Элена Лин – Заложница времени: Предел (страница 7)
– Довольно. Теперь – моя очередь.
Но Кэтрин уже действовала. Она схватила Майкла за запястье.
– Папа, бежим!
Врата Хроноса вспыхнули, словно откликаясь на её отчаяние.
Она рванула вперёд, увлекая отца за собой.
– Поймать их! – взревел Скобс.
Всё смешалось – шаги, крики, вспышки энергии, звуки металла и воздуха.
Храм проглотил их. Пол ушёл вниз. Свет исчез. Тьма разорвала пути, разделив всех, кто вошёл. Чей-то шаг приблизился. Чья-то рука резко схватила Кэтрин за запястье.
– Папа?!
Голос прозвучал шёпотом, но в нём была сила.
– Нет. Иди за мной.
Кэтрин не узнала этот тембр. Лёд прошёл по позвоночнику.
– Моника?..
И чьи-то пальцы – её пальцы – потянули Кэтрин в глубину храма.
Глава 7 Ловушка первого голоса.
Зал перед ней будто дышал. Высокие своды уходили в темноту, стены светились серебристо-голубыми прожилками, словно внутри храма ещё текло время – густое, вязкое, древнее. А в центре парил жетон. Маленький диск с пульсирующей золотой сердцевиной.
Кэтрин застыла. Сердце било в висках так громко, что казалось – весь зал слушает его. Моника остановилась рядом, и её лицо, нежно подсвеченное отблесками жетона, показалось почти священным – величественным, мудрым, тихим.
Но что-то внутри Кэтрин не складывалось. Как будто один кусочек картины был вырван. Она сделала шаг назад.
– Подожди. Ты привела сюда
Моника слегка наклонила голову, и движение было слишком плавным, словно не человеческим.
– Твой отец боится, – произнесла она мягко. – Боится того, что не сможет войти. Его сила… слабее твоей. Жетон тянется к тебе, Кэтрин. Только к тебе.
Слова ложились сладко, словно мёд… но в глубине было что-то металлическое.
Кэтрин нахмурилась. Она вспомнила – как Майкл говорил о двойной печати. Как говорил, что здесь невозможно пройти одному.
– Но это противоречит всему, что я слышала, – она обвела зал взглядом, словно надеясь найти подтверждение своим словам. – Храм… связан с родом. С передачей силы.
Почему мне нужно зайти одной?
Моника приблизилась. Её силуэт чуть дрогнул в свете жетона – не так, как двигается тень. Больше как отблеск иллюзии.
– Потому что ты – последняя. Ты сильнее всех нас, Кэтрин. Ты – конечная точка. Время выбрало тебя.
И она протянула руку к жетону – побуждая Кэтрин сделать то же.
Тёплая вибрация золотого диска усилилась. В груди Кэтрин откликнулось что-то древнее, как будто в ней резонировал тот же ток энергии, который притягивал с нечеловеческой силой.
Внутри всё затихло. Осталась только тянущая сладкая дрожь, которая с каждым вдохом подталкивала руку вперёд.
– Просто коснись, – прошептала Моника почти ласково. – Твоя судьба – здесь. Я помогу тебе. Мне можно доверять.
Её голос стал тише и ниже. Слишком мягким. Слишком идеальным. Пальцы Кэтрин потянулись к диску – всего несколько сантиметров…
И вдруг – сильная, резкая хватка на её запястье.
– НЕ ТРОГАЙ!
Голос ударил, как выстрел. Кэтрин вздрогнула и резко обернулась. Пусть он был бледным, измождённым, будто пробежал весь храм насквозь…
Но это был Майкл. Его глаза пылали страхом, которого она ещё никогда у него не видела.
– Папа?.. – прошептала она, всё ещё не веря.
Он рывком оттащил её от парящего жетона.
– Не смей слушать её! Это не Моника. Это ловушка.
Кэтрин стояла, как оглушённая. Слова падали на неё, как камни. Моника, словно статуя, замерла – её улыбка чуть дрогнула. Теперь в ней было меньше тепла… и больше пустоты.
– Майкл, – произнесла она тихо. – Ты снова мешаешь предназначению.
Но Майкл уже заслонял Кэтрин собой.
– Она – призрак храма. Отголосок первой силы. И она обманет каждого, кто войдёт сюда один. Так же, как обманула меня.
Грудь Кэтрин сжалась.
– Это… она заманила тебя на десять лет? – голос сорвался.
Майкл резко кивнул, не отводя взгляда от сущности.
– Да. Я увидел её – как ты. Живую. Тёплую. Мудрую. Она сказала, что я должен идти дальше, что жетон ждёт меня.
– Он сглотнул. – Но с каждым шагом она становилась… другой. Вела меня глубже. Пока я не попал в петлю времени. Для меня прошёл день. Для вас… десять лет.
Слова пронзили Кэтрин, как ледяной дождь.
Она посмотрела на Монику – и впервые увидела, как под её кожей дрожат тени, как золотистое сияние, ломкое, как стекло.
– Ты… обманула и его? – прошептала она.
Сущность улыбнулась. Теперь холодно.
– Время выбирает сильных. Твой отец… не был им. А вот ты, Кэтрин…
Но Майкл шагнул вперёд:
– Хватит говорить с ней! Храм подпитывается сомнением. Он
Кэтрин чувствовала, как ноги дрожат. Её рука всё ещё вибрировала – будто жетон не отпустил её полностью.
Сущность Моники плавно подняла руку – и воздух вокруг дрогнул, тяжелея.
Моника исчезла так резко, будто её никогда и не было.
Ни вспышки, ни звука – только дрожь воздуха, как после разорвавшегося миража.
Кэтрин осталась стоять, задыхаясь и не веря собственным глазам.
– Папа… что теперь? – её голос дрожал, будто внутри неё всё ещё звучали её сладкие слова. – Что мы должны делать? Она… она почти заставила меня…
Майкл положил руки ей на плечи, заставляя смотреть прямо в его глаза.