Елена Ликина – Колыбельная для ночницы (страница 36)
— И папа дома? — всхлипнула девочка.
— И папа.
— Хочу к ним! Хочу домой! И мишка хочет!
— Не плачь! — Зося хотела сказать, что за девочкой скоро приедут родители, но не смогла заставить себя соврать.
— Хочу, чтобы мама пришла! Хочу домой! — малышка снова заплакала, а у Зоси вдруг резко потяжелело в затылке, и накатила такая слабость, что пришлось опереться о стену.
— Зося! Зося-я-я… — позвали из-за стены. — Я соскучился, зая!
Сквозь прозрачную преграду девушке улыбался Андрей, шевелили пальцами, словно наматывал на запястье что-то невидимое.
— Прости, зая. Не успел вовремя остановиться. Так соскучился по тебе, что хватил лишку. Сейчас станет полегче.
— Ты… ты… — Зося покрутила головой, пытаясь отогнать тягучую одурь. — Что… ты… сделал?
— Потянул твоего
Зося коснулась покрывшегося испариной лба, а в ушах продолжало отдаваться колоколом: «забрал побольше… побольше… побольше…»
Так вот почему ей так скверно и тяжело! И эта рассеянность, вялость, все её оплошности — от того, что у неё почти не осталось связи с
Не осталось внутренней силы, опоры, веры в себя!
— Не надоело тебе там, зай? Может хватит бродить? Давай лучше, возвращайся ко мне. Посидим, посумерничаем. Бабку к тебе не подпущу. Не стану с ней делиться. Обещаю, зай. Верь мне. — Андрей положил руку на сердце и жадно облизнулся. — Соглашайся, зая. Будет немного больно, но я вытащу…
— Размечтался… Я, что, похожа на дурочку?
— Ты и есть дурочка, — заржал Андрей, но тут же посерьезнел. — Соглашайся. Ты там пропадёшь, зая. А со мной тебе будет хорошо. Я больше не буду спешить. По глоточку каждое утро… Посмакую пока можно.
Зосе захотелось плюнуть в наглые глаза, долбануть по ухмыляющейся роже, сделать хоть что-что, чтобы не слышать и не видеть Андрея.
А потом она подумала о плачущей испуганной малышке.
Если она сможет забрать с собой и девочку, если сможет её спасти, то, пожалуй, стоит согласиться.
О себе Зося даже не думала, но малышку можно и нужно попытаться вернуть родителям!
— Андрей!.. Я соглашусь при одном условии! — Зося прокашлялась и решилась. — Пообещай мне, что не тронешь девочку! Поклянись, что причинишь ей вреда!
— Да сдалась она мне! Там нечего брать. По детям у нас
— Вот, и хорошо, что нечего. Но всё равно поклянись! Пообещай, что вернёшь её родителям!
— С чего бы? — хмыкнул Андрей. — Забудь про неё. Девчонка останется там. Двоих мне не вытянуть. Даже не буду пытаться.
— Тогда я тоже останусь! — решительно заявила Зося, и Андрей недовольно скривился.
— Хорошо, хорошо! Я попробую забрать вас обеих. Только помогай мне, не телись. К вам в любой момент могут нагрянуть хозяйки.
Андрей приник к стене, положил ладони на стекло, уставился на Зосю тяжёлым взглядом.
— Нам нужно соединить ладони. Давай же, зая! Сделай это.
Зося послушно потянулась к нему, но малышка повисла у неё на руке, захныкала, запричитала:
— Тётенька, не ходи к нему! Я боюсь! Он плохой!
— Не плачь, милая, — Зося поцеловала девочку. — Всё будет хорошо, обещаю. Андрей, предлагаю вытащить нас по очереди. Так надёжней, и легче тебе. Сначала пойдёт она…
— Нет! — перебил Зосю Андрей. — Сначала — ты!
— Нет. Сначала девочка!
— Я хочу с тобой! С тобой! — рыдала малышка. — Не отдавай меня!
— Дядя отведет тебя к маме с папой. — пыталась упокоить её Зося. — Не бойся! И скоро будешь дома!
— Положи руки! — рычал Андрей. — Зося! Сделай как я сказал!
Не обращая внимания на его тон, Зося потянула девочку к стене.
— Давай положим твои ладошки вот сюда… — заговорила она и осеклась, когда Андрей быстро убрал руки от стекла.
— Сначала пойдешь ты. Потом девчонка. — отчеканил он по слогам, а лицо исказила злоба.
Эта смена в настроении подтвердила Зосину догадку о том, что Андрей не собирался забирать ребёнка. Специально врал ей, чтобы согласилась на
— Без девочки я не уйду! — как можно тверже сказала Зося, и тогда он сорвался.
— Стерва! Тебе же хуже! Не хочешь по-хорошему — выжру тебя здесь и сразу!
Под его взглядом стекло пошло трещинами.
Зосю швырнуло на колени, голова взорвалась болью, что-то начало ворочаться внутри, давить, распирать…
Зося ослепла и оглохла, и насмешливый голос Полины донёсся до неё сквозь вой и треск в ушах.
— А у нас гости? Какой интересный мужчина! Зося, почему ты скрывала это сокровище? Почему не предупредила, что к нам пожалует твой приятель? Мы бы поставили пятый прибор на стол. Подготовились бы к встрече как следует. А теперь мне придётся импровизировать!.. Впрочем, так даже лучше!
Глава 14
Появление Полины спасло Зосю.
Хотя это была не совсем она — всего лишь призрачная проекция одной из близняшек, образ, посланный сюда, чтобы помешать Андрею.
И у неё всё отлично получилось.
Полина отвлекла внимание колдуна от Зоси, и, пока они пререкались и спорили, девушка смогла отползти подальше от стены.
На ногах Зося не устояла бы — Андрей успел потянуть у неё достаточно силы.
Зося ощущала себя беспомощной невесомой былинкой, которую с лёгкостью можно перешибить пополам одним лишь слабым ударом.
В голове продолжало жужжать и потрескивать, сердце заходилось в истерическом стуке.
Хорошо, что малышка была рядом и маленьким якорьком связывала её с действительностью, не позволяя совсем провалиться в беспамятство.
— Я пришёл, чтобы забрать своё! — Андрей прожигал призрачную Полину взглядом. — Эта девка — моя законная добыча!
— Обойдёшься. — грубо оборвала его Полина. — Девка нужна нам здесь. Мы должны обезопасить себя. Должны быть уверены, что она надёжно упрятана и никогда нам не помешает.
— Она и не помешает. Не сможет. Мне немного осталось допить. Отдайте девку — и мы уйдём. Вы больше её никогда не увидите.
— Обойдёшься! Девка — наша и нашей останется. Мы скормим её особняку. Не тебе одному хочется кушать. — призрак Полины гаденько хихикнул. — Этому дому давно не приносили жертв. Мы собираемся устранить эту оплошность.
— В последний раз предлагаю… — угрожающе начал Андрей, но Полина перебила.
— Заткнись, колдунок. А лучше — убирайся!
— Жалкая оболочка! Да я… тебя… — Андрей резко прищёлкнул пальцами, выпуская из-под ногтей огненный сгусток. Тот с силой врезался в стену и, выстрелив фейерверком искр, погас. А сквозь щели противно потянуло палёным.
— Бабкин недокормыш! — презрительно прошипела Полина. — Не дорос еще мне угрожать!
— Не много ли ты о себе возомнила? Жалкая личинка Авигеи!
— Мамушка Авигеюшка меня выпестовала и в люди выпустила! Подсадила к девице-красе, да не к одной. Двое их, сеструшечек на-одно-личико! Двое красавиц. Уж я и сестричку её прибрала-опутала. Успела. Расстаралася-я-я, — противным ломающимся голосом протянула Полина. — А ты, ты, ты — недокормыш! Вот! Без бабки Прасковки — никто! Вот! Вот! Вот!