Елена Ловина – В отборе мест нет! или Случайная невеста (страница 22)

– Отвратительно, –  честно ответила, только не учла, что пегас после урока все еще нервный и легковозбудимый – этот вредный недо-конь решил и меня приобщить к своим зубам и попытался хватануть чуть пониже спины. Спас конька от моей возможной мести, а мясистую часть моей спины от синяков, конечно же, король – он просто щелкнул пальцами после моих слов, и нервный конек клацнул зубами по воздуху, но так громко, что я не усомнилась ни на минуту, куда он метился. Уж не знаю, что сделал король, но Муху он точно спас.

– Можно с этого места поподробнее? – король решительно усадил меня на один из диванчиков, что разместились при входе в библиотеку.

В это время помещение было абсолютно пустым, даже секретаря не наблюдалось. Я присела на диванчик и принялась крутить головой, пытаясь рассмотреть стеллажи, уходящие далеко вперед, но не смогла не разглядеть даже конца коридора между двух рядов, что были прямо перед глазами, а таких рядов уходило вглубь штук десять. В нашей академии библиотека была поменьше и, честно скажу, слава богам, иначе бы мы первые два курса из нее не вылазили и не потому, что читать заставляли – мы бы в этих коридорах летали.  Вот бы нас тогда смотритель библиотеки возненавидел, точно говорю.

– Я не поняла ни слова, – сообщила королю так, словно это входило в мои обязанности. – Они говорили, говорили, говорили, а я никак не могу понять, где преподаватель вопросы задает, где объясняет, а в каком месте домашнее задание проверяет. Даже поздороваться не смогла нормально – это вообще как-то невежливо. И не понятно, когда этот преподаватель прилетит снова, или он уже все темы рассказал и улетел.

Пока я говорила, король внимательно смотрел на Муху, а тот постепенно пятился к выходу, видимо, опасаясь, что, когда я закончу жаловаться, король обратится с вопросами к нему. Но король пощадил, видимо, самолюбие пегаса, и свой вопрос адресовал мне.

– У вас есть предложения, как избежать подобного конфуза в следующий раз?

– Я тут письмо написала второму принцу Реграсса, – я продемонстрировала сложенный вчетверо листок бумаги, – планировала отправить с ближайшей почтой.

Король только хмыкнул… Лист оказался в его руках в то же мгновение. Эх, сильная у дракона магия и отточенная до идеала – я даже не заметила, как она аккумулируется на кончиках пальцев короля. Сказала бы, что хочу так же, да только магия полета работает иначе: тут одними пальцами не справишься – исключительно всем телом магию аккумулируют.

– Значит, просишь у принца Хлузианна артефакт перевода? А почему два?

– Пока один заряжается силой, второй используется – я не очень представляю, какие артефакты у пегасов, но, надеюсь, не подковы.

На мужественном лице короля появились складочки возле губ и глаз, словно он сдерживался, чтобы не рассмеяться в голос, даже глаза опустил, внимательно вчитываясь в мой неразборчивый подчерк.

– Даже преобразователь магии попросила, – король хмыкнул удивленно, но при этом чувствовалось, что в целом он мое письмо одобряет. – А в Лурии, оказывается, умеют учить добывать знания. Перепиши письмо, не торопясь, чтобы мой секретарь тоже смог прочесть, и артефактов попроси три – так, на всякий случай, если вдруг один потеряется.

Мы с королем дружно посмотрели в ту сторону, где только что был Муха, и успели узреть отмеченный клевером круп и задорно развевающийся хвост – сбежал, даже стука копыт не слышно.

– Что ж, теперь можете идти в гадю…на обед, – отпустил меня король, по-отечески потрепав по плечу и, кажется, хотел о чем-то предупредить, но махнул рукой и занялся делами с секретарем, который подоспел как раз к концу переписывания письма.

Как отправляют дипломатическую почту, я не увидела – ушла на поиски столовой, правда и искать не пришлось – шипение и напряженная атмосфера предостерегали не хуже оговорки короля. А когда на мне скрестились все триста взглядов, я в полной мере ощутила, что название, до конца не произнесенное королем, как раз тому месту соответствует.

Ну что ж, в самый раз – вот тут-то я и начну составлять план действий в помощь принцам. Главное, забросить наживку, а потом вылавливать информацию.

35. Эжени 

Вчера я как-то не особенно разглядывала столовую для девушек – была слишком занята чужими магическими нападками, а вот сегодня с порога заметила, что есть некая система в размещении столов. В центре стоял один большой стол, длинный, прямоугольный, а вокруг него размещались маленькие круглые столики человек на десять.

Вчера меня посадили за центральный стол, за которым сидело девиц пятьдесят-шестьдесят, и я весь обед отбивала заклятья, которыми они прощупывали мою защиту, и даже головой крутить было некогда. А вот сегодня я, кажется, опоздала, потому что за большим столом мест мне не нашлось. Слуга так растерянно смотрел на исчезающие лишние стулья и столовые приборы, что вызывал только улыбку и ни капли досады. Ну а потом исчезновение лишних стульев и приборов начало происходить и за маленькими столами, за которыми сидело по шесть девиц. Ровно по шесть за каждым столиком – по каждой на определенного принца, что ли?

– У вас тут система какая-то размещения? – спросила я за ближайшим к себе столиком, плюхнувшись на свободный стул, пока он не успел исчезнуть, как и его собратья.

Девицы за соседними столиками, с ехидством наблюдавшие за метаниями слуг по столовой, деланно принялись что-то обсуждать между собой и злорадно поглядывать при этом на «мой» столик (так я переименовала место, где планирую трапезничать в ближайший месяц).

– Как ты могла сама догадаться, если не совсем дура, – любезно решила просветить меня самая яркая брюнетка, пожалуй, всего отбора (на мой не замыленный взгляд еще и высокомерная зазнайка), – за маленькими столиками по одной из девиц, что пришли на отбор к конкретному принцу.

Девушка дождалась, когда ей на тарелку положат фруктовый салат, полила его каким-то белым соусом и принялась резать и без того мелкие кусочки еще мельче, словно планировала их не жевать, а сразу заглатывать, как удав. Перед остальными девицами поставили кому суп, кому жаркое, кому просто мясо с овощами, и только передо мной положили книгу.

– Тебе нужно выбрать, что ты хочешь на завтрак, обед и ужин, – тихо проговорила та, что сидела слева от меня, миниатюрная пышечка с пшеничными кудряшками,  наивными голубыми глазами и ямочками на щеках, – как в столичных клубах для знати.

Я кивнула, давая понять, что поняла. Ну а что, плавали – знаем. Моя тетка, возвращаясь с очередной свадьбы, любила очень клуб, в котором иногда даже король появлялся. Она меня всегда брала с собой, чтобы я попродавала лицо и сама на потенциальных женихов посмотрела, словно я на этих женихов в академии не насмотрелась.

– Ну а за большой стол посадили тех, кто не определился, – прожевав кусочек, продолжила брюнетка.

– Что-то многовато неопределившихся, – пробормотала я, отмечая костяным стило с позолоченным пером свои будущие трапезы.

– Ты тоже так считаешь, да? – радостно закивала рыжая девица с зелеными глазами и такими выдающимися…достоинствами, что даже вышколенные слуги, проходя мимо, сворачивали головы. – Говорят, – рыжуля стала говорить тише, но глазами так выразительно стреляла в сторону большого стола, что даже слепой бы понял, что она собирается говорить гадости о тех девицах, – что многие там уже побывали на свиданиях со всеми принцами…и не только на свиданиях.

– Не говори глупости, Анаис, – фыркнула вторая рыжуля, отличающаяся от Анаис отсутствием «выдающихся достоинств», но с таким же выражением на лице, как и у соратницы по отбору – готова разносить сплетни в массы. – Жеала Мрианна всех нас проверила на артефакте. Максимум, что можно было себе позволить до отбора – поцелуи, и то немного. Ты же помнишь, что Важену артефакт не пропустил, а она всего-то десять раз целовалась.

– А на отборе и того нельзя, – горестно вздохнула пепельная блондинка с бесцветными бровями и белыми ресницами и тут же порозовела, причем вся-вся, даже веки. – Даже с принцами. Жеала Марианна как-то про это узнает и что-то себе в книжице отмечает, а еще так поджимает губы, как моя бывшая гувернантка, аж страшно становится.

– А зачем тебе на отборе с кем-то целоваться? Всех же предупредили, что попытка пролезть в постель любого принца будет караться оглаской, и в конце отбора, если не тебя выберут, то и за любого другого молодого аристократа замуж не выйдешь.

Последнюю фразу проговорила красивая стройная блондинка с волосами цвета золота. И, словно стараясь подчеркнуть свой цвет волос, девушка была одета в красное платье с золотой вышивкой и кружевом, и руки ее оплетали тонкие золотые нити от запястий до локтей.

– Сурово тут у вас, – усмехнулась я, берясь за приборы – мне, наконец-то принесли мои овощи с грибами и орешками, а желудок сжался от предвкушения и умопомрачительного запаха. – Меня, кстати, зовут Эужения. Приятно познакомиться и приятного аппетита.

Ритуальная фраза, на которую в Лурии принято отвечать тем же: приветствием и пожеланием приятного – ввергла девиц в ступор, но уже через несколько минут последовал нестройный отклик, напомнивший мне сборище анонимных поклонников Мересы Вилль, автора весьма скандальных любовных романов. Но на отборе все же имеется своя специфика, поэтому вместо фразы «Меня зовут Ана, я прочла десять романов Мересы», за столом раздалось следующее: