Элена Макнамара – Вип пациент (страница 76)
– Есть, – Амир откидывается на спинку стула. – У меня есть невеста.
По залу проносится гул. Журналистка округляет глаза.
– Невеста? Это официально? Когда свадьба?
– Скоро.
Аварский фыркает, качает головой. Бобров смотрит на Амира с выражением «ну ты даёшь».
– Можете рассказать о ней? Как познакомились? Чем занимается?
Амир снова смотрит на меня. Прямо, не скрываясь.
– Познакомились много лет назад. Потом я потерял её. А теперь нашёл. Остальное – не для прессы.
Сижу, не дыша. Пальцы машинально касаются кольца на безымянном.
Журналистка что-то ещё спрашивает, но модератор уже встаёт и благодарит всех за внимание. Амир поднимается из-за стола, и я вижу, как Аварский хлопает его по спине, говорит что-то на ухо. Амир усмехается, отмахивается. Потом идёт ко мне.
– Ты сумасшедший, – шепчу, когда он наклоняется.
– Пойдём, пока они не сообразили, что ты здесь.
И быстро уводит меня от любопытных глаз.
Эпилог
Амир
Год спустя
Бегу по коридору, не замечая ничего вокруг. Форма мокрая от пота. Даже не переоделся – так и уехал в хоккейной амуниции под наспех накинутой курткой. Только коньки сменил на кроссовки.
Телефон завибрировал в середине третьего периода. Сообщение от Лены, Евиной подруги: «Началось».
Не помню, как доиграл. Не помню счёт. Кажется, выиграли.
Медсестра на посту узнаёт меня сразу – я уже не первый раз здесь. Оплатил лучшую палату, познакомился со всем персоналом.
– Здравствуйте, Амир Ринатович, – улыбается она. – Палата двенадцать. Вас ждут.
Лечу по коридору. Толкаю дверь – и замираю на пороге.
Ева полулежит на кровати бледная, измотанная. Волосы прилипли ко лбу. А на руках у неё...
Подхожу медленно. Ноги ватные.
– Мальчик, – говорит она тихо. – У нас мальчик.
Мы не знали, кто родится. Наш застенчивый малыш не хотел показывать свой пол на УЗИ.
Опускаюсь на колени у кровати. Смотрю на крошечное личико, на сморщенный носик, на тёмный пушок на голове.
Мой сын.
– Даниил, – Ева гладит его по щеке. – Я хочу назвать его Даниилом.
Заглядывает мне в глаза с мольбой. Хочет назвать в честь брата...
Горло сжимается. Киваю молча, не могу говорить.
Она протягивает мне свёрток. Осторожно, как величайшую драгоценность, беру сына на руки. Он такой лёгкий. Такой маленький. Открывает глаза – прозрачная роговица, тёмная радужка – и смотрит куда-то сквозь меня.
– Ну привет, мой пацан, – шепчу я.
Год назад мы прожили в Краснодаре ещё две недели после финала. Ева уволилась из больницы – её отпустили с хорошими рекомендациями, чтобы спокойно устроилась в Москве. Собрали её вещи, забрали кошку и вернулись домой.
Потом была пышная свадьба, медовый месяц.
Панические атаки возвращались иногда, но стали слабее, а позже сошли на нет. Ева вылечила меня, как и обещала. Но не как врач, а как моя жена.
Она уже искала работу в московских клиниках, когда тест показал две полоски.
Так и не вышла на работу. Сказала, что после родов. Я согласно кивал, вынашивая план, что она, конечно, пойдёт работать, если захочет, но тогда, когда у нас будет минимум двое детей. А лучше бы трое.
Десять лет разлуки остались в памяти лишь слабым отголоском прошлого, который, правда, иногда давил на нас. Но не отталкивал друг от друга, наоборот, соединял. И мы любили друг друга ещё сильнее, ещё безумнее.
И теперь я держу сына на руках и понимаю, что всё было не зря. Десять лет без неё. Боль. Злость. Пустые ночи и случайные женщины, которые никогда не могли её заменить. Всё это привело меня сюда.
– Он на тебя похож, – Ева улыбается сонно и счастливо.
– Бедный ребёнок, – хмыкаю я.
Она смеётся. Устало, но смеётся.
Наклоняюсь, целую её в лоб. Потом его – в макушку.
Моя семья. Мой дом.
Теперь я точно знаю, где он.
Ну вот и всё!
Но с другой стороны – не всё!
С героями обязательно встретимся ещё, потому что в моих есть история Лома)
Возможно сюда будет доавлен бонус, чуть позже.
Сердечно благодарю за поддержу этой истории и других моих историй! Крепко обнимаю, Ваша Элена!