Елена Малиновская – Архивная ведьма (страница 34)

В этот момент звук шагов затих. Раздался хлопок двери.

Ох, что это? Такое чувство, будто Бретани опять зашла в уборную комнату. Но зачем?

Наверное, мне не стоило так поступать. Но муки любопытства оказались сильнее слабого шепотка здравого смысла. И, осторожно ступая, я вернулась на несколько шагов назад. Здесь коридор делал поворот, поэтому я прильнула к стене. Аккуратно высунула голову, готовая немедленно спрятаться.

В этот момент из уборной действительно вышла Бретани. Я дернулась назад, но девушка была слишком увлечена цветами, чтобы заметить меня.

Да-да, она держала в руках мой букет. Остановилась на пороге, спрятала в нем лицо и шумно вдохнула запах роз. А затем неторопливо отправилась в ту же сторону, куда прежде удалилась, бережно прижимая к себе цветы.

Я проводила ее злым взглядом. Ишь какая! Нет, я понимала, что неожиданный и поистине шикарный подарок от таинственного поклонника, который меня заставила выбросить Шерон, быстро приберут к рукам. Но было очень обидно, что он достался именно Бретани. Аж слезы на глаза наворачиваются при мысли, что она будет им наслаждаться.

«Видимо, судьба такая у Бретани – подбирать то, от чего ты отказалась», – глубокомысленно заключил внутренний голос, словно пытаясь меня приободрить.

Я шмыгнула носом и неохотно поплелась обратно в архив. Ну и ладно. Ну и пусть. Подумаешь.

– Что-то вы долго выполняли мое распоряжение, госпожа Оливия, – встретила меня едким замечанием Шерон. Демонстративно покосилась на часы и добавила: – Ну что же… Вам на обед осталось ровно пятнадцать минут.

Я изо всех сил стиснула зубы, не позволив себе разразиться гневной, прочувственной тирадой. Гордо прошествовала за свой стол, опустилась на стул и вновь печально подперла кулаком голову.

Скучно. До вечера еще целая вечность. А самое неприятное, что сейчас Бретани наверняка смотрит на мои цветы и злорадствует.

Некоторое время в комнате было тихо. Алистер закончил переписывать бумаги и распределял их по разным папкам. Шерон вдумчиво читала какой-то документ, то и дело делая пометки на полях графитной палочкой.

Я украдкой сцедила в раскрытую ладонь зевок. Затем клюнула носом раз, другой. Зажмурилась и резко потрясла головой, силясь прогнать дрему. Если я сейчас засну, то Шерон меня точно с потрохами съест. Вон с каким недовольством поглядывает. Так и ждет любой возможности, лишь бы сделать мне новое замечание.

Минутная стрелка на циферблате высоких часов в деревянном отполированном корпусе, которые стояли на полу около двери, двигалась удручающе медленно. Единственным моим развлечением, весьма сомнительным конечно же, было следить за их неторопливым ходом. Пять минут. Десять. А вот и тридцать миновало.

Эх, хоть бы пришел кто-нибудь! Иначе я точно от безделья взвою.

И стоило мне так подумать, как дверь без предупреждающего стука внезапно распахнулась.

– Оливия здесь? – В кабинет быстрым шагом ворвался странно взволнованный Фредерик Рейн.

Остановился, увидев меня, и почему-то сурово нахмурился.

– А где же мне еще быть? – вымученно пошутила я.

– Опять к ней… – буркнула себе под нос Шерон.

– Оливия, у меня к вам есть серьезный разговор, – продолжил Фредерик, пропустив мимо ушей негромкое замечание Шерон.

– Сейчас разгар рабочего дня. – Шерон отложила в сторону документ и неприязненно уставилась на Фредерика. – Смею вам заметить, что все вопросы личного характера необходимо решать в свободное время.

– Это вы мне? – спросил Фредерик, воззрившись на Шерон с таким изумлением, как будто только сейчас заметил ее присутствие в комнате.

По всей видимости, личность Фредерика Рейна была ей хорошо знакома, и Шерон сообразила, что зашла слишком далеко в выражении своего недовольства. Потому что мгновенно переменилась в лице и подобострастно ответила:

– Ну что вы, господин Рейн. Это адресовано Оливии. Честное слово, я уже устала от ее выходок. Представляете, сегодня ей отправили букет. Прямо сюда, в архив! По-моему, это недопустимо и просто некрасиво!

– Букет?! – По непонятной причине Фредерик выкрикнул это слово чуть ли не в полный голос. – Оливии прислали букет?

Теперь уже я воззрилась на него с удивлением. Чего он так вопит-то? Подумаешь, прислали мне цветы. И что из этого? Он так возмущен этим, как будто это настоящее преступление.

– Да, – поторопилась наябедничать Шерон. – Вопиющее безобразие! Словно она не знает, что работа – это работа, а не место для всякой романтической чепухи.

– Полагаю, это был букет из алых роз, – проговорил Фредерик. – Не так ли?

– Да, – подтвердила Шерон. Добавила с нескрываемым раздражением: – На редкость вульгарный выбор, если честно. Все прекрасно знают, кому обычно дарят розы.

– Я не знаю, – рискнула я подать голос, хотя догадывалась, что услышу очередную гадость. – И кому же?

Шерон открыла было рот, желая меня просветить, но не успела.

– Где эти цветы сейчас? – перебил ее Фредерик.

– Я приказала Оливии выкинуть эту гадость, – с плохо скрытым торжеством заявила Шерон. Встрепенулась и с подозрением спросила: – А что, она этого не сделала? Но она вернулась сюда без них!

– Госпожа Ройс, это правда? – Фредерик внимательно посмотрел на меня. – Вы выкинули цветы?

Да что он привязался-то к этому букету? Такое чувство, будто во дворце никто и никому никогда не присылал такого подарка! Подумаешь, эка невидаль!

– Ну да. – Я пожала плечами, донельзя заинтригованная всеми этими расспросами. – Отнесла их в уборную и оставила там. Как и потребовала Шерон.

Мелькнула мысль пожаловаться на то, что букет в итоге достался Бретани. Но я тотчас же отогнала ее. Вряд ли это имеет какое-либо отношение к делу.

– Что же, в таком случае, вы должны поблагодарить Шерон, – медленно протянул Фредерик.

Поблагодарить? Я высоко вздернула брови, не веря своим ушам. За что это, спрашивается?

– Поблагодарить? – слегка растерявшись, переспросила Шерон. – За мой урок служебного этикета, должно быть?

– Нет, – Фредерик покачал головой. – По всей видимости, вы, Шерон, сегодня спасли Оливии жизнь.

Лицо женщины от удивления вытянулось.

А у меня неприятно засосало под ложечкой. Что-то мне все это очень и очень не нравится.

– Идемте, Оливия, – сухо попросил Фредерик. – Без вашего присутствия не обойтись.

– А как же работа? – обиженно взвыла Шерон.

Но Фредерик лишь бросил на нее тяжелый взгляд, и она мгновенно умолкла. Зло поджала губы, нервно застучав по столу графитной палочкой.

Ох, чувствую, не видать мне сегодня обеда как своих ушей! С этой Шерон станется меня и после работы оставить. Нарочно мне никаких заданий не дает, но отсидеть за столом я должна от и до. На редкость вредная особа!

Фредерик тем временем поманил меня пальцем, и я послушно встала. Посмотрим, что за напасть опять приключилась и при чем тут я.

Глава 2

– Она умерла? – испуганно спросила я.

Я стояла сейчас в уютной и очень милой гостиной, вся обстановка которой была выполнена исключительно в розовых тонах: ковер, мягкий диван и несколько кресел, даже бархатные гардины.

Исключительно пасторальное убранство!

И тем более диким на этом фоне выглядела разбитая хрустальная ваза и смятые, растерзанные бутоны роз, над которыми висело плотное зеленое марево блокирующего заклинания. Как будто тут произошла какая-то драка, в результате которой цветы растоптали по полу.

Да-да, это был именно мой букет, который чуть ранее Бретани украдкой забрала из уборной.

– Нет, Бретани Коул жива, – поспешил заверить меня Фредерик, который внимательно следил за моей реакцией на неприятное известие. Хмыкнув, добавил: – Ей повезло. Относительно, конечно. Когда смертельное заклятие, вплетенное в аромат цветов, начало действовать, она как раз стояла. Видимо, склонилась над букетом, желая насладиться запахом. Ей стало дурно, она потеряла сознание и в итоге при падении смахнула вазу со стола. Действие чар это, конечно, не ослабило. Но на шум заглянул слуга. И немедленно кинулся за подмогой.

– А как она сейчас? – спросила я с искренним сочувствием.

– Она в королевском лазарете, – коротко ответил Фредерик. – Придворный целитель заверил, что пару дней – и Бретани Коул полностью оправится от чар.

– Надеюсь на это, – пробормотала я.

– Правда? – Фредерик со скепсисом приподнял одну бровь. – Вы действительно желаете Бретани Коул скорейшего выздоровления?

– Ну да. – Я пожала плечами, удивленная тем, что надо объяснять свои слова. – Что в этом такого странного?

– Мне казалось, вы с Бретани друг друга недолюбливаете, – напомнил Фредерик. – И это еще мягко говоря. Или забыли про то, что она пыталась нанять меня с целью вашей дискредитации?

– И что? – Я всплеснула руками. – Бретани чуть не погибла! По-моему, это более чем весомая причина пожалеть ее.

– Правда? – Фредерик продолжал смотреть на меня с явным недоверием. – Почему?

– Потому что она человек, – проговорила я, уже начиная злиться. – Пусть у нас отношения не слишком заладились, но бывает. В конечном итоге она не сделала мне ничего столь ужасного, чтобы мечтать о ее смерти.