Елена Ловина – В отборе мест нет! или Случайная невеста (страница 11)

Я оглянулась на конька, который робко стоял в сторонке и скромно водил передним копытом перед собой. Выглядел он таким милашкой, что в голову закрадывалась мысль: притворяется.

– Здесь омывальня и клозет, – вещал с другой стороны жиль Томман, – а вот здесь обогревающий контур – вечерами с террасы может дуть, поэтому активируете этот камень. Как магическими артефактами пользоваться знаете?

Я только кивнула, а со стороны гардеробной мне снова разъясняла ситуацию жеала Котни.

– Быстро гардероб найти не получится, но платье на смену этому и еще одно для вечера принесет служанка. Белье…белье…

– Сегодня же вечером жеала Маэтто будет демонстрировать новые наряды, – встрепенулся мужчина, отвлекаясь от обогревающего контура, который никак не мог погасить – в комнате становилось тепло и душно, – наверняка, она принесет не только бальные платья, но и эти новомодные рюшечки.

На последнем слове жиль смутился и попытался вернуться к артефакту, но, видимо, желание оправдаться все же пересилило.

– Меня дочки замучили жэалой Маэтто, дай, говорят, хоть одним глазком на ее «рюшечки» посмотреть. Они и объяснили мне, что это, ну как бы, нательное белье.

– Малы они еще для таких «рюшечек», – фыркнула экономка, а потом глянула на меня и еще больше нахмурилась, – да и вам рановато… Кстати, Эужения, а вам сколько лет? По законам Лурии вроде как в семнадцать полное совершеннолетие, а вам сколько? Пятнадцать?

– Эм…, – даже опешила от такого вопроса. – Восемнадцать.

– Совершеннолетняя, значит, – поджала губы экономка, еще раз оглядев меня с ног до головы, и продолжила назидательным тоном, – тогда еще дополнительные правила, которые касаются всех девиц в этом замке на время отбора. Не важно, метит девица в невесты или пришла работать. Мужчин в комнаты не приводить, ночью из комнаты без острой необходимости не выходить, гулять вечером с мужчиной только в ближних беседках и строго до времени лазоревок – не позднее. И, специально для тебя, Мухлуэжа после часа лазоревок в комнату тоже не впускать, а то где пегас, там и принц, а дальше и с репутацией проститься можно.

Мне оставалось только кивнуть закрывающимся дверям, а потом уставиться на Муху, потому что он опередил меня с моим же вопросом.

– А час лазоревок — это когда?

А следом мы оба перевели взгляд на большие квадратные часы, где вместо привычных драконов размещались абсолютно одинаковые птицы.

Если одна из них лазоревка, а они все на одно лицо или клюв, то час лазоревок – это ВСЕГДА?

17. Эжени

– Долго я была в обмороке?  Портал совсем закрылся? Куда делся Рыжик? – засыпала я вопросами конька, а тот только обалдело смотрел и хлопал длиннющими ресницами.

– Ей-ей, подруга, – заржал возмущено Муха, – полегче!  Из тебя слова вылетаю сто штук за раз. Твой телёнок у нас на конюшне: накормлен, напоен, только не летает, почему–то.

Я облегченно выдохнула: с Рыжиком всё в порядке – значит, не потерялся здесь и не остался в нашем мире. Беспокойно за него, ведь он еще такой маленький и бестолковый. И очень даже хорошо, что сейчас летать не может – ищи его потом по всему Учеру.

— Я хочу его проведать, — решительно заявила я и направилась сначала к двери, а потом, видя, что Муха не трогается с места, направилась к террасе, да так и застыла, потрясено рассматривая виды.

Замок размещался на высоком холме, а вокруг него у подножья расстилались поля, яркие, зелёные, благоухающие — даже до моей комнаты долетали ароматы зеленой травы, полевых цветов и терпкого сухостоя, наполненного терпкостью жаркого солнца. Дальше за просторными лугами темнел лес, но разглядеть его подробнее мне не удавалось – темная полоса до самого горизонта. И все это где-то внизу, далеко, а над всем этим я словно парю в воздухе.

Такое блаженство нахлынуло, словно я вновь в небо поднялась. Даже не задумываясь, сделала шаг вперед, не замечая, что прошла уже всю террасу, на краю которой не было ни перил, ни ограждений – всего лишь край мраморной плиты, а за ним воздух...и у меня нет силы, чтобы подняться. Можно только падать вниз по всем законам стремления тела к земле.

— Эй, ты куда, ненормальная! — рычал кто-то мне в ухо, а такой же грозный рык грохотал вокруг.

Меня сжимали поперёк грудной клетки. Не то чтобы сильно, но дыхания не хватало. Ни чтобы пискнуть, ни чтобы вдохнуть.

Кажется, меня перехватил дракон, когда я вместо того, чтобы взлететь, начала падать, а магия полёта, заблокированная у алтаря в родном мире, начала прорываться, спасая хозяйку от «феерично-смертельного» приземления. Не успела – чужие жесткие лапы сдавили вместе с телом магические каналы. И вот я жива, не упала, но снова без магии.

— Смотри, она уже посинела, — рыкнуло где-то недалеко, но не совсем над ухом. Два дракона? — Опускай её на плиты!

Меня уложили осторожно, но тут же окатили водой, благо не ледяной, а даже тёплой.

— А-а-а-а! Ты что творишь?! Что за помощь такая?!

Я отмахивалась от чьих-то рук, пытаясь проморгаться и убрать с лица намокшую челку. Но самое главное, старалась не заорать от возмущения, что мне не дали пробудить магию. Как-то некрасиво будет выглядеть: меня спасли, я так по-хамски отвечаю спасителю.

— Ей нужно искусственное дыхание сделать, – вдруг сообщили мне на ухо, и тут же в мои губы кто-то впечатался своим горячим и наглым ртом.

Даже не знаю, как это получилось, но уже через мгновение у моих ног лежал здоровенный рыжий детина, я сжимала в руках знакомую кочергу, а второй, точно такой же детина заорал на меня какими-то странными предложениями. Магический переводчик, появляющийся у тех, кто перемещался между мирами, отказывался переводить все, что мне было сказано, и я слышала только птичье чириканье.

— Ты что сотворила? Ты его убила?

В ответ первый детина сел на плитах и со стоном потер шишку, проступающую под рыжей челкой. А следом на меня с укором и гневом посмотрели уже две пары серых глаз, а крупные веснушки на лицах побледнели от злости. Думаю, они бы меня и не так отчитали, но я ж умею сбивать с толку и с мыслей. Непреднамеренно, честно.

— Обалдеть, у вас даже веснушки в одинаковом порядке на лице – ни одной лишней!

Две пары глаз похлопали рыжими ресницами на одинаковых обалдевших лицах, а затем взгляды устремились друг на друга.

— Ты цел, брат?

— Голова трещит и прибить кого-нибудь желаю, – признался пострадавший и потрогал место удара. – Ну хоть эта не истинная, а то отбивайся потом от ее кочерги.

– Не очень-то и хотелось, – фыркнула в ответ, и более пристально посмотрела на близнецов.

Привлекательные оба, что тут скажешь, вот только рыжие. Не подумайте, что я предвзято отношусь к ним, но после появления в моём стаде Рыжика, моё мнение об отмеченных солнцем несколько изменилось. Телёнок ещё маленький, оттого и бестолковый, а вот те, кто старше, просто… рыжие.

Кстати, близнецы, подчёркивая свою “индивидуальность”, одеты были в костюмы разного кроя, цветовой гаммы, и даже сдержанная вышивка витиевато повторяла разные буквы. Чтоб не спутали?

– Брат, а ты не хочешь проверить, вдруг она твоя истинная?

Ушибленный кочергой явно мозги потерял, раз предлагал брату подобное. Я вот могу запросто сделать их вновь абсолютно одинаковыми – кочерга, вон, до сих пор в руках. Но второй явно был посмекалистей, потому что тут же замотал головой и даже немного отодвинулся.

–Нет-нет, она явно не в моём вкусе.

– Что тут происходит? – очередной рык с неба заставил подскочить всех – кого там еще принесло?

18. Эжени 

На террасу опустилось целых четыре дракона, и просторная площадка стала резко тесной для всех нас, даже лишний раз не дернешься.

– А что тут может происходить? – удивился один из рыжиков, причём так натурально, что даже я бы поверила. – Одна из девиц решила привлечь наше внимание нестандартным способом: сиганула с террасы головой вниз.

Ого, какие тут все премудрые, особенно на выворачивание правды. Я даже бровь вздернула от недоумения, в ожидании дальнейшего рассказа – как оно там будет выглядеть, особенно с кочергой.

Тот, что с шишкой, обиженно на меня глянул, но по поводу кочерги претензий предъявлять не стал. А вот второй близнец высказался полностью, даже паузу на подумать не взял. Эх, видимо, стоило соглашаться на проверку и держать кочергу наготове.

– Эта ненормальная чуть Тулепа не порешила – чуть череп ему едва не раскрошила.

И для наглядности ткнул пальцем в кочергу. А я что? Я спрятала кочергу за спину: нет орудия – нет преступления.

Драконы стали покрываться дымкой и превращаться в весьма симпатичных мужчин, аж слюньки потекли от эстетического удовольствия. Так бы и пялилась на каждого. Только вот четвертый оказался ни много не мало – Леон, причем такой хмурый, что сразу ясно – он рычал и даже страшнее своего отца. Что-то плохо Учер влияет на одного конкретного дракона – в Лурии он повеселее был.

– А ф фего это дефушке пытатьфя пофефить Тулепа? – проговорил один из бывших драконов, а у меня аж челюсть на террасу уронилась: такой красивый, почти идеальный и с таким дефектом.

– Не обращай внимания на Филиппа, – тут же вырос рядом с дефектным еще один рыжик, только с цветом волос как у закатного солнца – оранжево-красный, – он у нас на свадьбе орков погулял.

– Оу, – только и смогла выдавить я, разом теряя способность к сочувствию, да и восхищения явно уменьшилось – резко, раз в сто. – А что вы его к лекарю не отвели?