Елена Ловина – В отборе мест нет! или Случайная невеста (страница 1)
В отборе мест нет! или Случайная невеста
1. Эжени
– Раз, два, три – Л О В И!
С десяток девушек подняли руки вверх и принялись подпрыгивать, больше стараясь оттолкнуть любую из лучших подруг, а на данный момент – заклятую соперницу, чем достать до букета, ровненько влетевшего мне в лицо.
В недоумении были все: невеста, подружки невесты и я. Я больше всех. За что мне влетел этот куст? Цветы айвы, чтоб им пусто было!
– Эжени! Неужели тебе повезло?! – приторно-притворно захлопала в ладоши Карлин, которая за букетом подпрыгнула выше всех. – Как мы за тебя все рады!
Последнюю фразу Карлин произнесла с придыханием и томно положила руку на чрезмерно оголенную грудь, стараясь привлечь внимание одного из друзей жениха. Ну а молодые люди, не обращая внимания на призывные вздохи подружек невесты, в данный момент рассматривали меня, словно я тот самый десерт, который подают в конце каждой свадьбы.
– Ох, смотри не прогадай, милая, – пропела Лула, прикладывая ладонь, на которой сверкал всеми цветами радуги крупный бриллиант, к лицу, чтобы ее статус увидели как можно больше человек. – Мы будем за тебя держать большие пальцы.
И для наглядности схватила двух подружек невесты, что стояли справа и слева от нее, за те самые пальцы, причем так крепко, что у обеих девиц нервно дернулись лица, грозя пойти трещинами.
– И мы все будем на твоей свадьбе через три месяца! – взвизгнула от восторга невеста, вернее уже почти жена – единственная, кто действительно искренне радовался, что этот веник попал именно в меня. Хотя, что уж говорить, Маргоша вообще радовалась любой мелочи с тех пор, как Сталь сделал ей предложение.
– Но для этого нужно следовать примете и традиции, – ухмыльнулся жених и крепко притиснул к себе добротную пышечку Маргошу, отчего та взвизгнула задорно и зарделась.
Ага, знаем мы эти приметы: девица, поймавшая букет айвы, и один из друзей жениха должны провести ночь на столько затейливо, чтобы превзойти молодоженов, которые от усталости вряд ли смогут продемонстрировать богам что-то из ряда вон выходящее. А тут вроде как два дублера, которые перетянут на себя взгляды богини плодородия Кантары и бога мужественности Стахта. Только вот что-то после такой затейливой ночи девицу не сильно зовут замуж – той же Луле пришлось чуть ли не с вилами за женихом бегать по всему городу, чтобы получить тот булыжник на палец.
– И в первую очередь нужно совместно помыться, – Карлин, похоже, из последних сил старается быть милой, но вот яд уже постепенно начал сочиться и грозит закапать всех вокруг. Спрашивается, зачем упоминать про мытье? Чтобы меня задеть, не иначе.
– Не знаю, – пожала я плечами, весело обмахиваясь букетом оранжевых цветочков, – тебе должно быть виднее – ты же уже на трех свадьбах букет ловила.
Карлин даром что смуглая да чернявая, но покраснела так, что знаменитый томат «Черный принц», который подают к королевскому столу полностью созревшим, а не снятым до тумана, как у нас, с ней посоревнуется и проиграет в красках.
Кажется, впервые за вечер отец Маргоши почувствовал неладное и ринулся спасать остаток празднества.
– Что вы пристали в Эжени, морковки, ей еще весь вечер танцевать да выбирать – до пятой звезды и вспотеть успеет, и ноги оттоптать, так что помывка будет только в радость.
Спас так спас, ничего не скажешь.
И про танцы напомнил, от которых теперь точно не отвертеться, и про пятую звезду, после которой молодые отправятся в опочивальню, а я, если повезет, то мыться, а если сильно повезет, еще и одна. Но вот последнее мое чаяние, судя по злому взгляду Карлин, брошенному исподтишка, мне может не светить – нужно придумывать план бегства весь оставшийся вечер…или нет?
В зал ввалился мутного вида брюнет, с длинными волосами, каких у нас сроду не носили, в темно-синем плаще без застежек или даже завязок, в белой сорочке, по вороту которой пробегала золотая цепь и еще магическая искра – явный признак, что брюнет и маг, и иномирец. Рядом с мужчиной, а он был старше любого их друзей жениха лет на семь-десять, топтался какой-то чересчур лохматый и грязный пес, больше смахивающий на мелкую карликовую лошадь, только у лошадей не бывает такого хитрого взгляда.
Мужчина был уже прилично навеселе, с двух сторон притискивал к себе наших подавальщиц, вернее не наших – девушки обслуживали свадьбу Маргоши и Сталя, и уже успели половине мужчин подложить свои крепкие…, пусть будет, спины под смачный шлепок или не менее смачный щипок. Так что девицы визгливо прижимались к иномирцу и не стеснялись его наглых ручищ на том месте, где…тоже спина.
– Кто еще не успел поцеловать невесту – стройся за мной! Нельзя нарушать традиции свадебного бордель…празднества!
И принялся тут же целовать всех и каждого: начал прямо со старушки Руты, назвав ее самой изящной невестой года, прошелся по подружкам невесты, заявив, что те наловились букетов, а целоваться толком не научились, а потом ринулся к нашей Маргоше.
– Меня нельзя! – взвизгнула невеста, прячась, почему-то не за мужа, а за меня, – У меня перед богами дублер есть – вот она. Ее можно.
И, зараза такая, толкнула меня на этого мужчину. А тот, даже еще не оттерев губы от предыдущей «невесты», потянулся ко мне своим наглющим ртом, да еще губы в трубочку вытянул. Ну, милый, ты прямо вовремя!
– А вот и жертва на сегодняшнюю ночь! – я извернулась и выскользнула из сильных пальцев, успев припечатать к груди иномирца свой ненавистный букетик, – с ним на сеновал пойду. И мыться тоже.
Вокруг раздалось веселое у-лю-лю-канье и мужчину тут же обступили друзья жениха, не давая тому даже сдвинуться в сторону выхода. Впереди были масштабные коллективные залихватские танцы стенка на стенку.
Стоя напротив мужской шеренги, смачно оттопывающей первые такты, я видела, как в глазах иномирца начинает проступать сознание, оттесняя хмель. Но поздно – он точно попал сегодня.
2. Эжени
– Ведите себя хорошо, – глумливо хихикали и подмигивали друзья жениха, некогда вполне нормальные парни, но хмель и зависть порой делают странные вещи, – мы утром проверим.
Ага, вот прямо сейчас и начну дожидаться.
Но подождать пришлось.
Во-первых, мою «жертву» и дублера жениха на игрищах перед богами вносили на сеновал раза четыре и все четыре раза чем-нибудь ударяли, заявляя, что данные части тела нам не пригодятся, а по основной еще нужно постараться попасть. И не подумайте, что мужчина захмелел окончательно, поэтому его пришлось нести – к концу танцев он как раз окончательно протрезвел. Просто с его стороны было неразумно заявлять, что здешнее мероприятие стало для него скучноватым, и он пойдет развлекаться в другое место. Ага.
Во-вторых, Карлин-таки подложила мне хоря, вернее, думала, что напакостила. Девица выложила свой магический резерв почти под ноль, но запечатала строение так, что ни один маг не способен будет удрать из него. И как всегда, эта недалекая злыдня полагалась исключительно на свой жизненный опыт. Почему-то, при всем своем коварстве, девица не подумала, что сбежать с сеновала как раз проще всего без магии. Ну да об этом позже.
В-третьих, сердобольный отец невесты приволок сюда же перину (чтоб мягче было удивлять богов) и огромнейший поднос с едой и вином (чтобы восстановить силы). Судя по подносу, держать нас с иномирцем собирались до конца месяца цветения, чтобы боги основательно удивились, видимо.
Ну и в конце всей этой неразберихи на сеновал ворвался странный пес иномирца, покусав нескольким молодым людям их филейные части – песик преданно прорывался к своему хозяину, заточенному в… К сожалению, в этом месте меня пробирало на хи-хи-канье, и ничего путного и достойного сурового образа героя я придумать не могла – все мысли крутились вокруг навоза и мест, откуда он производился.
Тяжелый засов на распашных воротах тяжко хрястнул и встал на свое место, огонь в магических факелах мигнул и потускнел, но выстоял, а я глянула на свою «жертву». Самые обычные веревки стягивали его руки, ноги, перехватывали колени, локти, талию – на свадьбе к стреноживанию «дублера» подошли основательно. Кляп тоже затолкали не абы какой – свадебный покрывной платок, на который молодые становились коленями, чтобы не замараться, получая благословление от родителей.
Глаза у незнакомца резко открылись, стоило мне над ним наклониться – честное слово, я чуть…ммм…к богам не ушла. Красивые, кстати, глаза – серо-голубые с черным контуром вокруг радужки. Я б засмотрелась, но в ответ на меня глядели отнюдь не романтично, и даже не яростно или зло – это бы хотя бы пояснило, как мужчина относится к ситуации, – смотрел он на меня оценивающе и немного небрежно, словно не он был связан и находился в не очень выгодной ситуации.
Развязать или не стоит?
Пока я раздумывала, в мой филей врезался лбом пес этого мужчины, а потом он вцепился зубами в мою красивую, нет, шикарную голубую юбку и, мусоля, потянул вниз, рискуя оставить меня без нижней части одежды перед мужчиной, пусть и связанным.
– Тише ты, – шикнула я на собаку, с боем выдирая из белых зубов красную ткань. На зубы, признаться, засмотрелась – никогда не видела таких ровных прямоугольных лопаток во рту у собак. Вот у коров видела – каждый день наблюдаю по тридцать вариантов. – Странный песик.