Елена Малиновская – Череп в холодильнике (страница 15)

Сперва я подумала, будто ослышалась. В кабинет? У Фарлея есть кабинет в отделе городской полиции? Но тогда получается, что он… королевский дознаватель?..

Я со свистом втянула в себя воздух через плотно сомкнутые зубы. Ну и тип! Он дурачил меня все это время!

И я принялась тихонечко пятиться. Пожалуй, самое время смыться. Надлежит поспешить к Ричарду. Моему компаньону будет полезно узнать, кто заявился в наше агентство под видом клиента.

– О нет, Агата, не так быстро! – воскликнул Фарлей, заметив мое отступление. – Вас я желаю видеть в своем кабинете в первую очередь!

Угу, как же, разбежался! Так я и послушалась.

И я развернулась, собираясь трусливо сбежать. Сначала я намерена обсудить с Ричардом, что, собственно, мы будем говорить на допросах. Чтобы наши показания не различались.

Но моим планам было не суждено сбыться. В следующий миг в воздухе что-то свистнуло, и мою талию перехлестнуло ловчее заклинание.

Беда в том, что я в этот миг как раз со всех ног рванула прочь. Нить заклинания отпружинила, откинув меня назад. И я кубарем полетела на мостовую.

«Как сейчас больно будет!» – успела промелькнуть в моей голове заполошная мысль. И я заранее напряглась, загодя ощутив, как заныли локти и колени в предчувствии ссадин.

Однако я ошибалась. Каким-то чудом Фарлей успел поймать меня. Крякнул, подхватив на руки и уберегая тем самым от падения.

– Глупый поступок, Агата, – попенял с улыбкой блондин, не торопясь поставить меня на ноги. – Вы и без того уже натворили бед. Не стоит усугублять свои проблемы.

– Отпустите меня! – прошипела я, силясь пошевелить хотя бы мизинцем.

Ох, с каким бы наслаждением я сейчас врезала ему пощечину! И пусть это сочтут нападением на представителя власти, мне все равно. Фарлей заслужил хорошую оплеуху!

– И не подумаю, – ответил тот. – Не только вы умеете пользоваться парализующими чарами.

После чего прошествовал ко входу в здание, приказав замершей от растерянности Элизабет:

– Следуйте за мной!

Я сидела в кресле, в которое меня на удивление бережно сгрузил Фарлей, и с интересом разглядывала обстановку его кабинета. Надо ведь было чем-то заняться, потому что он не торопился освободить меня от парализующих чар. То бишь я не имела возможности устроить скандал и высказать ему все, что думаю о его столь подлом и недостойном поведении.

Стоило отметить, что кабинет у моего нового знакомого был поистине роскошным. На полу ковер наверняка ручной работы. Стол – из ценнейшего красного дерева. Кожаные кресла – настолько мягкие и удобные, что только от их вида невольно клонило в сон.

Интересно, какую должность он занимает в отделе полиции?

От этого вопроса я бы наверняка поморщилась, если бы имела возможность. Увы, мышцы лица онемели и не повиновались мне. Сдается, ответ мне не понравится. И не понравится сильно. Это же надо было так влипнуть! Из всего огромного населения Гроштера я сбила с ног именно полицейского дознавателя, по всей видимости, занимающего отнюдь не последнюю должность. Так не повезти может только мне.

Между тем лжец и предатель Фарлей закончил беседовать с секретаршей в приемной и вернулся в кабинет. Подошел к креслу, в котором расположилась я, и присел перед ним на корточки, полностью игнорируя Элизабет, занявшую соседнее.

– Сейчас я сниму заклятье, – проговорил он, положив свои руки на мои ладони и сжав их. – Агата, я очень надеюсь, что ты не станешь делать никаких глупостей. Иначе мне придется вновь обездвижить тебя. Ты будешь хорошей девочкой?

Я постаралась взглядом выразить все свое презрение к нему. Он еще имеет наглость спрашивать! Интересно, а как я должна ему ответить, если даже моргать у меня получается с величайшим трудом?

Фарлей, однако, и не ждал от меня какой-либо реакции. Прищелкнул пальцами – и тотчас же паутина чар исчезла.

– Негодяй! – прошипела я, страдая от невыносимого желания дать ему пощечину.

Но мне хватило благоразумия удержаться от столь необдуманного поступка. Нет, не стоит усугублять свое и без того непростое положение.

Фарлей, впрочем, ни капли не оскорбился на мою в высшей степени справедливую характеристику. Улыбнулся, напоследок еще раз пожал мои руки и встал.

– И вообще, смею напомнить, что мы с вами на брудершафт не пили, – добавила я, не особо довольная тем, что он внезапно принялся именовать меня на «ты».

– Это легко исправить, – мурлыкнул Фарлей, напоследок подмигнув мне.

Когда он перевел взгляд на притихшую Элизабет, то его лицо посуровело. Он тяжело вздохнул, отошел от меня и занял место за столом.

– Итак, госпожа Элизабет Тиорий, вы наверняка осознаете, что ваше положение более чем серьезное, – проговорил он. Положил локти перед собой, переплел пальцы и удобно устроил на них свой подбородок, пристально глядя на девушку.

– У меня? – искренне изумилась она. – Почему у меня? Смею напомнить, что именно моя жизнь в опасности!

– Смею напомнить, что вы прибегли к услугам какого-то мага, который воспользовался незаконными чарами, – парировал Фарлей. – Только не говорите, будто вы не знали, что властями, мягко говоря, не поощряются ментальные чары.

Я невольно поежилась. Было такое чувство, будто я вижу сейчас совсем другого человека. И куда только делся тот милый, улыбчивый и немного рассеянный блондин? Передо мной сидел язвительный и жесткий тип, в чьем голосе звучал настоящий металл.

Элизабет тоже ощутила разительную перемену, произошедшую в поведении Фарлея. Она растерялась и почему-то посмотрела на меня, словно ожидала какой-то подсказки.

– К кому вы обратились за помощью? – сурово спросил Фарлей. – Кто дал вам ту зачарованную монету, которую вы позже подложили в кошелек своего жениха?

– Я… Я не знаю, – смущенно пробормотала Элизабет.

– Не знаете? – Фарлей скептически изогнул бровь. И вдруг с силой грохнул кулаком по столу.

Элизабет тоненько взвизгнула от испуга. Да что там, я сама с величайшим трудом удержалась от желания прикрыть голову обеими руками и шмыгнуть куда-нибудь под стол, спасаясь от гнева дознавателя. Так, на всякий случай, а то вдруг вещами кидаться начнет.

– Не играйте со мной, госпожа Элизабет! – с поистине змеиным присвистом проговорил Фарлей.

Вопреки ожиданиям, он не стал кричать, напротив – понизил голос. Теперь он почти шептал, и мне приходилось изо всех сил напрягать слух, лишь бы не пропустить слова. Но почему-то это пугало еще сильнее.

– Кто вам дал эту монету? – повторил вопрос Фарлей и вперился тяжелым немигающим взглядом в побледневшую от волнения Элизабет.

– Это все Артурчик… – прошептала она. – Это он. Честное слово, я ни при чем!

Артурчик? Я едва не рассмеялась от такого сюсюкающего сокращения. Она про младенца, что ли, говорит?

– Артурчик? – вопросительно повторил Фарлей.

– Артур Арильян, мой жених, – с достоинством пояснила Элизабет. Замялась на миг и исправилась: – Ну то есть мой настоящий жених. Тот человек, за которого я действительно хочу выйти замуж.

– Ах вон оно как. – Фарлей понимающе кивнул. – И что же сделал этот Артурчик, чтобы спасти любимую девушку от участи стать чужой супругой?

– Мы много обсуждали сложившуюся ситуацию, – затараторила Элизабет. – Естественно, не было и речи, чтобы найти понимание у моих родителей. Артурчик… Он небогат. Он не знатного происхождения. В общем, разразился бы грандиозный скандал. К тому же долги моего отца… Кредиторы в последнее время начали угрожать судебным разбирательством. Если бы я заявила в такой момент, что хочу разорвать помолвку с Аверилом, то родители бы отреклись от настолько неблагодарной дочери…

– Ближе к делу, – поморщившись, оборвал ее стенания Фарлей. – Госпожа Элизабет, что именно предложил сделать Артурчик?

Я слабо улыбнулась, заметив, что Фарлей сделал особенный упор на имени жениха. Такое чувство, будто в душе он потешается над Элизабет и ее историей любви, но продолжает играть роль сурового невозмутимого дознавателя.

– Он сказал, что нам надо опозорить Аверила, – тихо призналась Элизабет. – Мол, у него есть знакомый маг, который все сделает наилучшим образом. Аверил устроит грандиозный скандал сразу после свадебного торжества.

– После торжества? – не удержавшись, переспросила я, за что была немедленно награждена хмурым предупреждающим взглядом от Фарлея.

– После торжества? – однако повторил он мой вопрос. – Не до него?

– Конечно, после. – Элизабет пожала плечами, словно удивленная, что приходится объяснять настолько очевидные вещи. – Нас бы сочетали браком, и сразу после этого Аверил принялся бы бесчинствовать на глазах многочисленных свидетелей. Разделся бы, попытался кого-нибудь изнасиловать… Окружающие бы решили, что бедняга помутился рассудком.

– И вы бы поместили новоиспеченного супруга в какую-нибудь частную лечебницу для умалишенных, – догадливо завершил за нее Фарлей. – После чего получили бы полное право распоряжаться его состоянием как законный опекун.

Элизабет кивнула. Чуть покраснела, когда Фарлей укоризненно зацокал языком.

– Это было наилучшим выходом, – оправдывающимся тоном забормотала она. – Я бы оплатила все долги отца. А Артурчик остался бы при мне. Да, о свадьбе с ним пришлось бы забыть. Но Артурчик был настолько мил и любезен, что согласился просто быть рядом со мной, не претендуя на роль моего законного супруга.