Елена Макарова – Абсолютное зло (страница 22)

— Знаешь, ты права, — приняла неожиданное решение, — пойдем в этот твой клуб и оторвёмся.

Ира обрадовалась и с еще большим энтузиазмом переворачивала мой гардероб. Так и не найдя ни одного подходящего платья, одолжила мне одно из своих. Оно выглядело ужасно коротким и откровенным, и я чувствовала себя в нем головой.

— Ты потрясающе выглядишь, — Рома застал меня за финальными сборами перед зеркалом.

— Спасибо, — неловко ответила, глядя на его отражение. Перебирала украшения в шкатулке в поисках подходящей бижутерии. Рома встал прямо у меня за спиной. — Непривычно: кажется, что это не я, а кто-то другой, — нервничала от его близости.

— Ты нравишься мне любой, — ощущала его дыхание на своем обнаженном плече.

Только сейчас поняла, какую ошибку совершила, однажды сыграв на чувствах Ромы. Теперь, что бы я не говорила, он не слышал: в нем жила та единственная надежда, и похоже, он вцепился в нее зубами.

— Спасибо, — снова неловко поблагодарила и отстранилась. Старалась выглядеть непринужденной, но инстинктивно пятилась от Ромы, и в итоге чуть не оттоптала ноги возникшему в дверях Артему.

— Ну, вы идите? Мы ждем только вас.

— Готовы! — отозвалась я, и пулей вылетела из комнаты. Уже жалела, что согласилась на Ирину авантюру. Предчувствие подсказывало, что ничего хорошего этот вечера не сулит.

Как только села в такси, подол платья пополз вверх, демонстрируя все, что должно быть скрыто. Я прикрывала ноги сумочкой и мысленно проклинала подругу и ее своеобразное чувство стиля.

Спустя минут десять маршрут, по которому мы следовали, показался мне знакомым.

— Ир, — я подалась к переднему сидению, где она расположилась, — как называется тот клуб?

— Это самое клевое место в городе, — заверяла она, игнорируя вопрос.

— А название? — настаивала.

— «Ночь», — будничным тоном бросила через плечо.

Я замерла в испуге. Неудачи сыпались одна за одной. Не могла показаться в этом клубе, меня там не встретят с распростертыми объятиями, скорее, наоборот. Срочно нужно было придумать вескую причину, чтобы вернуться домой.

— Что-то я себя плохо чувствую, — сказала первое, что пришло в голову.

— Минуту назад все было отлично, — скептически взглянула на меня Ира.

— Нет, правда, — я схватилась за живот, — сегодня перекусила на улице. Меня тошнит.

— Эй, только не в машине! — пригрозил водитель.

— Не слушайте ее, — успокоила его Ира, — это у нее шутки такие.

— Я не могу пойти в этот клуб! — воскликнула, заставив всех присутствующих уставиться на меня, даже водителя — в зеркало заднего вида. — Я хотела сказать, — искала любой повод отказаться, — что не могу пойти туда в таком виде, — указала на свой наряд. Но для нее это не аргумент.

В этот раз вместе со всеми мне пришлось отстоять очередь и войти в клуб через главный вход. Когда мы оказались у самых дверей, к моему облегчению, нас встретил другой охранник, и я осталась неузнанной. При первой же возможности намеревалась улизнуть.

Воплощая свой план в жизнь, я потащила всех на танцпол, чтобы в суматохе раствориться в толпе. Когда Ира хватится меня, я буду уже вне ее досягаемости. Но друзья решили немного выпить для настроения, задержавшись у барной стойки. Я отказалась от алкоголя, рассудив, что сейчас необходимо сохранять сознание ясным.

После пары опрокинутых стопок они наконец отправились танцевать. Для вида я потолкалась среди таких же пьяных людей, а потом незаметно начала выбираться из самой гущи, в сторону выхода.

Оглядываясь, заметила, как Ира размахивает мне руками и жестами призывает вернуться. Я выдавила из себя виноватую улыбку и, отрицательно покачав головой, также жестами объясняя, что у меня действительно проблемы с желудком. Подруга рассердилась, но все-таки сдалась и, прижав ладонь к уху, попросила позвонить ей.

Собиралась забрать из гардеробной плащ, но в вестибюле мне померещился тот самый верзила, и я юркнула в первый попавшийся коридор. Шла наугад, не представляя, как выбраться из ловушки, пока не наткнулась на металлическую дверь.

Она оказалась невероятно тяжелой, и пришлось навалиться всем телом. Когда она поддалась, повеяло свежим ночным воздух. Пришлось протискиваться боком через небольшую щель, чтобы окончательно выбраться наружу, где в полной мере ощутила прохладу осени. Растирала ладонями обнаженные плечи и оглядывалась по сторонам, ломая голову как выкрутиться из сложившейся ситуации.

Улица выглядела пустынной, лишь где-то за углом моргнул свет фар и тут же исчез. Послышались чьи-то шаги и приглушенные голоса. На противоположной стороне возникло два силуэта. Один явно мужской, если судить по размеру, второй — меньше, наверно, женщина. Она встала под самым фонарем, так что теперь я легко разглядела ее. Молодая, возможно, моя ровесница или даже младше. Светлые, слегка вьющиеся волосы, стройная фигура.

Со стороны пара не походила на влюбленных — слишком сухо общались. Мужчина жестикулировал, словно давал инструкции. Потом чуть изменил положение, повернувшись боком, и не смотря на ночной полумрак, я сразу узнала Дана. Вжалась в холодную стену в надежде остаться незамеченной. Стало ясно, где он пропадал все эти дни — искал замену официантке.

Последний раз взглянула на парочку и вернулась к массивной двери, обратно проскальзывая внутрь клуба. Меня уже не волновал страх быть пойманной верзилой.

Я пробилась к барной стойке и заказала себе коктейль. Теперь мне ни к чему трезвый рассудок. За пару больших глотков осушила бокал. Пока ждала еще одну порцию, наткнулась на пару сальных взглядов, в очередной раз убедившись, что подобные заведения не для меня.

Только я привыкла к не прикрытому мужскому вниманию, как на соседний стул присел парень. Хотела вежливо отправить его восвояси, но передумала, стоило взглянуть на него. Ни секунды не сомневаясь, я узнала сына владельца клуба.

— Я думал, у нас будет больше времени, — произнес он, коротким жестом делая заказ бармену.

Судя по всему, он решил, что меня прислал Дан.

— Оно еще не истекло, — решила подыграть, хотя абсолютно не понимал, о чем идет речь.

— Тогда что ты здесь делаешь? — развернулся, пройдясь по мне взглядом от самых колен и заканчивая лицом.

— Хочу немного развлечься, — оставляя смысл сказанного на его суд. Пусть думает, что хочет.

Парень продолжал смотреть с подозрением, но потом расслабился и улыбнулся.

— Я Алексей, — протянул ладонь, представляясь, — вернее, Ал-Син.

Отметила, что если это прозвище, то весьма странное.

— Мария, — не стала ничего выдумывать. Не думаю, что знание моего настоящего имени что-то изменит.

— Надеюсь, твой дружок здесь не появится, чтобы переломать еще пару костей нашим людям, — посмеиваясь, будто описанная им ситуация забавна.

Если он мог шутить над таким, то мне от промелькнувших воспоминаний захотелось сделать еще один глоток коктейля:

— В этот раз обойдемся без крови.

Было плохой идеей остаться. Дан прав, я сама не знаю, куда лезу. Не хотела быть причастной к его грязным делам. Собиралась подняться со стула и попрощаться, как Алексей решил поделиться информацией. Видимо прощупывал меня, а заодно проверял правдивость своих источников.

— Я узнал о нем среди наших, — буднично рассказывал, заставляя меня гадать, кто эти таинственные “наши”, — он крайне редко обходится без крови. Конечно, те, кто соглашается сразу, остаются целыми и невредимыми, — сосредоточилась только на парне, отгораживаясь от остальных звуков, чтобы не упустить ни слова, — но если откажешь… По его мнению, предавший раз предаст вновь, — и посмотрел так, словно ждал от меня подтверждения этой легенды. Напрасно он считал, что я состою в неком круге посвященных, и мне известно больше, чем другим. Скоро выяснилось, что это он способен поведать мне немало интересного. И странного. Я молчала, пила и внимательно слушала, стараясь не поперхнуться при каждом произнесенном им слове.

— Он сделал нам заманчивое предложение, но и попросил высокую плату. Мы не уверены, что готовы заплатить так дорого. Тихая жизнь здесь или война на родине с неизвестным исходом.

Я терялась в догадках, о каких войне и родине тот говорит. Где сейчас в мире разразилась война? Ничего не смыслила в политике.

— Мой отец попал сюда еще совсем юным, а меня и в планах не было, — продолжал удивлять Алексей. И чем больше говорил, тем больше шокировал. — Ты, как и я, никогда не видела Кариар, верно? — и уставился на меня.

— Верно, — едва выдавливая из себя, вспомнив, что не стоит спорить и перечить психически больным, чтобы не провоцировать на агрессию. Наверное, у них вся семейка сумасшедшая. Надо было бежать сломя голову от этого невменяемого.

— Рассказы отца всегда казались мне байками, — делился Алексей своими чувствами, будто признав во мне родственную душу, — но надо видеть его лицо, когда он говорит о Ривале. — Он с такой легкостью выдумывал несуществующие названия и понятия, что приводил в ужас от степени своего безумия. — Я вижу, как болезненно для него расставание с ним, словно растение из почвы вырывали с корнями и бросали погибать. Отец говорит, что Кариар питает нас, придает силы, а здесь мы, как птицы без крыльев. — Насколько бы сильно не поехала у парня крыша, но ему знакомо простое человеческое сострадание. И отцу он будто бы искренне сочувствовал. — Мне кажется, он просто устал чувствовать себя чужаком. Этот мир никогда не станет для нас настоящим домом. — Он увидел за моей спиной кого-то знакомого и дал ему знак подождать. — Прошу прощения, дела зовут, — поднялся, заканчивая душевные излияния. — Отдыхайте и наслаждайтесь нашим заведением, — попрощался дежурной фразой, которой встречал и провожал всех гостей клуба.