Елена Лонгинова – Эджиманти (страница 5)

      Всё началось рано утром. Она выскользнула из Междумирья, поправив за собой складку в пространстве. Потирая ладошки, озорно оглянулась и удовлетворённо прищурилась: дворник стал свидетелем её внезапного явления и оторопело присел на только что покрашенную им же лавочку. Она стремительно подошла к нему, наклонилась и заговорщицки прошептала:

– Так и есть! Все грехи только смертные. Бессмертных грехов не бывает. Запомнил?

      Дворник издал какое-то мычание, сглотнул комок в горле и перекрестился. Девочка прыснула в ладошки, но тут же собралась и с торжественным видом, подняв для пущей важности вверх указательный палец, заявила:

– Поздравляю жителей переулка с историческим открытием! Открытием портала в Междумирье!

      Удовлетворившись, она метнулась было обратно к углу, одернула складку в пространстве, чтобы вернуться, как внутрь нагло прошмыгнул невесть откуда возникший чёрный кот, видимо угодивший в свидетели необычной сцены.

– Стой, куда, котам нельзя! – возмутилась девочка и поспешила вслед за бесцеремонным животным. Складка опала за ней, вернув углу дома привычный вид.

      Посидев некоторое время неподвижно, дворник собрался духом, снова перекрестился и, словно во сне, побрел к месту исчезновения кота и девочки. Он повторил то же движение, что и фантастическая гостья, и резко, будто обжёгся, одёрнул руку обратно. О, святые угодники!!! Складка послушно поднялась, открыв зияющий ход! Дворник медленно осел прямо на землю, скользя вспотевшими ладонями по стволу своей метлы. Уставившись на заколдованный угол, он принялся бессмысленно тыкать указательным пальцем в его сторону, пытаясь изумиться вслух, но безуспешно. Речь исчезла.

      В этом беззащитном состоянии он был обнаружен одним из жильцов соседнего дома, который по обыкновению совершал утреннюю пробежку. Тот окликнул несчастного, заметив его странное поведение. Вместо ответа дворник повторил фокус с порталом и воскресшим, но треснувшим голосом смог-таки промямлить: – Вы это тоже видите?

      И понеслось. Постепенно сверхъестественный угол дома стал обрастать новыми очевидцами. Вскоре была обнаружена ещё одна чертовщина. Это сенсационное событие совершенно отказывалось записываться на камеры телефонов. Каждый раз при просмотре записи обнаруживалась сплошная шипящая и пищащая бессмыслица. По этой причине никто из прессы не спешил в столь ранний час на место призрачного происшествия, сочтя нелепые описания по телефону за розыгрыш.

      Наконец, одна начинающая редакторша новостей, на удачу проживавшая в соседнем доме, всё же уговорилась прибыть на «сенсацию века», именно этим её заманивал один из разгорячённых звонивших. Угодила журналистка аккурат к кульминации этого невероятного происшествия.

В момент, когда её подвели к волшебному углу, складка внезапно распахнулась изнутри и оттуда выпорхнула уже известная дворнику девица с пойманным котом в руках. Обнаружив массу взволнованных людей во главе с растерявшейся от неожиданности редакторшей новостей, девочка быстро смекнула, сбросила возмущённого кота и вскочила на скамейку так, чтобы её можно было видеть всему дворовому собранию. Она изобразила комичную важность лица, подняла одну бровь, обвела всех взглядом, требующим повиновения и тишины, подняла палец вверх и заговорила вдруг мужским, хорошо поставленным дикторским голосом:

– Вопреки разного рода декларациям, большинству людей выбор не нужен. Он только мучает и тяготит. Выбор придуман для истинного ценителя. Опасность, риск, неизвестность, что сулят указатели на перепутье дорог, лишь возбуждают его интерес. Острота ощущений как здоровая приправа к пресному, оживляющая вкусовые рецепторы на языке жизни. То, что стоит пробовать! И в прямом, и в переносном. По сути, нет грехов. Есть лишь погрешность, сопровождающая любого путника.

      На этих словах девочка театрально откланялась и с невиданной ловкостью шмыгнула обратно в портал, оставив изумленную публику в лёгком оцепенении. Складка в пространстве идеально сложилась за ней, да так, что больше никто не смог повторить фокус с открытием, как бы ни царапали сверхъестественный угол многочисленными попытками.

      Народ разволновался ещё больше. Редакторша впала в немой восторг. А наблюдавшая в окно весь этот переполох бабулька со второго этажа бдительно вызвала полицию.

      И только один человек, затаившийся чуть в стороне, бесстрастно осмысливал происходящее. Заслышав полицейскую сирену, он стремительно направился к редакторше и, подхватив под локоток, увлёк её на лавочку в маленький палисадник напротив, через дорогу. Девушка и не думала сопротивляться. От пережитого у неё подскочил адреналин, мысли отказывались выстраиваться даже в примитивную логическую цепочку. Неизвестный же выглядел так уверенно, будто знал, что происходит и сейчас ей всё, наконец-то, объяснит.

– Позволь поздравить, очаровательная, с очевидной профессиональной удачей, – красивый голос незнакомца подействовал на девушку успокаивающе. – У тебя в руках не только сенсация, но и эксклюзив на сенсацию. А это для начинающего журналиста билет в высший эшелон, не так ли?

      Редакторша машинально закивала и, протянув руку, коротко представилась:

– Матильда.

      Это имя чрезвычайно ей шло. Резкая, стремительная, угловатая, похожая на подростка, она придумала себе, что маска феминистки оправдывает её нелюбовь к своей внешности. Она не носила косметику, пряталась в объемные черные или серые вещи и солнцезащитные очки. Но стоило Матильде оказаться в обществе какого-нибудь мудрого собеседника, как её самозащита таяла, она машинально снимала очки, открывая умные, прелестные миндалевидные глаза.

      Так и в этот раз. Она почувствовала доверие к проницательному незнакомцу и услышала в ответ: «Тимофей! Рад знакомству». Но вместо рукопожатия, он неожиданно поцеловал протянутую руку Матильды.

Между тем во дворе набиравшего скандальную известность дома становилось шумно. Перевозбуждённые жильцы радостно обрушились на прибывших полицейских и, не сдерживая восторга, наперебой рассказывали про открытие портала и визит пришельцев. Жильцы с особо подвижной психикой настойчиво тащили сопротивляющихся служителей порядка к окаянному углу дома и с театральной скорбью скребли его. А один расстроенный гражданин в сердцах пнул непослушное здание прикрикнув: «Да открывайся же!». Импозантная дама в домашнем халате трагично взывала поймать кота, сгонявшего в портал, и записать его свидетелем. Дворник отчаянно молчал, не прекращая креститься, а остальные очевидцы, надёжно взяв часть полицейских в плотное мятежное кольцо, настырно пытались всучить свои показания. Кто-то потребовал немедленно вызвать «самого главного по космосу». Но полицейские вызвали подмогу в лице санитаров.

– Вовремя вы меня оттуда выдернули, – поблагодарила Матильда. – Со стороны смотрится как массовое помешательство. Если бы я своими глазами не видела, что проделала эта девчонка, то именно так бы и объяснила происходящее. Но Вы! Вы так спокойны, будто знаете, что за чертовщина тут произошла.

– Ну почему же сразу чертовщина?! – скромно улыбнулся Тим. – Вы наблюдали вполне научное происшествие.

– Научное всегда обосновано! – возразила Матильда, вздёрнув подбородок.

– Научное всегда обосновано, говоришь, – невозмутимо подхватил Тим. – А разве теория Большого взрыва – не ярчайший пример научной мистификации? Веру в то, что этот мир соткался в результате случайности, человечеству внушили как раз ваши учёные. Но возьмём, к примеру, твоё тело. Это совершенное творенье, которое вне зависимости от твоего сознания трудится круглые сутки всю отпущенную тебе жизнь. Большей частью без твоей помощи и даже вопреки тому, что ты его, порой сознательно, травишь или вредишь другими способами. Учёные провели ворох экспериментов о действенности плацебо. Всего лишь искренняя убеждённость человека служит командой к запуску внутренних ресурсов организма, которые эффективно отрабатывают приказ обманутого мозга! По сути это же антинаучно. Это признание самодостаточности организма, его внутреннего безотказного интеллекта, которым можно пользоваться сознательно и мудро. И ты полагаешь, что этот безупречный гомеостаз слепился из хаоса?

– Убедительно, – задумалась девушка. Она бросила на Тима изучающий взгляд. Хм, какой-то спокойный и рассудительный, будто он сторонний наблюдатель во всей этой фантасмагоричной истории, но при этом рассуждает так, словно ему известна суть происходящего. И тут же вслух спросила: – А вы кто?

– Боюсь, милейшая, правду ты ещё не готова услышать, а врать я не способен, – просто ответил Тим. – Немного терпения, друг мой.

– Не готова?! Да я ко всему готова, я же журналист! – рассмеялась не ожидавшая такого ответа Матильда. – Но только не вздумайте нести какую-нибудь чушь типа того, что вы «избранный»!

– Ох нет, конечно. К тому же быть избранным вовсе не круто, как тебе кажется. Давай порассуждаем немного о сути подмены, которую вам пытались внедрить через понятие «Избранного». Вдумайся, ведь избранный – априори назначенный.

      От очевидности мысли девушка слегка опешила и машинально спросила:

– Кем же?

– Скрытым хозяином, – продолжил Тим, – И, как задумано, управляемый этим кем-то, подчинённый чужой воле. Избранного держат за поводок, коим служит его эго. Питательная среда для эго Избранного – собственная значимость. С этим знаменем в руках он горы может свернуть для своего хозяина. Но есть другие. Избравшие свой путь сами. Избравший несет ответственность и за себя, и за свой выбор, и за свои творенья. Он – автор своей жизни. Вот где нужна смелость. Но у Избравших она есть с рождения.