Елена Малиновская – Архивная ведьма (страница 53)

Про отравленный букет и взорванный жакет моим родителям точно знать не следует. Иначе запрут в доме и не будут никуда выпускать ближайшие лет сто точно.

– Как знаешь. – Матушка с неодобрением покачала головой. Строго добавила: – Но не перетруждай себя! И даже не вздумай таскать какие-нибудь тяжести вроде коробок с книгами и документами! Не стесняйся, скажи сразу, что тебе нельзя. Вроде бы отец говорил, что у тебя в начальниках женщина. Она должна понять.

Не сомневаюсь, если я брякну такое Шерон – она немедленно заставит меня не просто коробки таскать, но и мебель двигать. Просто из-за вредности и нелюбви.

Но вслух я ничего не сказала. Лишь послушно кивнула и отправилась собираться.

Спустя несколько минут я уже торопилась по знакомой улочке к Дворцовой площади. Если честно, мне ну очень не хотелось сегодня показываться во дворце. Представляю, в каком бешенстве Рауль. Глава секретной службы другого государства все это время преспокойно собирал сведения о положении дел в нашей стране! А напоследок еще и пообещал вырвать ему сердце. Благо хоть Каролина больше докучать не будет.

Любопытно, кстати, а Бретани накажут за ее выходку? Вчера я забыла об этом спросить. Как-то недосуг было. Слишком много всего происходило.

А впрочем, не все ли равно? Отец сказал, что Бретани вряд ли останется работать во дворце. И я точно знаю, что он приложит к этому все усилия.

Я невольно вздрогнула, когда увидела Алистера. Парень неторопливо прогуливался около стражников, явно кого-то ожидая.

Ой, неужели меня? А зачем?

Нестерпимо захотелось развернуться и трусливо сбежать. Вот только новых разборок мне не хватало! Наверняка парень начнет обвинять меня в том, что из-за меня вынужден отныне заниматься самой грязной работой.

– Оливия! – В этот момент Алистер заметил меня. Как-то виновато заулыбался. – Доброе утро, Оливия.

Доброе ли? У меня и без того было преотвратное настроение. Чувствую, сейчас оно окончательно испортится.

– Привет, – хмуро буркнула я, подойдя ближе.

– Оливия, я очень хотел извиниться перед тобой. – Алистер как-то весь понурился. Даже рыжие волосы потускнели, а многочисленные веснушки почти слились с цветом кожи. – Я очень-очень виноват перед тобой!

– Да ладно, – великодушно хмыкнула я, с немалым облегчением переведя дух.

Ну вот, ничего страшного. Вроде бы ни в чем обвинять меня он не собирается.

– Нет, не ладно! – Алистер мотнул головой и бросил на меня быстрый взгляд исподлобья. – Оливия, клянусь, я не знал, что задумала баронесса Трей! Иначе бы точно отказался. Но она… Сам не понимаю, как так вышло. Она словно зачаровала меня голосом. Все смеялась и уверяла, что это будет отличной шуткой. Мол, вы давние подруги, и у вас принято делать друг другу мелкие пакости. Но когда я увидел твой растерзанный жакет… Я чуть в обморок не упал прямо там. Прости меня!

Последнюю фразу Алистер выдохнул с неподдельным жаром. И грустно опустил плечи, как будто ожидая моего вердикта.

– Алистер, я на тебя не злюсь, – прямо сказала я. – Надеюсь, и ты на меня не в обиде.

– В обиде? – Алистер вскинул брови. – За что?

– Мне сказали, что тебя отправили в уборщики.

– А, это… – Алистер пожал плечами. – Оливия, я был уверен, что меня сошлют на рудники. Лет так на двадцать минимум. Ты себе представить не можешь, как я трусил, когда Фредерик передавал мне решение короля. Уже представлял в мыслях, как расстроятся мои родители, ведь из-за своего глупейшего поступка я потеряю молодость, а возможно, и жизнь, но совершенно точно – здоровье. Поэтому когда я услышал о том, что мне всего-навсего придется побегать по коридорам дворца с швабрами и ведрами, то чуть в пляс от радости не пустился.

– Мне сказали, что через год ты сможешь вернуться в архив, – осторожно произнесла я.

– Я знаю, – Алистер кивнул. – И безмерно благодарен его величеству за проявленное милосердие.

Алистер был настолько любезен, что проводил меня до дверей архива. Там еще раз попросил прощения, развернулся – и быстро убежал по своим делам. Я проводила его задумчивым взглядом. Не буду скрывать, огромный камень в этот миг упал с моей души. Я не винила Алистера в произошедшем. Каролина – та еще змея. Нет ничего удивительного в том, что она так ловко запудрила мозги молодому пареньку.

Но мое чуть улучшившееся настроение опять рухнуло до нулевой отметки, когда я вошла в архив. Потому что за своим столом уже сидела Шерон.

– Здравствуйте, – вежливо поздоровалась я.

Женщина тяжело взглянула на меня, и я подивилась, увидев ее красные, воспаленные глаза.

Что это с ней? Такое чувство, будто она только что плакала.

– Оливия!.. – Шерон едва не сорвалась на стон в конце моего имени, внезапно сгорбившись. Поставила на стол локти и спрятала в поднятых ладонях лицо. Ее плечи затряслись в отчаянных рыданиях.

– Шерон, с вами все хорошо? – испуганно спросила я. – Может быть, воды?

– Это я виновата! – не отнимая ладоней от лица, провыла Шерон. – Это я должна мыть полы вместо Алистера!!!

О чем это она?

– Оливия, я должна извиниться перед вами! – сбивчиво залепетала Шерон, перемежая слова горькими всхлипываниями и по-прежнему не глядя на меня. – Я очень-очень виновата!

Не буду спорить, Шерон действительно вела себя по отношению ко мне, мягко говоря, несправедливо и предвзято. Но почему она рыдает?

– Простите, я не совсем понимаю, – призналась я.

– Георг сказал, что из-за Алистера вы едва не погибли, – шмыгая носом, проговорила Шерон. Растопырила пальцы и, взглянув на меня, затараторила: – Это я наговорила ему всяких гадостей про вас… Он молодой мальчик… Впечатлительный и горячий, как все в его возрасте… Слишком близко к сердцу принял мои слова… Вот и решил… Наказать вас за неподобающее поведение.

Я кисло усмехнулась. Вот теперь немного понятнее. Болтливый Георг поторопился поведать Шерон, по какой причине она лишилась помощника. Но всей правды он не знал. Вот Шерон и домыслила случившееся по мере своих сил и возможностей.

– Шерон, вы тут ни при чем, – успокоила ее я. – Алистер действительно сглупил, и сглупил сильно. Но по вине другого человека, не вас.

Не знаю, услышала ли меня Шерон. Она по-прежнему самозабвенно рыдала, и я тоскливо покосилась в окно.

Неужели мне весь день придется просидеть, слушая ее завывания?

Стоило так подумать, как дверь без стука распахнулась, и на пороге предстал Артен Войс собственной персоной.

Ректор магической академии выглядел, как и обычно, безукоризненно. Темные волосы влажно блестели, как будто он лишь недавно умылся. Манжеты и ворот рубашки, выглядывающие из-под угольно-черного камзола, слепили белизной. И лишь морщины, залегшие около рта, были сегодня чуть глубже и заметнее, как будто ректор не выспался.

При виде меня Артен хищно втянул в себя воздух, и его ноздри затрепетали. Я почти не удивилась, ощутив, как в висках закололо.

Проверяет состояние моей ауры. Но зачем…

Ох, какая же я дурында! Вчера Рауль всего лишь дважды поцеловал меня. И то его поступок заставил мою ауру загореться ярче. А с Элденом я провела почти целую ночь.

– Потрясающе, – холодно обронил Артен, даже не подумав поздороваться. Затем опять принюхался и чуть мягче добавил: – Вижу, ночь у тебя прошла бурно, но к драконам тебе лучше пока не приближаться.

Я вспыхнула от смущения. Как, ну как он так легко и непринужденно это определяет?!

– Оливия, за мной, – скомандовал Артен. – Король ждет тебя.

Я покосилась на Шерон, которая от удивления даже плакать перестала. Что-то мне не хочется выполнять этот приказ.

– Быстро, – негромко, но с нажимом, добавил Артен.

Что мне оставалось делать? Лишь повиноваться.

Стоило только подойти к Артену, как тот без предупреждения перехватил меня за руку.

– Ч-что вы творите? – испуганно выдохнула я.

Зрачки Артена сузились, когда он вгляделся в мое кольцо.

– Мальчишки, – с презрением обронил он. – Самоуверенные, дерзкие, но глупые. Выпороть бы обоих, да поздно. Как они могли не заметить то, что было у них под носом?

«Вы и сами-то вчера не обратили внимания на мое кольцо».

Я вовремя прикусила язык, не позволив насмешливому напоминанию сорваться с губ. Не стоит злить Артена. По-моему, он и без того взвинчен до предела.

Артен отпустил мою руку так же резко, как и схватил. Развернулся и первым вышел прочь.

Мне пришлось почти бежать, чтобы поспеть за ним. Поэтому в кабинет короля я ворвалась запыхавшейся и раскрасневшейся.

Ворвалась – и тут же замерла соляным столпом. Первым я увидела Элдена. Он стоял напротив дверей около окна и что-то со скучающим видом разглядывал снаружи. Затем – Дэниеля. Он расположился в кресле и хмуро постукивал пальцами по подлокотникам. И только после этого заметила Рауля.

Его величество сгорбился за столом и массировал виски с таким мученическим выражением лица, будто страдал от невыносимой головной боли. Но что самое поразительное – одежда на нем была той же, что и вчера. Неужели он вообще не ложился?

Артен внушительно кашлянул, и я опомнилась. Присела в вежливом реверансе и негромко поздоровалась:

– Доброе утро.

– Кому доброе, а кому не очень, – сухо отозвался Рауль. Отнял пальцы от висков и устало посмотрел на меня.