Елена Ликина – Кудеса для Евы (страница 7)

Отряхнувшись от снега, Маринка поблагодарила свою странную спасительницу, а та вновь завозила прутьями по нетронутому снежному полотну.

 «Следуй за мной!» – с трудом разобрала Маринка косую надпись, а послушно поспешила за метлой.

Метла быстро скользила над землей, и Маринка едва поспевала за ней. Так они и шли сквозь темноту, пока впереди не заблестели огоньки деревеньки. Тёплый уютный свет лился из окошек, ложился на снег золотистыми длинными ломтями. Иней поблёскивал на ветвях, и столбом поднимались дымы из труб. При виде этой умиротворяющей картинки Маринка едва не расплакалась от радости. Её злоключения окончились.

Бабе Оне не спалось. Расположившись подле окна, разглядывала она морозные узоры да думала о будущем.

Накануне по традиции гадала она «наперёд». В талой воде, оставленной на ночь в сенях, обнаружились грязь да щепа, встревожившие её – надвигались непонятные хлопоты и проблемы. Грапе тоже вышло видение – приснилось ей собрание деревенских колдовок. И среди них разглядела Грапа новенькую – нахальную да из себя разодетую, по виду вовсе не местную. Обсудив всё друг с дружкой, сговорились девчата быть настороже. И ведь не зря!

Опасения бабки подтвердились после появления Евы – разглядела в ней Оня слабую сторону, нешуточную обиду да уязвимость. Неспроста девочка здесь оказалась, ох, неспроста. Вот и смутья поблизости крутится, явно что-то затевает. И время тёмное подступает, всё одно к одному.

Крепко призадумавшуюся бабку отвлекли шорохи и стукоток – кто-то перемещался по крыше, подскакивая и топоча.

Звякнула печная заслонка и из-за неё пропищало возбужденно:

– Гости к ночи! Гости к ночи! Встречай гостей!

– Кого ещё под ночь несёт? – баба Оня поспешно накинула шаль да прихватив для верности горсть золы, выглянула с крыльца.

– Баба Оня! баба Оня! Открывайте! – раскинув руки, к дому бежала девушка.

– Мариночка! Ты? – ахнула Оня, а потом увидела зависшую за забором метлу. На секунду на ней проступила высокая худая фигура в чёрном. Поправив платок, небрежно махнула рукой и унеслась к лесу.

– Баба Оня! Я так соскучилась! – Маринка уткнулась бабке в плечо.

– Мы тоже скучали, деточка! – баба Оня крепко обняла девушку. – Как же ты добиралась? Ночью! Одна! Пойдём скорее в дом, к теплу.

– Меня метла проводила!.. Она меня спасла! Порушила снежную бабу…

– Ох, деточка! Недоброе время ты выбрала! Сейчас по темну нельзя никуда ходить! Беречься нужно!

Бабка сразу провела Маринку на кухню – к теплу и вкусностям.

Там уже вовсю орудовала кикуша – доливала пузатый расписанный розами чайник кипятком, выставляла сахарные пряники да варенье. Скупо кивнув Маринке, потащила из духовки тяжёлый, исходящий паром чугунок, внутри которого что-то аппетитно побулькивало и клокотало.

– Дай-ка, рассмотрю тебя получше. – бабка повертела Маринку и вновь обняла. – Подросла, расцвела. Раскрасавицей сделалась!

– Я так скучала! – Маринка поцеловала душистую, морщинистую щёку и счастливо вздохнула.

– Что ж так долго собиралась, деточка? – Оня легонько побаюкала её, погладила по волосам.

– Всё некогда было. То одно, то другое.

– Что ты Лизу не захватила?

– Она на море захотела, сейчас там с родителями.

– Как у неё дела?

– Нормально. Шьёт кукол, даже магазинчик открыла в интернете.

– И покупают?

– Ещё как! В очередь пишутся, представляете?

– Вот и правильно.  – покивала Оня. – Лиза по роду рукодельница, по крови своей. И куклы её особенные. Скрытую обережную силу имеют.

– Как вспомню, что с ней было!..

– Зачем вспоминать? Что было – то ушло. И в том твоя заслуга! Повезло Лизе с сестрой.

Бабка усадила Маринку поближе в печи, налила горячего чая да пододвинула плошку дымящейся каши.

– Пробуй, милая. Не стесняйся.

Угощение оказалось очень вкусным, Маринка ела и никак не могла насытиться.

– Что тебе приготовить? Чего больше всего хочется? – расспрашивала Оня, подкладывая добавку. – Как славно, что ты приехала! Люблю, когда гости в доме!

– Гости? – переспросила Маринка.

Бабка кивнула.

– Перед тобой Матрёша девочку привела. Городскую. Дворовый негодник магией её к нам перенёс. Теперь её нужно обратно вернуть. Завтра утром познакомлю вас, авось и подружитесь.

Вскоре заявился и дворовый. Завидев Маринку, обрадовался и полез обниматься.

– Девка! Ты?! Откель взяласи? Соскучилси по тебе, страсть как!

Маринка погладила кота по нечёсаной шерсти и, выколупнув довольно приличный колтун, предложила:

– Давай, остригу?

– Свят, свят, – шарахнулся дворовый. – Не мыльси даже. Шубейка у меня первый класс! Всей нечистой братии на зависть.

– Хоть колтуны вычешу… – начала Маринка, но кот только фыркнул и на всякий случай пересел подальше.

– Мне бы настоечки твоей, – заискивающе прищурился на Оню. – Нервы в порядок выстроить. Будь ласкова, налей стопарик!

– Тебе рябиновой или на дубовой коре? – бабка подошла к широкому ларю, что помещался в углу за дверью.

– А ты смешай! Навроде коктейли! – предложил дворовый и заметно оживился.

– Можно и смешать. – согласилась Оня, отпирая навесной замок. – Примешь и аккурат до весны проспишь.

– Нельзя мне в спячку, сама жи знаешь. – вздохнув, кот принялся жаловаться Маринке. – Соперник у меня объявилси! Клетник из соседней деревеньки Лукичну охаживает. Так и вьётси над ней, так и крутитси!

– А что Лукична? – немного растерялась Маринка от такой откровенности.

– А что ей сделаетси? Всем авансы раздает. Одним успокоительным и держуси! Ты доставай поскорей да наливай пополней, не жадничай! – дворовый переключил внимание на бабу Оню.

– Не волнуйся, батюшка. Сколько надобно, столько и отолью.

Маринка слушала и улыбалась. Так хорошо ей было здесь, так спокойно и радостно, словно вернулось детство. Тихо постукивали ходики, трещали поленья да кикуня крутилась у лавки, ссыпала на сковороду орехи из мешка – собиралась прокалить в печи.

Кот поскрёбся за ухом, ругнулся было на Сеньку-оборотня и замер, завидев появившуюся из ларя бутыль. Бабка чуть встряхнула коричневый настой и откупорила пробку.

– Красота какая! – встопорщив в нетерпении усы, дворовый облизнулся.

– По глоточку пей. Не торопись! – баба Оня передала ему небольшой стаканчик.

– Да знаю, знаю. – пробормотал кот и разом сглотнул содержимое. – Уф-ф… Хорошо пошло! До самого нутра продрало!

Занюхав собственный хвост, он немедленно потребовал добавки.

– Давай по второму заходу! Не распробовал сгоряча.

– Хватит с тебя и раза, – отмахнулась бабка. – А то ведь все лапы разъедутся.

– Ну и ладно, – блаженно зажмурился кот. – Волшебная напитка! Тольки послевкусия другая, быдто кислинка появиласи…

– Основа таже – щепа дубовая да спирт. Сахар, гвоздичка, веточка зверобоя… – принялась перечислять бабка. – Ну и боярышник, само собой. Я к ним шиповника ещё добавила.

– Всё эксме… эскми… эспериментами балуетси!  – кот подмигнул Маринке и широко зевнул. – В кладовой, говоришь, матрас? Пойду покемарю чутка.

– Иди, батюшка. – улыбнулась Оня. – Я и Марише постелю, пусть отдохнёт с дороги.

Маринка тоже засыпала и безропотно позволила проводить себя до кровати.