Элена Макнамара – Снова станешь моей (страница 19)
– Алик ничего не успел.
– А ты?
– А я девочек в отключке не насилую.
Кривится в брезгливой улыбке. Возможно, мой внешний вид говорит ей об обратном, ведь я выгляжу далеко не как интеллигентный мальчик. Но всё же...
– Давай уже договариваться, Даша, – настойчиво прошу я.
– Хорошо. Отпусти меня. В полицию не пойду.
Врёт, зараза такая. По глазам вижу.
Теряя терпение, поднимаюсь с пола, ухожу на кухню. Входная дверь теперь надёжно закрыта на второй замок, а ключ в моём кармане. Пишу Мартынову сообщение: «Девчонка у меня пока побудет. Решай вопрос с Аликом. Она под моей защитой теперь».
Через пару минут приходит ответ в виде голосовухи от Филиппа.
– А чё так вдруг?
Тоже записываю голосовуху:
– Понравилась. Женюсь, может.
Её хрупкое тело в моих руках. Губы жадно шарят по горлу и ключицам, пальцы торопливо расстёгивают блузку.
Запах этого тела – что-то невероятное для меня. Такой родной, домашний.
Мне сейчас так хорошо, что даже больно. Но кажется, что этот мираж в любой миг может рассеяться, и я вновь окажусь один в этой постели.
Последние пуговицы не поддаются. Нетерпеливо рванув полы блузки, распахиваю её. Открывается вид на грудь в кружевном бюстгальтере, на плоский животик... Сначала даю насытиться этим зрелищем своим глазам, а потом даю волю губам и рукам. Спускаю бюстгальтер под грудь и с шумом втягиваю в рот сосок.
Грудь мою распирает от чувств, яйца ноют от нетерпения.
Выпустив сосок, перемещаюсь ко второму. А руки уже вовсю расстёгивают молнию на её брюках.
Дашка неподвижна и молчалива...
Притормозив, поднимаю голову и заглядываю в огромные глаза оленёнка. И тут же с тяжёлым вздохом утыкаюсь носом в её плечо.
Снова насилие... Пусть и не физическое, но моральное – так точно. Она меня не хочет.
– Малыш, пожалуйста... – шепчу, покрывая поцелуями плечо. – Отмораживайся уже. Я без тебя загнусь, ты же знаешь. Ну неужели инвалида своего любишь?
– Да что ты знаешь о любви, Дамир? Или о верности?
Вспыхнув от злости, вновь нависаю над её лицом.
– Твоя сестра... – цежу сквозь зубы.
– Моя сестра – такая же жертва, как и я! – выплёвывает Дашка. – Давай, Дамир! Трахни меня! А потом отпусти! Мне к дочери надо!
Сжав челюсти, пытаюсь подкрутить обратно адекват. Трахнуть я, конечно, могу. Но что потом?
Однако внутренний зверь требует трахаться. И именно трахом вернуть её себе.
Давай! Ты же знаешь, что она сдастся! Её гордость падёт, едва ты окажешься в ней.
Ты знаешь, как снова сделать её своей!
Она твоя, Дамир! Напомни ей об этом!
– Твоя сестра – не ты, – цежу, не разжимая зубов. – Она сама напросилась. Она хотела всего, что с ней произошло.