигнул мне и вышел.

А я устало откинулась на подушки. Надо же, как круто изменилась моя жизнь за последнюю неделю! Пожалуй, теперь меня ничто уже не удивит.

Впрочем, лучше не загадывать. Боги любят смеяться над смертными. Чует мое сердце, что приключения только начинаются.